Страница 115 из 162
Мы просидели чуть ли не два часа и уже начали чувствовать, что итоги осмотра вот-вот будут подведены, когда отворилась дверь и вошел начальник полиции Каледонского космодрома. Все мы с надеждой взглянули на него. Инспектор Мак Крейг был настолько популярен среди кос-молетчиков, насколько это вообще возможно для полицейского. Он был человеком безупречно честным, приверженным духу закона, хотя и отнюдь не помешанным на букве такового. В прошлом он и сам ходил в космос и знал, каково там приходится парням вроде нас. Однако на сей раз он приветствовал нас без обычной радости по поводу благополучного возвращения старых знакомцев. Напротив, при виде нас он нахмурился, а в глазах его явно сквозило беспокойство. Он безразлично кивнул и направился прямехонько к капитану Бэлфорду. Несколько удивленный таким прохладным приемом, капитан воздержался от своего обычного приглашения выпить, а вместо этого стал ждать продолжения.
— Уильям Бэлфорд, Уилфред Синдертон, Джеймс Фирон,— сказал он, — с этого момента вы находитесь под арестом.
Какое-то мгновение все молчали. Первым нашим побуждением (моим, да и Синдертона тоже, как он потом мне признался) было поинтересоваться, не думает ли он, что кто-то из нас протащил на «Клио» контрабанду или припрятал наркотики, и если так, то как ему это удалось? Ведь во время того рейса мы никуда, кроме Луны, не заглядывали, а шанс заполучить запрещенные снадобья там был невелик.
Услышанное, видимо, так потрясло капитана, что он несколько секунд стоял как оглушенный. Придя же наконец в себя, Бэлфорд медленно поднялся и как будто стал на добрые девять дюймов выше ростом.
— И в чем, интересно, нас обвиняют? — спросил он.
— В преступной халатности, — холодно ответил инспектор.
Но, когда он заметил явное недоумение, отразившееся на лице капитана, он сразу сменил тон.
— Извините, Бэлфорд. Но таков прямой телефонный приказ из Лондона.
— Какая такая халатность? — спросил капитан.
— Официально нам не сообщили никаких подробностей.
— А неофициально?
— Ну, если неофициально, то, по моим сведениям, «Фетида» где-то в Германии разнесла к чертовой бабушке половину какого-то городишки.
Мы так и вылупились на него.
— Но это же попросту невозможно, — наконец воскликнул я.
— Действительно, чушь какая-то, — подхватил Синдертон.— Я же лично проследил за отсечкой резервуаров. На борту и капли горючего не оставалось.
И тут мы оба взглянули на капитана.
— Это какая-то ошибка, — подтвердил он. — Мы проводили проверку корабля вместе с мистером Синдертоном и мистером Фироном. И избавились от всего горючего, которое не не поместилось в баках «Клио».
Полицейский с несчастным видом сказал.
— Ребята, поймите, я ведь знаю вас как облупленных и сам абсолютно уверен, что здесь какая-то ошибка, но сами же понимаете — приказы начальства не обсуждаются. Я просто обязан арестовать вас и как можно скорее отправить в Лондон. Так что вы уж извините, но служба есть служба.
— О чем речь, Мак Крейг, к вам у нас, конечно же, никаких претензий. Наверняка просто где-то в верхах как обычно что-то напутали. Поэтому чем скорее мы попадем в Лондон и во всем разберемся, тем будет лучше для всех нас. Когда мы сможем вылететь?
— Полагаю, немедленно. Я уже распорядился подготовить ракетоплан. Скорее всего он уже ждет.
— Вот и отлично, — капитан опрокинул в глотку остатки виски. -— Ведите, — добавил он и первым направился к двери.
