Бессмертное море

- Пожалуйста, мама, - попросила Эмили.

- Я закончу через два часа, - сказала Лиз.

- Я приведу ее обратно к этому времени, - пообещал он.

Она посмотрела на нетерпеливое лицо дочери, потом на непостижимое лицо Моргана, чувствуя, что балансирует на краю решения, на краю пропасти. - Какой у тебя номер телефона?

- У меня нет мобильного телефона. Не... с собой.

Она просто не могла позволить дочери уйти куда угодно, без возможности связаться с ней.

- Тогда...

- Ты можешь дать ему свой, - сказала Эмили. - Пожааалуйста.

- Доверие должно идти в обоих направлениях, - сказал Морган спокойно.

Черт побери, он был прав.Конечно он был прав. Но она не рассчитывала ни на кого, кроме себя, в течение долгого, долгого времени.

Медленно, она отцепила свой мобильник от пояса.

- Телефон клиники уже записан. Просто открой контакты.

Он с любопытством посмотрел на телефон прежде, чем сунуть его в свой карман.

- Ура! - Эмили выволокла рюкзак из-под кресла. - Спасибо, мамочка.

Лиз проглотила внезапный комок в горле.

- Ты должна поблагодарить мистера Бриссея.

Его взгляд уперся в нее.

- Ты можешь поблагодарить меня. - Ее грудь напряглась, поскольку уголок его рта поднялся от улыбки. - Позже.

***

- Где твоя машина? - спросила Эмили.

- У меня ее нет.

- Почему?

Морган бросил взгляд на покачивающиеся темные кудри на уровне его талии.

- Мне она не нужна.

Он был финфолком. Ему не нужно было использовать человеческие технологии, ему нужно было немного терпения с людскими вопросами. Малышка около него болтала, не воспринимая его состояние.

- Ты не умеешь водить?

- Я могу, - ответил он коротко.

- Тогда почему не водишь?

- Я люблю гулять.

- Я тоже. - Она казалась запыхавшейся.

Ему пришло в голову, что она задала этот вопрос не только из любопытства. Ее ноги были очень короткими. Он уменьшил длину своего шага.

- Могу я понести тебя?

Она выпятила подбородок.

- Я в порядке.

«Стойкая», - думал он, удивляясь и восхищаясь. - «Как ее мать».

- Тогда дай мне свой рюкзак.

Она сняла лямки.

- Куда мы идем?

Он старался, чтобы его тон выглядел небрежным, когда он закинул маленькую розовую сумку через плечо.

- Не далеко. - Он надеялся. У Зака тоже не было машины. - Почему бы тебе не отвести меня туда, куда вы с братом обычно ходите?

Он не мог войти в воду, пока девочка смотрела. Но он мог отметить место, оценить опасность, чтобы вернуться сюда позже и установить защиту. Ее взгляд скользнул от его.

- Это секрет.

- Тебе не обязательно мне рассказывать, - сказал Морган. - Ты можешь мне показать.

Она не ответила. Но где дорога пошла вниз к пляжу, она повернула с асфальтированной дороги на узкую тропу сквозь высокую траву. Пляж поднимался, а кусты ежевики бежали на обе стороны. Колючие лианы как проволочные заграждения пересекали неровную землю. Ее маленькие ножки скоро были поцарапаны.

- Осторожно. - Морган убрал тянущиеся лианы с ее пути.

Она улыбнулась ему прежде, чем пойти вперед.

Он почувствовал запах моря, прежде чем увидел его сияние, как перламутр на солнце. Путь терялся среди скал. Камни сыпались вниз к полумесяцу серого песка, усеянного галькой и ракушками. Уединенное место, с мягким дном и глубоким спуском. Разумный выбор, безопасный выбор для молодого финфолка, учащегося Перемене. Опасное место для того, чтобы оставить на берегу человеческого ребенка.

Морган нахмурился.

- Ты приходишь сюда одна?

Эмили покачала головой.

- Мне не разрешают.

- И где же ты ждешь, когда твой брат идет в воду?

Те большие глаза распахнулись еще больше прежде, чем она опустила голову. В недоумении Морган смотрел на нее мягкие, темные кудри. Ребенок еще не разработал оборону как у ее матери или человеческое умение врать, но она явно молчала. Чтобы защитить брата?

