Страница 240 из 309
Тут дверь в кабину пилотов рывком распахнулась, в ней показалось взъерошенная голова летчика, он выкрикнул что-то и демонстративно подогнул голову, приказывая всем выполнять команды в режиме «делай, как я». Закрывать дверь он уже не стал.
— Ну, все, — как-то спокойно выдохнул Димка, явно з а к л ю ч и т е л ь н о, потом схватил Аленку за джинсы, переплетая свои руки с Наташиными.
Шли секунды.
Удар!
Самолет рухнул так же, как ненароком выпавшее из рук яйцо шлепается на пол, во всяком случае, именно это Димке вспомнилось. Но первый удар «Турболета» о землю показался даже мягким. Потом их снова подняло в воздух, фюзеляж с ужасающим скрежетом подпрыгнул и заскрежетал — теперь белоснежный пассажирский самолет летел по тундре, снося прочь все, что вырастало на пути апокалипсического движения, как ножом, оставляя на земле части конструкции.
Когда оторвалось крыло, их всех так впечатало в борт, что от пронизывающей боли Квест едва не потерял сознание.
Руки рвануло, словно пассатижами, но пальцев Димка не разжал; просто не смог бы, — они словно окаменели, сведенные судорогой последней команды. Прижатый к обшивке, одним глазом он увидел в иллюминаторах напротив что-то невообразимое — высокую земляную стену, проносящуюся мимо.
Затем хвост самолета, где они сидели, оторвался прямо перед ними, как в американском кино. Над головой образовалась огромная трещина, всего в метре от их сидений. Трещина разрасталась на глазах, в нее начали вываливаться какие-то предметы. Люди это или вещи, разобрать было невозможно. Но хвост не отделился полностью, а волочился за фюзеляжем, как привязанная к заднему бамперу консервная банка за машиной. В проходе хвостовой части самолета мотались какие-то тряпки и чье-то тело…
Раздался еще один хлопок, точнее — взрыв!
В первые секунды после него охваченный паникой пассажирский салон самолета представлял собой мешанину предметов. Пристяжные ремни Квеста и соседки выдержали, не расстегнулись, людей швырнуло в сторону…
Наконец, все, что осталось от мёртвого самолета, остановилось, но не замерло неподвижно, постепенно окутываясь пламенем и дымом неизбежного пожара, что можно было ожидать. Фюзеляж впереди начал куда-то проваливаться, резко заваливаясь на нос.
В салон хлынула вода! А они даже не почувствовали, как же она холодна.
Квест с трудом разжал руки, выпрямился и торопливо расстегнул ремень. Сразу встать не получалось, ноги просто не хотели слышать команды. Но он смог пересилить себя, встал и неожиданно легко откинул крышку аварийного выхода. После этого поспешно обернулся к огромной зияющей дыре, где раньше находились задние сиденья, и, закрепившись за последнее, удержал и Наталью, сумевшую извлечь Аленку от сползания в воду.
«Турболет» погружался в озеро или реку.
У них еще оставался шанс выжить, надо было только сохранить хладнокровие. Каждый мускул Димки был напряжен до предела. Не было времени ни предаваться ужасу, ни впадать в предсмертную ярость, хотя у него уже не оставалось никаких сомнений: самолет утонет.
Мозг скомандовал: нужно выбираться наружу! Только тебе! Спасись любой ценой! Он думал об этом непрерывно, еще до того, как самолет упал. Все проще простого — плюнь на всех и спасайся сам! Так велит инстинкт. Но мужчина не поддался.
Квест подхватил Наталью, уже скользившую по проходу к зияющей дыре, и держал её, не отпуская, пока она сама не зацепилась ногой за сиденье. Почувствовав, что хвостовая часть всё еще держится на воде, Донцов откинул женщину в кресло и освободил Аленку, прижавшуюся к матери, от жесткого маминого хвата за лодыжку.
— Да не за ногу, ты за пояс ее держи! — орал Квест. — Другой рукой!
Удивительно, но какой-то механический гул все еще продолжал рвать воздух, последние агрегаты крылатой машины продолжали свою, уже напрасную, работу.
— С вами все в порядке? Ничего не сломано? — крикнул он.
