Аромагия

- Простите, я... мне было не до того! – выдавил Петтер, и я сконфуженно отвела взгляд.

- Но где тогда ее искать? – воскликнула я, и собственный голос показался мне преувеличенно громким.

- Думаю, она где-то здесь, - Петтер обвел рукой салон. – Или вы обронили ее на месте дуэли. Когда вы выходили из кэба, все точно было в порядке. Я... я заметил!

- Давайте поищем, - предложила я, распахивая дверцу, оставив без комментариев его наблюдательность. О том, чтобы возвращаться к Халле, думать не хотелось. Мало шансов найти небольшую вещицу там, где топталось столько народу.

По прошествии получаса, когда мы с Петтером тщательнейшим образом обшарили весь салон, пришлось признать, что нужно искать где-то еще.

- К Халле? – усевшись за руль, мальчишка вопросительно взглянул на меня.

- Да! – кивнула я. Сердце колотилось от тревоги и надежды, и я вцепилась в ручку двери так, словно от этого автомобиль должен ехать быстрее. И он вправду мчал так, словно обзавелся крыльями (хотя в здешнем климате больше сгодились бы плавники, а еще лучше лыжи).

Оказавшись на месте, я растерянно огляделась. Снег тут не шел, только грязь прихватило льдистой коркой и холодный ветер хлестал по щекам.

- Вы идите налево, а я направо! - предложил Петтер, и я с трудом сдержала нервный смех. Действительно, что-то меня в последнее время налево так и тянет!

- Хорошо, - согласилась я и медленно пошла прочь, внимательно глядя себе под ноги. Почва здесь темно-серая, похожая на пепел. Оранжевая искорка янтаря должна хорошо на ней выделяться – если, разумеется, ее не втоптали в грязь. Ветер дул мне в спину, так что запахи было не разобрать. Впрочем, до розыскной собаки мне в любом случае далеко.

С каждой минутой надежда таяла, как лед на жарком солнце, поэтому, услышав сдавленный вскрик Петтера, я буквально воспрянула духом. Голос мальчишки звучал откуда-то из-за скалы. Я мимоходом удивилась – я же не туда не заглядывала, какой смысл там искать? – но не остановилась. И второпях чуть не налетела на Петтера, стоящего ко мне спиной.

- Петтер, вы нашли? – воскликнула я, переводя дыхание.

И сунулась мимо, но мальчишка помешал.

- Не смотрите туда! – глухо велел он, пытаясь что-то загородить спиной.

Я уже не слышала – замерла, не в силах оторвать взгляд от покрытой темно-красными потеками скалы и подозрительной кучи у ее подножья. Признать в этом человека было невозможно, но когда-то именно им оно и было. И запах – отвратительный солоновато-металлический дух крови и вонь из распоротого живота...

К горлу подкатил ком, а мысли накрывала пеленой ужаса. На мгновение мне показалось, что я узнаю Ингольва. Обиды, вина, гнев – все забылось, отступило прочь, поглощенные отчаянием. Я сморгнула, всматриваясь в распростертое тело. Нет, не Ингольв – волосы человека были седыми, хоть и потемнели от крови.

Тошнота, вызванная назойливым запахом смерти, сдавила внутренности, выкручивая их, как прачка белье. Я едва успела отвернуться, стыдясь своей слабости, - и почувствовала, как Петтер осторожно придерживает меня за плечи. Когда приступ миновал, оставив привкус желчи во рту, мальчишка осторожно вытер мне рот все тем же платком, и от вкусного аромата какао меня снова затошнило. Кажется, я возненавижу шоколад...

Петтер деликатно помог мне отойти в сторону. Я смотрела под ноги, борясь с желанием получше рассмотреть тело. Смерть одновременно уродлива и притягательна. Не зря ведь половина лица Хель, богини смерти, багрово-синюшная, лишенная кожи, а вторая половина завораживает красотой...

Мальчишка не торопился убирать руки с моих плеч, и даже сквозь пальто я ощущала исходящее от него приятное тепло.

- Кто? – спросила я кратко.

- По-моему, мэр Фридрик, - ответил Петтер с некоторым сомнением. Неудивительно, что он затруднялся сказать наверняка, тело было сильно обезображено.

- Он мертв? – продолжила я, сглотнув. – Точно? Вы подходили ближе?

- Нет, - Петтер мотнул головой, - не подходил, но сразу видно.