Глава 5
Катастрофа
Мы, конечно, сами не могли понять, что именно послужило причиной недоразумения, но сильно подозревали, что на самом деле имело место всего-навсего преувеличение. Нельзя было полностью исключить, что корабль, ударившись оземь, разлетелся на куски: в этом случае на основании поспешных докладов соответствующих служб наверх там легко могли бы принять мощный удар за взрыв. Нам казалось, что будет совсем нетрудно снять с себя обвинения в том, что по нашей халатности произошел взрыв. Любой член экипажа «Клио» подтвердил бы, что на «Фетиде» не оставалось и пол-унции горючего. Правда, нельзя было исключать обвинение в халатности при закреплении кабелей, но все мы были специалистами самой высокой квалификации, поэтому трудно было сомневаться в том, что мы сделали все возможное для проведения спуска «Фетиды» максимально безопасным.
Путь до Лондона мы проделали скорее здорово раздраженные, нежели обеспокоенные. На посадочной площадке в Кинг-Кросс нас уже ждала полицейская машина, которая и доставила нас без промедления в штаб-квартиру Скотленд-Ярда. Там мы были мгновенно препровождены в кабинет заместителя помощника комиссара Специального Подразделения. В кабинете нас уже поджидали трое военных примерно в одинаковом звании. Весьма любопытно то, как они нас встретили: какая-то странная смесь официальности и дружелюбия. Впрочем, что ж, это никоим образом не свидетельствовало о том, что нас считают виновными в преступной халатности.
Сперва нам по традиции зачитали наши права. Нас желали допросить, но при этом за нами сохранялось наше законное право отказываться отвечать.
Капитан Бэлфорд на это только отмахнулся. Совесть его была чиста, и он, напротив, желал помочь им разобраться в происшедшем, насколько мог. Он был совершенно уверен, что того же самого желают и оба его помощника. Мы охотно подтвердили это и расселись на приготовленных для нас стульях, чтобы ответить на вопросы следователей.
Абсолютно ли мы уверены в том, что взрывоопасные вещества были удалены полностью? А не могло ли на борту оказаться что-нибудь взрывоопасное помимо горючего, например, спрятанное среди упаковок тиллферового волокна или в штабелях ганимедского дерева? Сколько рымов и парашютов мы приладили? Как вообще случилось, что мы уронили «Фетиду»? Сколько золота было на борту «Фетиды»?
Дело свое они знали. Вопросы ставились более чем умело и полностью охватывали интересующие их моменты. Продолжалось это довольно долго, мы рассказали им все, что могли, и, казалось, наши ответы их удовлетворили.
Капитан изложил им все интересующее, строго придерживаясь хода событий. А когда они явно стали подходить к концу, сам задал им вопрос.
— Кстати, может быть, вы и нам что-нибудь расскажете о происшествии? — спросил он. — Ведь мы только и слышали, будто «Фетида» рухнула на какой-то городишко в Германии.
Вместо ответа один из следователей протянул капитану газету, которую только что ему принесли. Мы с первым помощником поднялись и, подойдя к капитану, уставились в нее через его плечо. Шапка первой полосы гласила:
КОРАБЛЬ, ПОГУБИВШИЙ ГОРОД
Далее следовал достаточно короткий, но явно сенсационный репортаж. Достаточно было одного взгляда, и сразу становилось ясно как день, что написан он на скорую руку и основывается на более чем скудной информации. Несчастье случилось в небольшом городке Пфаффхайме, что в земле Вюртемберг, около половины первого дня (или в 11.30 по Гринвичу). Прогремело несколько мощных взрывов, едва ли не все здания получили те или иные повреждения, а многие были разрушены до основания. Сила взрывов была столь велика, что напугала аж жителей Штутгарта, расположенного в сорока милях от Пфаффхайма. Данные о количестве погибших и раненых, впрочем, отсутствовали, но высказывалось предположение, что жертвы, возможно, будут исчисляться тысячами. Потери могли бы быть и больше, но, к счастью, в момент катастрофы на тамошней фабрике был обеденный перерыв, и значительная часть рабочих разошлась по домам.
Многочисленные свидетели подтверждали, что, как раз перед тем как прогремели взрывы, они видели камнем падающий на городок — ибо парашюты так и не раскрылись — космический корабль. Из запроса в Спасательную Регистрационную Контору выяснилось, что в это время лишь один корабль приближался к Земле в состоянии свободного падения — а именно «Фетида». По крайней мере, ни о каких других сведений не было.