Страница 66 из 90
- Аптечку сюда! Быстро! Стимул-дозу!
Известно же, что с заветной упаковкой первой помощи республиканский солдат расстается только в душевой, а выходя из нее, крепит к телу раньше, чем голую задницу трусами прикроет. А уж сколько жизней спасли три скромных инфузора — не пересчитать.
- Эй! Божественный! - прокричал Аквилин, энергично встряхивая Ацилия за плечи. - Жива твоя Кассия! Жива, слышишь? Без сознания из-за станнер-мины, но жива. Сейчас тебе полегчает.
«Я — идиот, - клял себя Квинт Марций. - Нельзя было их одних оставлять».
- Что? - прошептал Ацилий и довольно бодро затряс головой.
Взгляд его постепенно становился осмысленным. Стимулятор, который, случалось, поднимал на ноги человека с фаршем из внутренних органов и мукой вместо костей, уже начал действовать.
- Сейчас тебе станет лучше, Божественный. Считай от десяти до одного. Десять!
- Десять...
На счет три Куриону можно было смело давать в руки штурмовую винтовку и отправлять на штурм всех галийских застенков вместе взятых. Вот только не было ни у кого ни штурмовой винтовки, ни простого «гладия». Это изрядно нервировало.
- Сейчас бы егерей каких-нибудь подловить, - предложил Квинт Кассий. - Или кого-то вроде здешних вигилов, чтобы с оружием.
- Возле посадочной платформы есть спасательный бот, - аккуратно вклинилась Либертина. - Пусть спасут от острого дефицита вооружений, а заодно и поинтересуемся, что у них тут за хрень происходит.
- И попробуем догнать похитителей, - обрадовался Гай Ацилий. - Это приказ.
«Вороны тебя раздери, живорожденный!» было написано на лице Марции Септимии большими буквами. Именно в такие моменты генмодификация давила горло как ошейник. Лояльность приказам лидера, будь она проклята!
- Тогда — вперед!
В колонну по двое строиться не стали, а так же обошлись без строевого шага и боевой песни, но на местных спасателей впечатление произвели неслабое. И уже прямо на месте доподлинно выяснили, что безупречно вежливые, с неизменной улыбкой на устах, галийцы вооружены и даже опасны. И не столько импульсными «кормаками», сколько одним, но очень мощным огнестрельным дробовиком.
После слов Северина наварх «Аквилы» молчала минуты две, но всем на мостике показалось – час, не меньше. Наконец Ливия выпрямилась в кресле и разжала пальцы, впившиеся в подлокотники.
- Вот как, значит, - процедила она. – Ты считаешь, что варвары похитили нашу госпожу Кассию.
- Уверен процентов на 70, - ответил Северин. – То, что галийки при случае похищают лигариев, общеизвестно. Особенно тех лигариев, за которых некому вступиться. Вроде наших, - и добавил, чтобы уж точно никаких сомнений не оставить. – Наших, беглых.
- Допустим, - не меняя тона, кивнула Ливия. – И они как-то, от кого-то узнали, что у нас лигарии есть и что Кассия – одна из них. Любопытно.
Наварх жестом предложила остальным присоединиться к разговору, чем немедленно воспользовался Плавтий, традиционно озвучив общие мысли:
- А зачем галийкам чужие лигарии?
- Как – зачем? – Марк Фурий пожал плечами. – Женщин они перенастраивают под галийские системы и используют, мужчин – продают. Данайцам, кажется. А что до вопроса, как узнали… Мы ведь через червоточину прошли, значит, без лигариев не обошлось.
- Ага, а по борту у нас крупная надпись: «Есть бесхозная лигария, зовут Кассией, личный номер такой-то»? – съязвила Юлия Прима, демонстрируя, что аналитический отдел уже не дремлет. – Я считаю, наварх, что у нас утечка. Прошу предоставить моему отделу полномочия и выделить отряд вигилов для…
- Юлия, начиная с этого момента я хочу слышать твой голос, только когда сама что-то у тебя спрошу, - прошипела наварх. Она намеренно не стала во всеуслышание устраивать разбор полетов касательно прекрасной работы аналитиков. Сейчас Аквилинам как никогда требовалась уверенность в командовании и друг в друге. Поиск виноватых, расследование, допросы и отчеты – все эти традиционные развлечения волей наварха отменялись. Моральный дух дороже.