- Ясно, - я прикрыла глаза. Мысли бестолково роились в голове. – Надо все равно проверить. И, наверное, вызвать полицию. Только как? Мы ведь не можем бросить его тут и...

Продолжить я не смогла.

- Не оглядывайтесь! – велел мальчишка, развернув меня спиной к телу. – Я сам.

Наверное, это малодушно, но я кивнула, соглашаясь. И ждала, стараясь дышать ртом, хотя запах все равно был невыносим. Потянулись долгие минуты, и наконец Петтер вернулся.

- Вот, возьмите, - произнес он глухо, протягивая мне какой-то мелкий предмет. Сердце мое заколотилось сильнее – это оказалась потерянная сережка.

- Спасибо! – выдохнула я, осторожно принимая украшение. Уже потянулась, чтобы его надеть, когда Петтер остановил мою руку.

- Не нужно, - пробормотал он неловко. – Промойте сначала.

По привычке я втянула носом воздух и невольно поморщилась: в густом запахе смерти терялись все иные ароматы. Чтобы сообразить, о чем шла речь, мне потребовалось несколько мгновений.

- Значит, - произнесла я медленно, - она лежала... там?

- Да, - подтвердил он. – У самой скалы.

- А мэр? Это действительно он?

- Да, - снова повторил Петтер, помолчал, колеблясь, и закончил: - У него распорот живот, отрезана правая рука и перерезано горло.

Я прикрыла глаза, стараясь выбросить из головы навязчивую кровавую картину. Когда о подобном читаешь в газетах, это кажется каким-то... не совсем реальным, что ли? Ненастоящим.

- Значит, это улика? – я подбросила на ладони янтарную капельку.

- Нет, - запротестовал Петтер. – Вы ее просто тут потеряли!

Карие вишни его глаз лихорадочно блестели. Кажется, мальчишке тоже было не по себе, и держался он из последних сил, должно быть, боясь уронить себя в моих глазах.

- Я сюда даже не приближалась! – напомнила я веско. – Значит, кто-то подобрал серьгу, а потом обронил – или намеренно бросил - уже здесь.

Петтер только пожал плечами.

- Мне показалось, там символ, - сообщил он тихо. – Наутиз перевернутая. Трижды.

- Трижды? – я подняла брови, в азарте забывая, где нахожусь. – Значит, вряд ли совпадение, верно?

Петтер кивнул, а я заключила со вздохом:

- Нужно ехать в Ингойю! Не хочется его здесь оставлять, но этой дорогой зимой пользуются редко. Другую машину мы можем прождать до утра!

- Да, госпожа Мирра, - мальчишка выглядел мрачным и угнетенным. Впрочем, неудивительно.

Он предложил мне руку, и я, чувствуя себя совсем обессилевшей, не стала спорить. Мы медленно шли к автомобилю, когда нас накрыла огромная тень. Я задрала голову и почувствовала, как ужас снова сжал сердце: над нами парил дракон.

- Нет, - прошептала я непослушными губами. Мы едва вырвались из той бури, и во второй раз нам не спастись! Петтер тут же задвинул меня себе за спину – смело, хоть и глупо. Дракон сверху, а не впереди, к тому же он настолько велик, что даже не заметит столь мелкое препятствие.

Помахивая крыльями, он завис перед нами, и я готова была поклясться, что обнажившая впечатляющие зубы гримаса была улыбкой. С каждым взмахом он опускался все ниже и ниже, пока не кувыркнулся в воздухе... в перекате приземляясь уже человеком.

- Вы меня боитесь, Мирра? – поинтересовался Исмир с усмешкой, и к щекам моим прилила кровь.

- А у нас нет для этого причин? – холодно уточнил Петтер.

Глаза Исмира полыхнули льдом.

- Причины имеются, - признал он неохотно. – Приношу свои извинения. Я получил неприятные известия из дома, поэтому вспылил.

На языке вертелся вопрос, какое мы с Петтером имели отношение к его новостям. Разумеется, задавать его я не стала. А едва Петтер открыл рот (надо думать, чтобы спросить о том же), как я коснулась рукава его шинели.

- Мы принимаем ваши извинения, - согласилась я негромко. – Однако сейчас есть более важные дела.

Исмир помрачнел.

- Вы об этом? – он мотнул головой в сторону тела. Я молча кивнула. Следующий вопрос Исмира заставил меня... кристаллизироваться и выпасть в осадок, как говаривал мой дедушка. – Это вы его убили?