Страница 38 из 69
‑ Нехрен чужие винтовки лапать, ‑ пробурчал Старк, меняя магазин, ‑ коллекционер, мать твою. Чувак не для того из гнезда выпал.
Он осторожно приподнял голову. Пуля, чвакнув, влепилась в ствол. Старк быстро пригнулся. Ещё несколько пуль с характерным звуком ударили в дерево над головой. Так, а ведь это уже кто‑то пристрелялся. И, стало быть, сумел процарапаться сквозь густые заросли. Ещё несколько свистнуло в опасной близости. Да что ж вы такие настырные, мать‑перемать! Он, прикидывая, мельком глянул на циферблат.
"Так, двенадцать минут уже отгрызено ‑ более, чем требовалось. Можно теперь не экономить себя, а устроить сволочам "прощание славяна!" Чем больше утащу с собой ‑ тем не обиднее сдохнуть," ‑ злорадно подумал Старк. Как бы то ни было, выйти из этой сшибки ему уже не судьба: отступать у него права нет. Да и возможности тоже ‑ вот так менять диспозицию, добровольно превращая себя из охотника в дичь, извините! В общем, проблемы выбора, слава Богу, не было: надо воевать до посинения. Ну, что ж, вам же хуже…
Дальнейшие события он почти не помнил. Сплошные передвижения, прыжки, смена магазинов, броски гранат. Даже прицел был не нужен ‑ работала иная, высшая "система наведения". Переход в "боевой раж" был стандартной процедурой (после месяцев тренировок в учебке , конечно). Активная часть сознания отключилась и передала управление телом подсознанию. Старк в эти минуты, по сути, был просто биороботом, действующем на прочно вбитых навыках и рефлексах ‑ придатком своего арсенала. Сейчас врагом являлось всё, что движется и человеческих размеров.
К сожалению, всё хорошее кончается рано или поздно. Кончились гранаты, в винтовке был последний полный магазин. И, самое хреновое то, что кончился кураж. Его вышвырнуло из состояния "боевого ража", как птенца из гнезда. Прямо под стволы… Но, что за чёрт! В него никто не стрелял.
Старку вспомнился кусочек из детства: играли в снежки. В его сторону кто‑то швырнул снежок в тот же момент, когда встречный снежок бросил он сам. Тогда ещё он не был безликим Старком, а был обыкновенным пятиклассником Олежей Старковым. И, уже заранее напрягшись, чтобы было не очень больно от попадания, застыл, зажмурив глаза. Странно, но никакого попадания не было, потому что снежки, как оказалось, случайно столкнулись в полёте!
И только тут до Старка дошло, что кончились не только гранаты и везение ‑ боевики тоже… кончились!!!
Джунгли пока молчали, вся живность разбежалась и разлетелась куда подальше от разборок хомо сапиенс и никого вокруг не слышалось и не наблюдалось. Отобрав у ближайшего трупа автомат, Старк поставил его на одиночную стрельбу и пошёл по полянке, осторожно разглядывая падших. Четверо ещё были слегка живы и пришлось отправить их в "края счастливой охоты", или как это у них называется. Свои патроны на "акт сурового милосердия" Старк тратить не хотел.
Киношная доставка с вертолётом на точке рандеву ему тоже не светила. Только америкосы в Голливуде думают о комфорте ‑ безопасность им обеспечивает помощник режиссёра! У всех остальных, в джунглях, вертолёт ‑ лёгкая добыча: сам он внизу, среди зелени ничего не видит, а снизу его видно хорошо. Особенно, когда под рукой гранатомёт! Кто кому наваляет в таких условиях? Да никакой помощник режиссёра не спасёт!…
Недолго думая, он собрал четыре полных магазина для трофейного "калаша" и, для бодрости духа, вражеских гранат под звучным названием "ананас". Старк закинул за плечи потяжелевший вещмешок и задумался: как ловчее выйти к… , а собственно куда? Ему вдруг стало неловко. Да ну, ерунда какая‑то, чтобы он… а кто он? На миг это показалось какой‑то дурной фантасмагорией: стоит нехилый чувак, увешанный оружием с головы до пят, и думает: "А кто я такой?"
