Страница 16 из 47
Идея принадлежала моему брату.
Они затолкали бассейн в отдел детских колясок, который позднее мы стали называть свалкой.
— Хлоя, — сказал я так тихо, как только мог. — Пожалуйста, сходи к Алексу и скажи, что со мной все в порядке, и я бы хотел, чтобы меня развязали.
Она пожала плечами.
— Хлоя, позови Алекса.
— С чего это? — спросила она противным голосом.
— Потому что я прошу тебя об этом, — ответил я.
Она проигнорировала мою просьбу и сосредоточилась на поедании шоколадки, обкусывая ее со всех сторон.
— Хлоя!
— А что мне за это будет?
— Ты издеваешься?!
Она зевнула.
— Сходи за Алексом.
— Я не обязана делать то, что ты говоришь. Ты мне не хозяин.
— Я прошу тебя, пожалуйста.
— Ты не просишь, ты требуешь. Никто не любит диких медведей, знаешь ли.
Если бы мои запястья не были стерты в кровь нейлоновой веревкой, я бы посмеялся над нашим диалогом.
— Хлоя, справедливая Хлоя, принцесса всего хорошего и доброго на свете, не соблаговолишь ли ты передать послание моему брату?
Она хихикнула.
— Скажи волшебное словечко, — продолжала она надо мной шутить.
— Самое огромное пожалуйста для самой прекрасной из юных дев.
— Ла-адно, — протянула она и потащилась к другим детям.
Только тогда я заметил Батиста в спальном мешке в той стороне, где сидела Хлоя. Он просто лежал, уставившись в потолок.
— Эй, Батист, — сказал я. — Ты в порядке?
Он не ответил.
Алекс поспешил разрезать тугие веревки.
— Ты укусил Брейдена за голову, — сказал он, подмигивая мне, и прошептал: — Это было потрясающе!
— Где все? — спросил я, растирая затекшие запястья.
— Мы все еще отмываем близнецов, — ответил он.
Он собрался уходить. Я не последовал за ним.
— Увидимся после этого? — спросил он.
— Ну, я никуда не собираюсь, — ответил я.
Я услышал тихое сопение из спального мешка в другом конце комнаты. Судя по тому, как Макс вырубился, пожалуй, они его под завязку накачали бенадрилом. Сыпь теперь выглядела на три тона бледнее, из чего я мог сделать вывод, что лечение сработало.
Я подошел к Батисту. На нем не было одежды, только полотенце, в которое он был замотан внутри спального мешка. Он выглядел ослабшим и безучастным. У него сыпь тоже стала бледней, и я решил, что ему тоже дали бенадрил.
— Ты в порядке, малыш? — спросил я его.
Его маленькие ручки были холодными как лед.
— Пойду раздобуду для тебя одежду, — сказал я.
Я отправился в детский отдел и подобрал комплект теплой одежды. Я даже захватил пару дурацких плотных носков на подошве. Мне казалось, что ему было необходимо что-то крайне теплое и мягкое.
— Смотри, Батист, — сказал я, держа в руках одежду. — Как тебе твой новый наряд?
Батист оставался безучастным. Мне пришлось одеть его, хотя никакого опыта в одевании малышей у меня не было. Закончив и даже не забыв про дурацкие носки, я хорошенько растер ему спину.
Да, именно так. Уверяю вас, мне было также неловко, как и сейчас, когда я вам об этом рассказываю.
Но почувствовав, как его худенькая спинка начала расслабляться, я решил не останавливаться.
— Горло болит, — прохрипел он через несколько минут, и я решил, что это хороший знак.
Я сходил за детским ибупрофеном и фруктовым льдом. На обратном пути я натолкнулся на Брейдена, он нес завернутого в полотенце Генри.
— Ты придурок, — сказал Брейден, показывая на меня.
Сложно сказать почему, но я почувствовал себя очень счастливым.
Я приготовил ужин на всех (ура!), отнес тарелку Джози и посидел с ней, пока она ела.
Я завел привычку болтать с ней. Хотя «рядом с ней» больше похоже на правду.
Наш диалог проходил примерно так:
Я:Джози, как ты?
Джози:…
Я:Я в порядке, спасибо за беспокойство. В смысле, я слегка расстроен тем, что наша жизнь в привычном ее понимании окончена. Но я держусь. А ты?
