Оборотная сторона героя

Примерно с дюжину человек в одеяниях такого пронзительно красного цвета, что глаз резало даже издалека, стояли кругом, раскинув руки в стороны и, словно в трансе, раскачивались из стороны в сторону. Внутри этого импровизированного кольца, в таких же одеяниях и позах стояло пятеро. А посередине – посередине в темнеющем от сумерек воздухе отчётливо мерцало облако света, чуть искрящее по краям. Ни дать, ни взять – классический портал, каким его показывают во всех фантастических фильмах. Толпы людей, стекавшиеся к храму, надеялись уйти от вражеской армии через проход!

А жрецы в красном сделали его видимым и держали открытым – умение, о котором конквесторы "Бастиона" даже и не подозревали.

Размышляя над только что увиденным, Арагорн задумчиво возвращался к своим спутникам.

– Ну, что там? – встретили его одинаковым вопросом ООНовцы.

– Проход, – задумчиво ответил конквестор. – Жрецы открыли проход, и сейчас через него проходят целые толпы, спасаясь от тайской армии.

– Проход в проходе? – поднял брови Лекс.

– А он куда ведёт? – восхищённо ахнул Джейк.

– Да, – кивнул цыгану Арагорн и помрачнел, – Куда ведёт – я не знаю. Проходы в проходах – очень опасная штука. Они совершенно не изучены, неизвестно, как их цикл взаимодействует с циклом того прохода, в котором ты находишься. Предположительно, удаляться от своего времени дальше, чем на одну временную линию, нельзя, иначе можно никогда не вернуться. А поскольку неизвестно, в ту же самую временную линию ведёт проход в проходе или в другую, заходить в них категорически запрещено.

Алессандра вдруг медленно поднялась и не спеша прошагала в сторону густых зарослей неподалёку. Несколько мгновений спустя ветви зашумели, так, словно кто-то изо всей силы их тряс, и послышались возмущённые выкрики. Большую часть из них Арагорн не разобрал, но даже его скудного португальского хватило, чтобы понять – девушка использует весь свой запас нецензурных ругательств.

Мужчины растерянно переглянулись.

– Нервный срыв, – пробормотал Карлос.

– Пусть выплеснет, ей станет лучше, – добавил Джейк.

Арагорн сомневался, что в таком состоянии девушку лучше оставить одну, но внезапный вскрик и наступившая за ним тишина всё решили. Лекс и конквестор рванули в её сторону почти одновременно.

Девушка ничком лежала на земле, лицо побледнело. Она что-то отчаянно пыталась сказать, слабо шевеля рукой, но не могла вымолвить ни слова – губы распухли и, похоже, ей становилось тяжело дышать.

Арагорн замер, напряжённо во что-то всматриваясь; цыган подбежал к Алессандре и присел на корточки.

– Что? Что? – переспрашивал он, бестолково суетясь вокруг девушки.

– Не двигайся! – резко приказал Арагорн Лексу. Медленно, мягко загашал вперёд, стягивая с себя футболку и наматывая её на руку.

– Кто? Где? – заозирался Лекс в поисках невидимой опасности.

Арагорн стремительно рванул вперёд, и прежде, чем цыган успел понять, что происходит, рядом с ним на землю тихо шлёпнулось что-то небольшое, похожее на тонкую верёвку. Оно слегка переливалось и было покрыто мелкой чешуёй… Лекс испуганно завопил и отскочил в сторону, когда понял, что это змея, и не сразу сообразил, что она уже мертва.

На крик появились встревоженные ООНовцы.

Конквестор, тем временем, быстро осмотрел девушку, нашёл место укуса, выдернув ремень, перетянул ногу, озабоченно заглянул в глаза, а затем… Цыган испуганно вздохнул, когда Арагорн деловито засунул тело змеи в карман брюк, а после подхватил девушку на руки и куда-то зашагал.

Цыган заторопился за Арагорном, ничего не понимающие Джейк с Карлосом потянулись следом.

– Ты куда? – спросил Лекс, опасаясь, что конквестор его просто-напросто не услышит.

– В город, – сквозь зубы отозвался Арагорн.

Алессандра у него на руках дышала всё тяжелее, и он прибавил шаг.

– Зачем?

– Я не знаю, что за змея её укусила, но местные могут знать. И у них может быть противоядие.

– Ты идёшь туда? – ахнул Джейк. – Но там же… там…

– Ты предлагаешь мне сидеть и смотреть, как она умирает? – рявкнул конквестор, не замедляя шага.

– А что делать нам?

– Ждите. За вами обязательно придут.

ООНовцы растерянно переглянулись, но продолжали следовать за Арагорном.

Цыган же решительно заявил:

– Я с тобой.

Арагорн остановился, вперился в Лекса таким жёстким взглядом, что тот вздрогнул.

– Сейчас им всем, – мотнул он головой в сторону Ангкора, – ни до чего. Кто бы ни умирал на их глазах, люди ничего не услышат. Они придут в себя только когда окажутся в безопасности. А безопасность – по другую сторону прохода.

– Но ты же сам говорил про проходы в проходе! – поражённо воскликнул цыган. – Ты же говорил… – От волнения он плюнул на попытки быть вежливым и говорить на языке, который понимают все присутствующие, и перешёл на русский, – Ты же говорил, что они опасны! Что в них ни в коем случае нельзя идти! Что из них можно не вернуться!

Арагорн только пожал плечами. Перехватил девушку поудобнее. С нажимом произнёс, обращаясь сразу ко всем и ни к кому в отдельности:

– Не попадайтесь в руки местным. Найдите пресную воду. И не отходите слишком далеко – за вами обязательно придёт кто-нибудь из наших. А когда они придут, скажите им, что мы ушли в открытый жрецами в центре Ангкор-вата неизвестный проход.

Развернулся – и решительно загашал в Ангкор.

Вмиг растерявшие свой энтузиазм ООНовцы растерянно провожали его взглядом.

Цыган тоже смотрел в спину удаляющемуся конквестору и хмурился. А потом резко сорвался с места и бросился вслед.

ГЛАВА 13

Просторный зал казино "Прайм" был погружен в густую темноту, лишь слабый свет сочился с огромного, во весь потолок, экрана, казавшегося окном в космос, в вечной черноте которого кружились созвездия и пролетали, едва не задевая головы зрителей, галактики. Лестницы, перила, ярусы и балкончики, образовывавшие в зале клуба футуристическое подобие древнего амфитеатра, были почти невидимы в этой псевдо-космической темноте. Присутствие толпы угадывалось лишь по дыханию – частому, едва сдерживаемому, подстегнутому бурлящим в крови адреналином. Современные зрители ждали крови своих гладиаторов.

Когда Жанна механически потянулась за второй сигаретой, она с удивлением поняла, что волнуется. Не от предвкушения сенсации, которую вызовет её статья – а она вызовет, в холле журналистка уже успела углядеть парочку весьма высокопоставленных политиков и несколько очень крупных бизнесменов, а когда начнутся бои и зажжется свет над ареной, среди зрителей она, без сомнения, высмотрит еще несколько публичных фигур.

Волновалась журналистка и не из-за судьбы своей ставки – по большому счёту, ей было безразлично, выиграет она или нет, всё равно деньги не её, а редакционные, плюс вчерашний выигрыш.

Жанна волновалась за судьбу незнакомца, чьи фотографии висели по всей Москве и крутились по всем телеканалам города, за незнакомца, которого она разглядела под незатейливой маскировкой короткой стрижки и перекрашенных волос.