‑ Ни хрена себе пельмень…
Ему показалось, что это какой‑то минутный заскок. Вроде того, когда подписываешь обратный адрес на конверте и вдруг понимаешь, что не помнишь собственную фамилию. Минута‑другая тупого созерцания потолка и вспоминаешь! О, господи! Ну, надо же так затупить! Однако, как ни напрягал Старк свою память, на выходе получал только "белый шум". Ждите ответа, ждите ответа, ждите ответа… А ответа‑то и нет!
Не то, чтобы извилины стали девственно‑чистыми, нет. Он знал, что его зовут Старк и, помимо этого, ещё целую кучу интересных вещей. Однако, кто он такой, как тут оказался и, главное, куда отсюда нужно идти? На эти вопросы мозг равнодушно отвечал, что "запрашиваемая информация отсутствует". Такой вот пердимонокль…
Все эти штучки‑дрючки типа "боевого ража", "изменённого состояния сознания" и прочего в таком же духе, несомненно, полезны. Особенно в некоторых, ну, очень узких областях деятельности. Да, тех самых, о которых лица ответственные помалкивают, а безответственные с жадным любопытством ловят малейшие крохи информации. Иногда, к слову сказать, на собственную задницу.
"Боевой раж" сыграл со Старком нехорошую шутку. Теперь он шагал по тропе, понятия не имея ‑ куда, собственно, идёт? Ну, а что делать: попросить политического убежища у кучи трупов? Он ведь память потерял, а не здравый смысл. И бывший первый снайпер разведывательно‑диверсионной группы сержант Олег Старков потопал строго на север. Через джунгли, чтобы не светиться на дорогах. Он точно помнил, что дорогами пользоваться запрещено, хотя и не помнил ‑ кем и почему. Потому что, когда не знаешь, куда идти, нужно идти куда‑нибудь, лишь бы в одну сторону…
Глава седьмая.
Всё хорошо, прекрасные маркизы?
С утра, для подстраховки, к деревьям возле вывешенного "дорожного знака" отправили одного из подростков, работающих у Алефа. Четырнадцатилетний Курт был очень смышлёным пареньком и без проблем понял, как пользоваться сигналками, выданными Старком. Сам местечковый "вождь всех времён и народов" вышел (наконец‑то) в воронёном матовом пластинчатом доспехе, со своим любимым посохом и двумя "боло". На шлеме было необычное забрало ‑ то ли из стекла, то ли из кристалла. Явно небьющееся устройство имело овальную выпуклую форму и, функционально, позволяло видеть ночью, как днём. Причём, видеть не какие‑нибудь там зелёные тени, как в приборе ночного видения, а вполне обычно, только в чёрно‑белом варианте.
Взобравшись на своего вороного друга, он засунул посох в хольстер справа и, взяв в руки по "боло", выехал на середину Дороги метрах в двадцати от площади. Хельвеолан выше арабского скакуна на двадцать сантиметров в холке и гораздо мощнее ‑ его даже от веса посоха не скособочило. Эмир Хусен знал, чьи детки ему достанутся, когда предлагал сотрудничество.
Стрелки, обосновавшись на позициях, нетерпеливо ждали, переминаясь с ноги на ногу. Как всегда, когда ждёшь момента вскипания кофе, он нагло делает вид, что не торопится. А потом мгновенно начинает бухтеть и переливается через край турки.
Зелёная ракета взмыла ввысь и тут же донёсся топот подъезжающего отряда. Когда до прибывающего на станцию "Площадь" состава осталось метров двести ‑ Старк раскрутил оба "боло", метнул их навстречу головному клину и начал разгон, взяв в руки посох. Пара лошадей, скакавших слишком быстро, тут же упали мордами вниз и стали помехой другим. На саму площадь выехал не монолит, а криво обустроенная "лава", что и требовалось в данный момент. Огнебойщики просто сносили всадников с лошадей. Когда попадали, естественно. Болты и стрелы с наконечниками К‑7 легко пробивали и "стандарты" и "артиги", учитывая суммарную скорость сближения.