Джози:…
Я:Да, я так и думал. Похоже, ты сейчас переживаешь не самые легкие времена. А знаешь, что я тут подумал? У нас есть уйма чистой одежды. Мы не можем больше использовать воду, но мы заменили душ обтиранием детскими салфетками, и это неплохо сработало. Тебе принести немного? Тебе бы не помешало немного смыть грязь, если ты не против такой формулировки. А повязку на твоей голове давно пора сменить.
Джози:…
Я:Хорошо, я принесу новую. Без проблем. И захвачу детских салфеток. Я бы соврал, если бы сказал, что мы о тебе не волнуемся. Знаешь, ты не сказала ни слова с тех пор, как мы вышли из автобуса…
Джози:…
Я:В общем, если тебе что-нибудь понадобится, зови меня. Просто скажи, что тебе надо. Скажи хотя бы что-нибудь.
И все в таком духе.
На десерт мы ели фруктовое мороженое, его испортить просто невозможно.
— Нико, — начал Алекс фиолетовым ртом, — я собираюсь обследовать оборудование, которое есть в магазине. Еще я хотел бы, чтобы мы начали расчистку в бакалейном отделе. Там есть хорошая еда, и нам стоит съесть то, что скоро может испортиться.
— Стой! Стой! Стой! — перебил его Брейден. — Джейк уже этим занимается. У него есть план.
— Да, — сказал Джейк. — Завтра мы разобьемся на команды и начнем приводить это место в порядок.
— Звучит неплохо, — сказал Нико, кивнув Алексу.
— Мы можем помочь с уборкой, — сказал малыш Генри. — Мы с Каролиной отличные помощники.
— Я тоже умею убираться, — выкрикнул Макс. — А еще мыть полы. Я отмывал такие вещи, вы не поверите!
Я мог только догадываться.
— Конечно, — кивнул Джейк. — Завтра мы занимаемся уборкой.
Проблема с туалетом всплыла, когда вечером мы улеглись в спальные мешки.
— Улисс хочет писать, — сказал Макс.
— Откуда ты знаешь? — спросил Джейк.
— Он мой друг. Я его понимаю, — ответил Макс.
— Скажи ему, пусть пописает в углу, — промычал Джейк. — Я так и сделал.
Не мне было судить. Я сделал так же.
— Он боится и не пойдет туда один. Я тоже.
— Мне тоже надо, — добавила Хлоя.
— Прекрасно. — Джейк тяжело вздохнул.
С этим могла бы справиться Астрид, но поскольку она скрылась в неизвестном направлении, нам пришлось разбираться самим.
После бурного перешептывания с Каролиной, Генри поднял руку.
Джейк не мог его видеть в отличие от меня.
— Что такое, Генри? — сказал я.
— Когда мы с Каролиной ложимся спать, мы надеваем памперсы. Так как все это похоже на ночевку, мы достали себе несколько.
Он вытащил открытую упаковку памперсов шестого размера.
— Ты предлагаешь нам гадить в подгузник? — спросил Брейден.
Генри пожал плечами.
— Это неплохая идея. Мы можем просто класть подгузники и памперсы на пол и делать то, что надо. Потом просто сворачивать их и выкидывать в мусорный мешок. Это должно сработать, — заговорил Нико.
Так мы и поступили.
Малыши сразу надели их на себя. Вряд ли им хотелось вставать одним посреди ночи. Я более чем уверен, что об уборной они даже думать не хотели после всего, что произошло в последний раз, когда они были там.
Они просто начали носить подгузники.
Никто не замечает некоторой регрессии?
(На следующий день Нико соорудил для нас отхожее место в отделе детских колясок. Оно было сделано из туалетного сиденья, стоящего на сверхпрочной пластиковой чаше, которые используют на строительных площадках, с засунутым внутрь пластиковым пакетом. Периодически пакет завязывали и выбрасывали в герметичный контейнер. Просто довожу до вашего сведения.)
Около десяти свет в магазине автоматически погас. Это было похоже на приход ночи. Спальный мешок не делал твердый пол мягче, и мне пришла идея перетащить его с утра на шезлонг или что-то вроде того.
Я мечтал, пока не уснул.
А проснулся от тоненького голоска.
Один из малышей разговаривал во сне. Сложно было сказать, кто именно.
Вся речь состояла из одного слова.