Страница 278 из 309
Спрятав окурок в карман, Андрей с неохотой повернулся к «туарегу».
Мимо аспидно-черного джипа проносились яркие машины с алчущими природных красот семьями норильчан. После того, как старый дачный поселок на реке Хараелах электрифицировали, а грунтовую дорогу к нему заасфальтировали, в выходные дни на дачной трассе стало не протолкнуться от машин. Много сегодня тут народу. Тем более хорошо, что всё обошлось…
Вызов оказался ложным.
Сегодня им везёт. Никаких тварей тут не было. Просто большая одичавшая собака, загнавшая стайку маленьких пацанов на трубы… Все-таки, сотовый телефон с навигатором — самое величайшее нововведение двадцать первого века! Любой родитель это знает.
«Бывают же радости в жизни» — уже на месте происшествия подумал Андрей, без всякого интереса разглядывая грязно-серый труп огромного пса. Явно что-то з н а ю щ и й молодой философствующий талнахский участковый по имени Эльдар, пристреливший этого взбесившегося хищника, заметил:
— Следствием встреч разумного человека с действительностью всегда является обвал мифов. Даже самых красивых. Я прав, товарищ полковник?
— Вы бы лучше протокол осмотра тщательней составляли, товарищ лейтенант. Да почаще фотоаппаратиком щелкали. А то будет у вас обвал… премии.
Тот даже сопеть не стал и плечами жать. Вальяжно ухмыльнулся, и все. Точно, философ.
«Зараза! Что-то уже бродит среди населения. И неудивительно, множественные факты не скроешь, рты не заткнешь». Но ничего полковник не сказал участковому в ответ, не было у него полномочий на раскрытие тайн. Пока не было. Он залез в «Туарег» и покатил назад, что бы остановиться у водохранилища. Что бы успокоится там и пофилософствовать.
На приличной скорости обгоняя оранжевые автобусы, они проехали громадину ТЭЦ и вскоре впереди показались высотные микрорайоны Талнаха, заблестел на солнце хрустально-алюминиевый купол нового Аквапарка, предмета законной гордости Города Горняков. Деревья побежали от трассы в стороны, асфальтовая полоса расширялась — природа начала замещаться цивилизацией, невольный скоротечный отдых заканчивался и остатки спокойствия полковника Донцова как рукой сдуло. Одна оперативная проблема сменилась другой и называлась она «Куда все делись?»
Он потерял из виду группу Майера.
Вчера новосибирские гидрологи забросили партию своих исследователей на озеро Накомякен. После высадки учёных в устье речки Тонель вертолетчики по просьбе полковника облетели на Ми-8 всё озеро, но судна на воздушной подушке не увидели. Его не было и на Нахте, не видать было и на Собачьем. Допустить, что экспедиция совершенно неожиданно кардинально изменила маршрут, Андрей не мог — сделать это им не позволяли ресурсы, количество взятого с собой топлива и прочие вполне учётные факторы. Спутниковый телефон в группе был только у немца, но номер аппарата Андрей Донцов не знал, за что чуть не порвал подчиненных на бахрому. Те срочно послали полуофициальный запрос провайдеру (для официального нужно было официально же соорудить д е л о), но надеяться, что транснациональная корпорация спутниковых связистов с большой охотой и всем тщанием откликнется на зов организации с приснопамятным страшным названием КГБ не было фактически никакой. Ответ-то они дадут, но вот когда…
У Димки Квеста спутниковый номер германца конечно же имелся, но всё дело было в том, что и самого Квеста уже второй день нигде не могли найти! Улетел коммерс куда-то. Настолько «куда-то», что даже секретарша в его офисе не смогла назвать Андрею точных координат места пребывания начальства. «Шеф обещал вернуться через несколько дней». Это Донцову тоже не нравилось.
Даже если Димка Квест засел в сонной летней Игарке, его сотовый должен исправно схватить коннект — благо, сейчас ретрансляторы уже по всем таймырским посёлкам стоят. Специально связь отключил? Типа устал… Тоже вариант, но что-то непохоже на старину Квеста, которого коммерческие дела «всегда зовут»: две группы на маршруте, причем одна иностранная, да еще и со сложным, порой непредсказуемым маршрутом.
