Страница 194 из 258
а) со стороны Иакова он был обязательством к доброму обращению с дочерьми Лавана и не умножению жен сверх наличного количества (ст. 50) и
б) со стороны обоих, Иакова и Лавана, союз этот был ручательством, что ни один, ни другой не будут переходить полагаемой ими границы — холма — с враждебными друг другу целями.
Внешним выражением или монументальным закреплением союза, обычным на древнем Востоке при договорах, является каменная стелла (столп), совместно воздвигнутая обеими сторонами (согласно столпу, поставленному Иаковом в Вефиле, 28:18 [947]). В качестве же закрепления союза, на воздвигнутом только что холме устрояется трапеза (ср. 26:30 [948]; Нав. 9:14-15).
И Иаков, и Лаван указывают в холме свидетеля союза (ср. Нав. 4:3 [949], 21, 22; 22:11, 26, 27, 34; 13:27). Но Иаков употребляет два еврейских слова: гал — ад, а Лаван соответствующие по значению сирийские или арамейские: йегар— сагадута,отсюда узнаем, что уже в третьем поколении родоначальников еврейского народа язык, каким они стали говорить в Ханаане (родине Иакова), был диалектически различным языком от арамейского или халдейского языка, на каком говорили на родине Авраама. Следовательно, библейский еврейский язык был усвоен библейскими патриархами от туземных жителей Ханаана и Финикии.
Другое название, данное месту заключения союза между Иаковом и Лаваном, — Мицпа(у LXX-ти: Массифа), т.е. стража,потому что, — говорит Лаван, — по расставании нашем Бог один будет стражем, охранителем верности наших взаимных по настоящему союзу обязательств; Он будет и единым судьей стороны вероломной (Vulg.: Intucatur et judicetDominus inter nos quando recesserimus a nobis). Впоследствии в восточно-иорданской части Святой Земли известна была Мицпа или Массифа Галаадская (Суд. 11:29 [950]) в колене Гадовом (Нав. 11:3,8 [951]; 13:26 [952]), отличавшаяся от Массифы западно-иорданской Вениаминовой (Суд. 20:1 [953]; 21:1 [954]). Имя Галаад впоследствии сделалось названием целой страны, от пределов Моавитских до потока Иеромакса на севере (ср. Втор. 3:13 [955]; 34:1 [956]и др.).
Выражая условия и сущность союза, Лаван ручательство верности и неприкосновенности его видит единственно в Боге, Которого он клятвенно призывает охранять целость предлагаемых им обязательств и карать сторону вероломную. Иаков мог расстроить семью свою взятием других жен, кроме Лии и Рахили с их рабынями — наложницами Иакова, а в этом случае естественно было ожидать ухудшения положения и Лии, и Рахили; кроме того Лаван боится, как бы Иаков не возвратился в Месопотамию с целью отомстить ему: он, поэтому, требует, чтобы Иаков никогда не переходил "холма-свидетеля" с враждебными целями; торговые и вообще мирные сношения здесь сами собою предполагались, как возможные (ср. 3 Цар. 20:34 [957]). Договор Лавана с Иаковом в последней своей части есть скорее международный контракт, чем личный союз.
Заключительный акт союза — клятва именем Божьим — у Лавана и Иакова совершается различно: у первого в политеистическом, у последнего в чисто монотеистическом, теократическом смысле. Впрочем, упомянув о Боге Авраама и Боге Нахора, как двух различных богах, Лаван затем как бы поправляет себя, употребляя выражение "Бог отца их". "Страхом Исаака" ср. ст. 42.
" Заколол Иаков жертву..."Еврейский толкователь толкует: "заклал животных для пиршества". О совместной трапезе Иакова с Лаваном и его спутниками говорится как здесь, так и выше, в ст. 46. Действительно, еврейский глагол zabach имеет, кроме специально-жертвенного значения, и вообще — закалывать (напр., в 1 Цар. 28:24 [958]; 3 Цар. 19:21 [959]), равно и zebach — не только жертва (обычно жертва мирная), но и трапеза вообще (Притч. 17:1 [960]; Иез. 39:17 [961]). Что здесь речь идет не о жертвоприношении, еврейские толкователи выводят из того, что все примирение Иакова с Лаваном носит характер неискренности. При аналогичном случае из жизни Исаака — при союзе с Авимелехом — имело место только пиршество (26:30 [962]). Но, конечно, Иаков мог принести и собственно жертву, благодарственную или, как позже в законе Моисеевом она называется, мирную ( зебах шламим,Лев. 6:11 и д.): то, что узаконил Моисей, могло и ранее жить в обычае и богослужебной практике народа.
Лаван отдает последнюю дань своей родственной нежности к семейству Иакова и, поцеловав внуков и дочерей, возвращается в место свое, по Мидрашу — к идолам своим (Beresch. r. par. 74, s. 365).