Страница 50 из 99
Хохлома ещё немного посомневался, но всё-таки взял телефон, позвонил ребятам, сопровождающим партию оружия, и коротко распорядился:
– К заказчикам ехать не надо, в Москву не возвращайтесь и оставайтесь на связи. А пока потеряйтесь где-нибудь. Хорошенько так потеряйтесь.
ГЛАВА 8
Звонок Папыча бесцеремонно выдернул Илью из крепкого сна.
– Только что на связь выходил Ян. Намечается серьезная битва, ты срочно нужен под Троей. Через полчаса за тобой заедут.
– Понял. Про Ахилла ничего не слышно? – безо всякой надежды поинтересовался Илья.
– Нет, мы его уже нашли. А тебя отправляем к Трое только ради собственного извращённого удовольствия.
Илья чертыхнулся про себя.
С другой стороны, а чего он злится? Найти одного, пусть даже и довольно заметного человека в городе и области с совокупным населением едва не в двадцать миллионов не так уж и просто. Хотя, в то же время, поиски-то ведутся с размахом. Неужели никто из тех, кто видел Ахилла, не смотрит телевизор? Неужели никого не заинтересовала награда – ведь сумму назначили такую, что даже состоятельный человек сочтет ее приличной.
Расходился Илья долго и тяжело.
"Простуду я, что ли, подхватил?" – подумал он. Хотя, даже если и так – планов на сегодняшний день это не изменит. Не суждено ему ни валяться в постели, ни пить горячий бульон и чай с малиновым вареньем и лечебными порошками. Его ждет палящее солнце, вонючий лагерь и тысячи потных, убивающих друг друга мужиков.
Как и было обещано, через тридцать минут под окнами показался УАЗик. Илья, напяливший хитон поверх брюк, под куртку, с доспехами и мечом под мышкой, побежал вниз, понадеявшись, что ему удастся избежать встречи с соседями – утро не самое раннее, все должны бы уже разойтись на работу. Сидящий за рулем Петрович был мрачнее тучи.
– Привет, Василий, – поздоровался Илья.
Обычно он не называл братьев вот так, с ходу, по имени, не будучи до конца уверен, с кем именно говорит, но в этот раз все было ясно сразу. Тем сильнее оказалось его изумление, когда хмурый Петрович молча перебрался на пассажирское сидение, и, только когда Илья, пожав плечами, сел за руль, буркнул:
– Арагорн я.
Илье редко доводилось видеть жизнерадостного брата Петровича в таком настроении, и он благоразумно решил не расспрашивать, что произошло. Захочет – сам расскажет.
* * *
Гожо проснулся в прекрасном настроении. Во-первых, более-менее решили вопрос с незнакомцем. Во-вторых, операция с оружием прошла успешно. И это только начало. Теперь он будет набираться опыта, обрастать связями и увеличивать оборот. Торговля оружием – крайне перспективная область вложения капитала, потому что даже в самое мирное время люди продолжают убивать друг друга. А уж сколько горячих точек по всему миру! Главное – взять удачный старт, такой, чтобы выйти на должный уровень. Чтобы о тебе узнали и стали тебя рассматривать как потенциального партнера, серьёзного и надежного.
Кроме того, сегодня среднему брату Джуре, а по паспорту – Георгию Алмазову, исполнялось двадцать пять. Гулять собирались всем табором завтра, а сегодня предстояло празднование в узком семейном кругу, человек пятьдесят, не больше. Гожо давно приметил ему последнюю модель айпада в подарок, но купить все руки не доходили. Ну, вот теперь, можно поехать и приобрести – на Волокамском, он слышал, открыли новый магазин электроники. А на обратном пути надо заглянуть с Ахиллом в парикмахерскую – необходимо, чтобы он меньше походил на собственное изображение, транслируемое едва не по всем каналам. Коротко его постричь, перекрасить в тёмный цвет – и опознать его станет сложнее.
Объяснить Ахиллу, что именно с ним будут делать, Гожо, как ни старался, не смог. В итоге цыган просто остановился у маленькой парикмахерской, оборудованной в квартире на первом этаже какой-то многоэтажки, и рисунками пояснил Ахиллу, что ему сейчас обрежут волосы. В ответ на удивленно поднятые брови своего спутника вздохнул, заглянул в разговорник и отделался беспомощным "дхэий" – надо.
Коротко стриженый и темноволосый, Ахилл если и не преобразился, то в любом случае стал уже не так явно похож на собственную фотографию с экранов телевизора. С чувством выполненного долга Гожо повел изумленного переменами в своей внешности спутника к машине. И увидел, что серебристую "Тойоту" зажали между собой два солидных темно-зеленых "Навигатора", а вдоль них неторопливо прогуливалось туда-сюда двое крепких парней в тёмных зимних куртках.
При виде Лекса из джипа выбрался мужчина средних лет с невыразительным лицом и странной стрижкой под горшок, в дорогом пальто, отделанном блестящей норкой.
– Алексей Алмазов? – негромко поинтересовался он.
– Возможно, – настороженно бросил в ответ Гожо.
Тот некоторое время пристально смотрел на него, потом поинтересовался с легким оттенком любопытства:
– Ты знаешь, кто я такой?
– А я должен?
Бесцветные брови собеседника слегка вздрогнули – похоже, к такому тону, да и к такому ответу он не привык. Но представляться всё-таки не стал.
– Это ты Хохломе оружие продал?
– Допустим, – осторожно ответил Гожо, прикидывая, а не намечается ли у него ещё один покупатель. Если так, то надо будет с полковником Непыренко встретиться, и поскорее.
– А для кого он это оружие приобрел, ты в курсе?
– Нет. Да меня это, честно говоря, и не волнует.
И снова мужчина замолчал, словно обдумывая следующий ход.
– Не волнует… Предположим, что ты действительно не в курсе, для кого, – наконец, кивнул он. – Откуда у тебя оружие?
– Извините, но это тайна. Можно сказать, коммерческая.
– Тайна… Ладно, попробуем по-другому, – вздохнул собеседник. – Сам ты – слишком мелкая сошка, чтобы вести самостоятельную игру. Значит, работаешь на кого-то. На кого?
– Хотите верьте, хотите нет, – заявил Гожо, которого немного задело, что его не принимают за самостоятельного игрока, – но работаю я на себя.
Цыган даже и не представлял себе, как серьезно его воспринимают на самом деле. Не его лично, конечно, а организацию, которую он якобы представляет. Вот и сейчас Глушитель некоторое время безразлично смотрел на нахального кудрявого парня, размышляя, какие будут последствия, если на него надавить – мало ли, кто за этим наглецом стоит.
– Я тебя предупреждаю в первый и последний раз – расскажи по-хорошему. К тебе лично никаких претензий не будет, обещаю.
– Да я уже все вам сказал, простите, не расслышал, как вас зовут?
Глушитель ошибочно принял деланную браваду цыгана, за которой тот скрывал нервозность, за наглость, проистекающую от уверенности в крепости своей "крыши". И рассердился. Подал своим сопровождающим короткий знак, те слаженно подлетели, один – к цыгану, другой – к его спутнику.
Что случилось потом, Глушитель не понял. Только увидел, как приятель Алмазова, вместо того, чтобы послушно согнуться от боли в скрученных руках, совершил несколько стремительных движений, а затем снова замер на месте. В руке мужик держал здоровенный нож, и в молочном свете зимнего дня было хорошо видно, что он испачкан кровью. Ребята Глушителя валялись на снегу и стонали, зажимая ладонями раны на ногах.