- И отныне никаких разговоров о мифических «утечках». Всем принять к сведению: в нашей эскадре нет и не может быть предателей. Варварам о наших, как выразилась эта рыжая cu
Наварх не успела договорить. Связист Фульвий, всё это время сосредоточенно колдовавший над частотами, кодами и сигнатурами, прервал ее удивленным возгласом:
- Наварх! Есть передача на частоте Республики!
Ливия осеклась и на мгновение прикусила губу, не позволяя себе надеяться. Это не могли быть пропавшие «туристы», это…
- Источник?
Фульвий замялся и досадливо тряхнул головой. Ливия нетерпеливо повторила:
- Источник? Планета?
- Э… нет, наварх. Передача идет через сеть ретрансляторов, это точно где-то в пространстве Бренны, но не со Второй луны. Это с корабля.
- Открой канал. Поглядим, кто это к нам скребется.
Фульвий завозился, очищая сигнал. И возник на экране тот, кого совсем не ждали, а если и ждали, то не так скоро: молодой республиканец в цивильном, красивый, как амикус, зачем-то вырядившийся в сенаторскую тогу. Только взгляд его портил всё впечатление. Нехороший был взгляд, жесткий и пронзительный, совсем не как у романтичных сотрудников службы рекреации.
- Ага, - буркнула наварх, скрывая неприятное удивление. – А вроде бы не поминали… И что это у нас тут?
- Ливия Терция, наварх биремы «Аквила» и, как я слышал, глава этой мятежной шайки, - молвил незваный собеседник. Генные инженеры на славу потрудились не только над его внешностью, голос тоже был произведением селекционного искусства. Мелодичный, глубокий, напоенный искренностью, профессиональной, как ласки гетер. Ливия дернула плечом и бросила грубо:
- И?
- Я – Клодий Пульхр, народный трибун Республики и сенатор. И я ожидаю уважения от тебя и твоих людей.
- А! Уважение! – наварх развалилась в кресле и глумливо скривила губы. – Ну, уважения ты будешь ожидать от нас долго. Ожидай, коли тебе угодно, трибун.
Аквилина вложила в одно это слово столько яда, что прозвучало оно как грязное ругательство.
- И чего тебе, трибун? Зачем отвлекать мятежников от мятежа?
Красавчик по ту сторону пространства ухмыльнулся, демонстрируя, что Ацилий недаром называл его не иначе, как «скотина-Клодий»:
- Для мятежницы, потерявшей своего вдохновителя, ты чересчур уж наглая. Не находишь, что в этом кроется противоречие, а, Аквилина? Генмодификация сбоит?
Ливия оскалилась в ответ:
- Для патриция ты слишком уж смазлив, даже для репликаторного. Уверен, что ты и в самом деле трибун, а не амикус с вирт-психозом? Иначе откуда бы взяться таким фантазиям? Вдохновителя потеряли, как же, как же… - женщина презрительно прищурилась и внезапно сменила тон с издевательского на угрожающий:
- А даже если и так. Даже если потеряли. Ты не задумывался, трибун, на что мы станем способны без Гая Ацилия? У меня орудийные погреба забиты под завязку и руки прямо-таки чешутся проложить курс к Лацию и устроить родной метрополии ядерную зиму… Как считаешь, может получиться?
Клодий, умело скрыв удивление, даже как-то восхищенно покачал головой и улыбнулся уже почти по-человечески:
- Ладно, наварх, я понял: когда создавали твою фамилию, перемудрили с новшествами. Хотя вообще-то отсутствие страха – это патология.
- А отсутствие совести тогда что? – Аквилина пожала плечами. – Мне подрезали страх, а тебе, похоже, кастрировали совесть. Ближе к делу, трибун. Если ты ждешь от меня покаяния, капитуляции и публичного самоубийства, то ждать придется долго. Бомбить Лаций я, может, и не полечу… Но галактика большая, а мы – маленькие. Улавливаешь, о чем я?
- Вполне. Скажу так: у меня на Гая Ацилия имеются свои планы.
- Неужто? – Ливия деланно удивилась. – И какие же?
- Это моя маленькая сладкая тайна, Аквилина, - Клодий быстро облизнул идеально очерченные губы и подмигнул похабно, словно данаец в душевой, полной манипулариев. – Но Ацилий-лигарий в эти планы не вписывается. Поэтому Куриона тебе галийки вернут, а вот его… придаток – извини, нет. Тут, на Бренне, живут практичные люди. Бесхозная лигария – неплохое вложение капитала.