Страница 18 из 162
— Довольно странно, что они приняли египетских богов и продолжают им поклоняться,— задумчиво сказал Марк.
— Если это действительно так.
— Но, конечно...
— Я хочу сказать, откуда вы знаете, что это не египтяне приняли их богов? Раса пигмеев, думаю, настолько стара, что нам трудно это представить. Древние египтяне, наверное, значительно моложе наших пигмеев.
— Чем вы это докажете? Система пещер, наверное, совершенствовалась столетиями, но сказать, что они древнее египтян?..
Гордон пожал плечами.
— Когда-нибудь я поделюсь с вами своими соображениями, но объяснение будет долгим. А сейчас надо идти дальше.
Они вышли из пещеры с барельефом в туннель с пологим склоном. Марк давно понял, что тишина вокруг них не такая уж полная. Сначала они слышали только оживление и тихое эхо, но потом раздался новый звук, совершенно не похожий на шарканье шагов и голоса. По мере того, как они продвигались, звук становился все более похожим на журчание текущей воды.
Вскоре они остановились перед небольшим родничком, бьющим из трещины в стене. Гордон поднял каменную чашу и подставил под струю. Пил он с удовольствием.
— Слава Богу, соль еще не добралась до нашей воды,— с облегчением произнес он.— Это хуже, чем утонуть;
Он принялся рассуждать, как ужасно, когда нет свежей воды. Но даже представив себе пленников, сходящих с ума от жажды, Марк все равно не мог подавить радостное возбуждение.
Он воспрянул духом. Чувство надежды ускоряло мыслительный процесс. Казалось, слабость и тревога покрыли его ржавчиной. Теперь же вся ржавчина сошла, уступив место свежему маслу. Марк чувствовал, что его тело вырвется из этой тюрьмы, как вырвалась душа. Гордон был потрясен таким преображением. Марк выглядел сейчас инородным телом, он вновь обрел пружинистую походку, редкую среди обитателей пещеры. Гордона потрясло, как сильно надежда повлияла на физическое состояние Марка.
Повеяло слабым запахом сырости, и Марк понял, что они приближаются к грибным пещерам. Гордон говорил, что их пять, и все связаны между собой. Их урожаи до недавнего времени легко удовлетворяли потребности людей, но с ростом населения, вызванным притоком новичков и рождением детей, пищи стало не хватать. Кризис в подземном мире стремительно приближался с разных сторон.
Гордон внезапно остановился и поднял руку. Марк ничего не слышал, кроме слабого журчания текущего мимо них ручейка.
— Кто-то бежит,— сказал Гордон.
Он молча схватил Марка за руку и прижал к стене. Марк недостаточно долго прожил в пещерах, чтобы понять, что назревает что-то из ряда вон выходящее. Люди здесь не знали, что такое бег. Да и зачем? Время не терялось и не выигрывалось: его не существовало! Наконец Марк начал различать звуки шагов. Оба с нетерпением следили за последним поворотом. Звук становился громче.
— Только один,— сказал Гордон, наклонился, поднял обломок скалы и крепко зажал в руке.
Фигура, одетая в развевающиеся серые лохмотья, выскочила из-за поворота. Заметив их, человек резко остановился и прислонился к стене. Гордон выбросил камень и вышел вперед.
— Махмуд! — удивленно воскликнул он.
Араб, слегка задыхаясь, приблизился.
— В чем дело? — спросил Гордон.
— Мигель,— взволнованно произнес Махмуд.— Я говорил с пигмеями, нашел таких, кто его ненавидит, и они рассказали мне...
— Что же? — с нетерпением спросил Гордон.
— Мигель пытается выяснить, где туннель!
— Ну, это нам известно! А что еще он пытается выяснить?
— Это не все! Он с друзьями и большинством пигмеев-пленников хотел заключить сделку с пигмеями. Мигель предложил показать им наш туннель в обмен на свою свободу, но те не согласились, и тогда он пошел на компромисс. Он покажет им туннель, если их выведут из системы тюрем и покажут ряд обычных пещер.
— Это не принесет ему большой пользы.
— А он и его друзья думают, что принесет. Вероятно, надеются, что он каким-то образом выберется на свободу и приведет помощь. Во всяком случае, сделка заключена.