Донцов приказал поднять и проанализировать сводки всех происшествий в тех краях: крушения или пропажи судов, ЧП с авиатехникой. Всё вокруг Игарки было спокойно, тьфу-тьфу…
Вообще-то этим летом в плане технических происшествий на южном Таймыре было относительно благостно, вплоть до последнего времени. Даже лодки не тонули, в МЧС радовались. Но так было не везде и не сейчас, авиаторы последней статистикой похвастаться не могли. Вот недавно с экранов радаров неожиданно исчез маленький пассажирский «Турболёт», идущий на Хатангу. Самолет частный, чартерный и к норильскому авиаотряду не имеющий никакого отношения. Летел из Сургута на Хатангу. Как часто бывает в наше наждачное время, страшному происшествию уделили толику информационного времени, попереживали, и не более. К тому же, ни одного норильчанина на борту не было. Поиски велись сургутянами и из Хатанги. Норильские группы, хоть и принимали в поисках участие, но… беда соседей, увы, всегда вторична.
Слава богу, потерянный Донцовым из поля зрения личный друг и известный предприниматель Дмитрий Квест в этом происшествии никак не мог быть участником, он сейчас совершенно других землях обретается. «Кстати, — запоздало придумал Андрей, — а может, и по Димке запрос провайдеру закинуть вдогон? Узнать, раз связи с ним нет, где в последний раз его телефон пеленговали? Надо поручить девчатам».
И усмехнулся. Паранойя?
Глава 8
Бросок на севера
«Каждый год тысячи людей покидают свой дом всего на день, чтобы совершить небольшую прогулку, покататься на лыжах, поохотится или подышать свежим воздухом. Многие из этих нескольких тысяч получают травмы или погибают, будучи не подготовленными к встрече с возможной бедой. В любом случае добровольцы поисковых служб и сотрудники спасательных команд со всей страны самоотверженно ведут поиск, спасение и, к несчастью, очень часто обнаруживают уже останки пропавших людей, которых они даже не знали… Даже те, кто очень много времени проводит вне дома, часто становятся жертвой Матери Природы, но большинство этих жертв просто не подготовлены к встрече с трудностями внешнего мира».
(Майк Тьюттл. Президент Национальной Ассоциации по поиску и спасению. США).
«— Тут, на эвакопункте, вы должны будете пробыть от пяти до десяти дней. Точнее этот срок будет определён нашим врачом, потому что вам предстоит тяжёлый, многодневный переход. Место, куда мы вас отведём, конечно, не рай. Там нужно работать. Каждую пядь земли наших поселений мы отвоёвываем у джунглей. Однако там вы будете свободны, сможете обзавестись семьёй и трудиться на собственное благо. Жилище на первое время вам подготовили те, кто прибыл туда раньше вас. Такая уж у нас традиция. А теперь я готов ответить на вопросы».
(Илья Варшавский. «Побег»).
К северу от Норильска в топонимике начинают доминировать другие языки.
Эвенкийские названия, которых так много в Путоранах и окружающей их предгорной тундре, здесь уступают, под давлением языков, по-настоящему «тундровых», названиям нганасанским, долганским и ненецким. Гидронимы последних на топографических картах для русского взгляда и уха выделяются некой особостью, какой-то едва уловимой пренебрежительностью. Названия тундровых рек и речек в тех местах часто заканчиваются на «яха». Мессояха, Варганяха, Амбадаяха, Сеяха, Тадибияха… На языке аборигенов «яха» — река. Согласно старой авиационной легенде, оказывается, была и такая речка — Хуяха.
Перегонные расстояния на северах огромные, речка эта от ближайшего аэродрома удалена верст на триста. При полетах на малых высотах диспетчер порой не слышит докладов пилотов малой авиации и в таких случаях просит все борта, находящиеся ближе к аэродрому и имеющие с пилотом связь, продублировать информацию.