Страница 9 из 21
«Какая живучая скотинка! Откуда же ты к нам пришла?»
Опасливо косясь в ту сторону, откуда притопала тварь, я медленно, не спуская ее с прицела, приблизился к неподвижному телу.
Несмотря на то, что пули практически полностью разнесли ему голову и разворотили грудь, вблизи насекомое производи ло очень сильное впечатление. Особенно внушали уважение метровые ноги с двумя хитиновыми когтями на каждой. Явно острые, как бритвы, и длинные, как загнутые кинжалы, вкупе с силой и скоростью, коими обладал их хозяин, они были страшным оружием, от которого не спасет никакой бронежилет. Вынув походный тесак, я в три удара перерубил конечность в области сочленения. Оценив трофей – да-а… будет, чем похвастаться перед Никой! – завернул его в какую-то промасленную тряпку, лежавшую здесь же в багажнике, и положил в рюкзак.
После этой неожиданной встречи я уже не был столь беспечен. Продвигался медленно, стараясь держаться густых теней, которые отбрасывали предметы, освещаемые полной луной. Это просто невероятная удача новичка, что я не столкнулся с букашкой нос к носу – так сказать, фора фортуны. Теперь стала понятна природа здешней пустынности и тишины. Когда по городу бродит такой охотник, с его территории ушла вся потенциальная пища.
Судя по кар те, до Новоданиловской набережной осталось не более сотни метров, когда начали слышаться странные звуки: непонятные чавканье, хлюпанье, которые периодически заглушались звонким стрекотанием. Впереди, между просветами домов, виднелось свободное от строений пространство, и выходить мне на него совершенно не хотелось.
«Будь что будет. Зачем я тогда сюда шел, если сейчас назад поверну?»
Оценив местность, я решил держаться края уцелевших зданий: и посмотреть на источник звука, и остаться незамеченным. Обойдя разрушения, которых в этом месте было почему-то больше, чем обычно, осторожно выглянул из-за угла.
Открывшееся мне зрелище заставило оцепенеть. В ярком лунном свете несла свои чернильные воды Москва-река, заключенная в камень набережной. Небо было чистым, только редкие темные облака медленно и величаво проплывали среди ярких звезд. Возле берега, касаясь накренившимся бортом каменного обрамления реки, черной даже на фоне т емной воды массой выделялось огромное судно, скорее всего баржа. Над ее палубой, как скелет какого-то сказочного дракона, торчал покосившийся кран. А прямо передо мной зияла огромная яма. Край этой ямы или воронки от мощного взрыва вплотную подходил к разрушенной набережной, и речная вода свободно затекала внутрь, закручиваясь водоворотами. Именно из этой воронки и исходили непонятные звуки, но, что там творилось, с моего относительно безопасного места было не рассмотреть. Во-первых, мешал вал выброшенной земли, за который я заглядывать пока не решался. Залезть на гребень – это как самому забраться на обеденный стол к голодным монстрам. Во-вторых, то, что было видно, накрывала густая тень. «Надо найти место повыше, – подумал я и с интересом уставился на баржу. – О! Если обойти и залезть со стороны кормы, то с палубы все хорошо будет видно».
Сказано (в данном случае – подумано) – сделано.
Пригибаясь за насыпью и стараясь не шуметь (хотя звуков было предостаточно и мои шаги вряд ли были бы услышаны), я шустро перебежал по дуге и скрылся в тени огромной кормы судна. Вот тут и было самое слабое место моего плана: чтобы залезть на баржу, надо было или выходить на освещенную набережную, или спускаться в воду. Ни того ни другого делать не хотелось.
Скрючившись за вывороченной гранитной плитой, я оценивал свои шансы быть незамеченным. Вода казалась очень соблазнительным способом скрытно загрузиться на эту ржавую посудину, тем более что со стороны реки с борта свисал оборванный трос, но… ВОДА. Инстинкт самосохранения вопил, что этот способ неприемлем. А с другой стороны – три метра открытого пространства, прыжок – и цель достигнута… «Нет, в воду не полезу, хоть режьте».
Дождавшись, пока очередная звонкая трель заполнила собой все окружающее пространство, я сорвался с места и на одном дыхании, в три прыжка, преодолел открытый участок. Отчаянно оттолкнувшись, перелетел пропасть между бортом и набережной, в глубине которой плескалась черная вода.
Несмотря на то, что крен судна значительно снизил высоту борта, перескочить его мне не удалось. Зацепившись ногой за край, я грузно рухнул на палубу. Грохот от моего падения был слышен, наверное, даже на Тульской. Перекатившись, не замечая боли в ушибленном плече, я поспешно спрятался за бортом. Сердце колотилось в бешеном ритме, и было ощущение, что оно вот-вот выскочит прямо через защиту и «броник».
Немного отдышавшись, я по-пластунски подполз к ближайшему клюзу и осторожно выглянул на набережную. Мои робкие попытки научиться летать не прошли незамеченными: на гребень вала выползло насекомое, брат-близнец того, с кем мы повстречались на узкой дорожке, отсекая мне дорогу назад. Оно вылупило свои гляделки, щелкало жвалами, издавало уже порядком надоевшую мне трель и пыталось определить источник шума, а главное – уходить пока никуда не собиралось.
«Вот кто у нас тут , оказывается, живет! Почему-то я не удивлен».
Встав на четвереньки, я проворно пополз вдоль борта к тому месту, где борт баржи нависал над самой воронкой. Мои худшие опасения подтвердились. След от взрыва представлял собой широкую яму, метров двадцать пять в диаметре, дно которой было заполнено грязной жижей. В лунном свете все видимое пространство воронки кишело копошащимися телами насекомых.
«Это ж сколько их тут? Сотни, может, даже тысяча!!!»
На моих глазах из одного из кожистых мешков, собранных в бусины прямо напротив моего убежища, вылупилась еще одна особь. Она плюхнулась в воду и смешалась с массой шуршащих, булькающих и трещащих собратьев. Некоторые из наиболее окрепших сидели на крутых склонах своего жилища, явно намереваясь исследовать этот сложный и противоречивый мир на предмет его съедобности.
«Так это детки?! Какая же тогда у вас мамаша? Не хотел бы я с ней встретиться…»
Я кинул взгляд на гребень вала. Страж все еще торчал там, гневно щелкая… чем они там щелкают?
«Как же теперь обратно? Видимо, придется через воду…»
Не успел я себя уговорить на явно самоубийственный шаг, как луну закрыла огромная тень, и от свиста рассекаемых воздух кожистых крыльев заложило уши. Огромный демон, практически бесшумно спланировавший надо мной, одним движением сгреб моего охранника и, уже в воздухе открутив ему голову, скрылся в темноте.
«Во попал! Черт меня дернул сюда залезть».
Я повернулся на спину и уставился в небо. На фоне ярких звезд мелькали тени десятка самых страшных хищников поверхности. Успокаивало одно: объектом их охоты являюсь не я. Но это пока… Стоит им меня заметить, и демоны вполне согласятся сменить рацион.
Хищники по одному вываливались из воздушной круговерти, которую они затеяли в небе, в воздушном пике тормозя только у самой воронк и, выхватывали намеченную цель и мгновенно уносились ввысь, держа в мощных когтистых лапах добычу. Я завороженно наблюдал за их охотой, надеясь, что они не заметят меня на фоне темного пятна баржи. В голове мелькнула безумная мысль: может, переждав, пока демоны вволю наохотятся, удастся спокойно уйти?