Гордон уставился на него.
— Заключена?
— Заключена.
— Так вот на что он способен! Он безумец, если полагает, что ему когда-нибудь позволят выбраться отсюда!
— Но у него есть какой-то план, можете быть уверены!
— Он знает, где туннель?
— Нет, но...
— При его настойчивости это не займет много времени, чтобы выяснить, да?
Араб кивнул.
— Значит, придется им заняться,— заключил Гордон.
— Ты имеешь в виду — убить его? — спросил Марк.
— Именно, он же крыса!
— Но остальные, не продолжат ли они сделку и без него?
— Со всеми предателями мы обойдемся точно так же!
— Помогут ли такие меры? Мне кажется, настоящий вред уже причинен: пигмеи узнали о существовании туннеля. Он был в безопасности, пока о нем не знали. Сейчас кот выпущен из мешка, и я не зижу пользы от убийства Мигеля.
— Он обязательно найдет туннель, либо уже обнаружил. Он самый смышленый из этой банды. Я бы задержал его и продолжил работы над туннелем. Но если уже нашел, то от Мигеля надо тотчас же избавиться, пока он не рассказал кому-либо еще.
— А вы уверены, что он не успел рассказать?
— Уверен. Мигель боится, что приятели подведут, поэтому будет держать все в тайне до последнего момента.
Разговаривая, они подошли к первой из грибных пещер, и Марк поймал себя на том, что гигантские грибы удивляют, как и в первый раз. Почему-то запомнилось, что они куда меньше. Ему хотелось задержаться и осмотреть эту фантастическую картину, но его спутники слишком спешили. Гордон вел налево, придерживаясь тропинки между порослью и стеной. Через проход шириной в несколько ярдов они проникли в следующую пещеру. Здесь многие грибы были срезаны и унесены в жилые пещеры, где из них готовили пищу. Они прошли по влажной земле, усыпанной мусором, и нырнули в поросль. Продвигались медленно и все более неуклюже. Гордон предупредил Марка, чтобы тот переступал через щупальца, а если возможно, то избегал их. Нет, признался он, серьезной причины для волнения нет, но лучше следов не оставлять.
В третьей грибной пещере Марк по-настоящему насторожился. Он шел по сложной тропе среди стволов и каких-то растений, похожих на длинные, изогнутые кабачки. Марк изо всех сил старался двигаться с тем же мастерством, с каким шли Гордон с арабом, и не оставлять следов, но чувствовал, что ему это плохо удается. Он сломал несколько стволов и раздавил несчетное количество щупальцев, и казалось невероятным, что кто-то может проделать такой извилистый путь, не оставив следов. Наконец Гордон громко сообщил, что они дошли до главных грибных пещер. Где-то здесь спрятано начало туннеля, ведущего вверх.
Марк испытал облегчение, когда увидел между двумя грибными шляпками серую каменную стену. Минуту-другую спустя они стояли на краю грибной рощи.
Услышав шарканье чьих-то шагов, все трое резко обернулись. Марк мельком заметил человека, исчезнувшего между стволами справа от них. Махмуд тоже его увидел. Прежде чем до остальных дошел смысл происходящего, он стремглав и бесшумно пустился в погоню, вслед за ним развевались лохмотья бурнуса. Марк раскрыл рот, но Гордон поднял руку. Оба остановились и прислушались.
Махмуд бежал между стволами по оставленному следу. Сначала ничего не было слышно, кроме стука шагов, приглушенных ударов стволов и щупальцев. Беглец впереди двигался на ощупь, топча низкорослые грибы и виляя между толстыми стволами. Тоненькие стебельки, которые он ломал на своем пути, трещали, но не так резко, как ветки, а глухо, как прогнившее дерево. Гордон с Марком могли следить за его продвижением по качанию многочисленных высоких, похожих на зонтики шляпок. В воздух взметнулось облако белых спор. Брызгая слюной и кашляя, туда устремился Махмуд. Минуту спустя раздался сдавленный крик; еще минуту продолжалась ожесточенная борьба, сопровождаемая треском ломающихся стволов.
— Идемте,— сказал Гордон, направляясь на звук.
— Послушайте,— позвал Марк, но Гордон не слышал.