Он мог это понять. Он мог даже приветствовать ее верность. У него были свои секреты, своя собственная верность. Но он обещал Элизабет, что будет оберегать ее дочь.

- Ты не должна входить в воду.

- Я не вхожу. - Она поморщилась. - В любом слишком холодно для купания. Не так как на пляже дома.

- Дома?

- В Северной Калифорнии. Где мы жили раньше.

- Это тоже самое.

- Нет, не тоже самое. - Она пнула камешек вниз.

Он почувствовал незнакомое опасение от возможности того, что она может поскользнуться и сломать шею. Он взял ее за руку, чтобы предотвратить это. Под его ладонью, ее кожа была гладкой, как внутренность раковины, кости ее были нежными и хрупкими, как у птички.

- Море, - объяснил он. - Оно всегда меняется и всегда остается таким же. С морем ты всегда дома.

Она наклонила голову.

- Но я здесь никого не знаю.

Он уставился на нее, сбитый с толку.

- Ты знаешь свою мать. И своего брата - Закари.

- Они - семья. У меня нет друзей. - Ее детский ротик задрожал.

Морган почувствовал вспышку паники. У него был небольшой опыт общения с детьми. Но ни одного с плачущими.

- Ты знаешь меня, -  предложил он отчаянно.

Тревожные слезы отступили, когда она осмотрела его с материнским клиническим, критическим взглядом.

- Ты старый.

- Очень старый, - согласился он. - Сотни лет.

Она, булькнув, хихикнула.

Звук разбудил память в пещере его сердца, которая была по-прежнему холодной и молчаливой на протяжении веков - эхо смеха другого ребенка. Его сестры, его близнеца, Морвенны. Он не позволял себе думать о ней годами.

- Ты не настолько старый, - сказала Эмили. - Думаю, ты мог бы быть моим другом. Если хочешь.

Неуверенная надежда в ее глазах ударила его как шип в сердце. Он был одним из Первых Созданий, элементаль, бессмертный, одиночка. У него не было друзей.

- Мистер Бриссей?

Он посмотрел на нее сверху вниз.

- Я хочу есть.

Он тоже. В своем сердце. В своей душе, если у него была таковая.

- Я могу отвести тебя обратно. - Теперь, когда он уже отметил место, ему больше не была нужна компания ребенка. Больше ничья.

- У меня есть сэндвич. С арахисовым маслом. В рюкзаке.

Молча, он снял розовую сумку с плеча и протянул ей. Взяв рюкзак, она устроилась на скалах и похлопала по плоскому месту рядом с собой. Он замер. Она, казалось, не заметила. Ее маленькие, неряшливые ручки, порылись в рюкзаке и вытащили мягкий полиэтиленовый пакет. Она открыла его и достала изломанный сэндвич. Она смотрела на него минуту, а затем аккуратно порвала хлеб пополам. Улыбаясь, она предложила ему половину.

Крюк в его сердце зарылся поглубже. Незнакомые эмоции хлынули в его грудь. Ему была не нужна ее еда. Но он был тронут ее намерением разделить то, что у нее было с ним. Как Элизабет вчера ночью.

Скрестив длинные ноги, он сел на камни возле дочери Элизабет. Торжественно, он принял сэндвич.

- Морган, - сказал он. - Если мы хотим быть друзьями, ты должна называть меня Морган.

Переведено на Нотабеноиде http ://notabenoid .com /book /46596/187433

для сайта http ://lovefantasroman .ucoz .ru /

Переводчик: maryiv 1205

Глава 10

- Меня не волную твои волосы. - Джордж Вайли оглядел Зака и новую работу его краски для волос. - Пока ты чистый и выбрит. Мне все равно на твою одежду, пока ты не завоняешь, и я не буду проверять твое нижнее белье весь день. Мне все равно на твой образ жизни.

Зак сглотнул.

Образ жизни? Дерьмо.

«Я не гей, мистер Вайли», - хотел он сказать. – «На самом деле, я очень заинтересован в сексе с вашей дочерью».

Но так, он не получит работу или Стефани, поэтому он держал свой рот на замке.