Женщина находилась в шоке и смотрела на него невидящим взглядом, явно не понимая, что случилось. Дочка воткнулась головой в живот Натальи и мелко дрожала. Квест решительно врезал ладонью Наташе по щеке, потом еще раз. Ойкнула. Глаза приобрели осмысленное выражение, она кивнула и неожиданно негромко сказала:
— Дима, у тебя вся голова в крови.
И вдруг фоном стала тишина. Все механические звуки исчезли. В глубине уходящего в воду салона кто-то истошно кричал в ледяной воде, пытаясь освободиться от привязных ремней, и отчаянно бил руками, взбивая вокруг себя кровавую пену. Головы уже не было видно, а потом на мечущиеся руки упал какой-то баул. Кончено. Вода, постоянно поднимаясь, была уже у пояса, и он знал, что через минуту и их часть фюзеляжа окажется под водой.
— Все, бляха, приехали… — Квест набрал в грудь как можно больше воздуха и дурным голосом заорал:
— Выбираемся наружу! Пошли, быстро, быстро!
— Мы уже не погибнем, доченька моя, не погибнем, мы спасемся, — молитвенно шептала Наташа хриплым голосом, медленно пробираясь к аварийному выходу.
«Спасемся, если поторопимся», — мрачно заметил Димка.
Не ожидая от них большей оперативности в действиях, Квест резким толчком выкинул обеих наружу, а затем, повернувшись спиной для последнего взгляда на тонущий самолет, и сам рухнул в холодную черную воду. Опора под ногами исчезла внезапно и, не успев что-либо сообразить, мужчина с головой погрузился в воду. Колено рвануло болью. Отчаянно работая ногами, он вылетел на поверхность, отшвырнул от себя какой-то тюк, но увидев, что предмет не тонет, обхватил его рукой и поплыл к берегу. Поток наполненного сильным дождем ручья уносил его на стремнину. Прямо перед глазами выросли вздрагивающие ветки зацепившегося за дно дерева. Квест тут же врезался в него. Ногу резануло уже в другом месте. Цепляясь за переплетенные сколькие ветви, он оттолкнулся, а потом и поднырнул под препятствие. А где женщины? Вынырнув, он услышал впереди вскрик девчонки, какие-то громкие слова матери и сразу успокоился.
«А мне наконец-то по настоящему повезло» — мелькнула мысль. Метрах в пяти от себя он увидел в воде оранжевое пятно порванного спасжилета, а в пятнадцати — кромку берега. Наташа уже подгребала к крутому песчаному откосу, как-то немыслимо умело закинув ребенка за спину.
Слева, совсем рядом, что-то торчало из воды. Квест, оценив ситуацию и поняв, что тело еще терпит температуру, подплыл туда. Торчавший предмет был разбитым кокпитом, он неуклонно погружался и вскоре должен был полностью скрыться под водой. Нырнуть глубоко сил уже не было, но, опустив голову в воду, Квест прямо в сумраке перед собой увидел, что оба пилота так и остались сидеть за штурвалами. У летчиков страшно открыты глаза и рты, а тела были раздавлены разрушительным ударом о какое-то препятствие.
Квест, вынырнул, оглянулся и увидел, как торчащий из воды серебристый сигарообразный обломок вдруг дернулся вверх в последнем порыве и затем окончательно погрузился в мерзлую воду. Почувствовав, что ноги начинает дергать подступающей судорогой, Димка быстро развернулся к берегу. Женщины уже выбрались. Аленка сидела возле небольшого куста, а Наталья стояла и протягивала ему руку.
Стало тихо.
Безнадёжно тихо.
Увы и увы, на безлюдном берегу не мелькали огоньки машин МЧС и скорой помощи… Не доносился сверху нарастающий шум спасительного вертолета. А казалось, весь мир кинется помогать… Сладкий миф, МЧС-галлюцинации. Не скоро будут, если вообще будут.
С огромным трудом он поднялся из воды, держась за руку помощницы. Квеста шатало от усталости, боли и, судя по всему, потери крови через порез на ноге. Оглядев поверхность реки (все-таки река, не озеро), он не увидел частей фюзеляжам или плавающих в воде тел; помощь уже никому, кроме них, не нужна.
— Ну как дела? — глупо спросил он. Ничего умнее в голову не пришло. Сейчас, может быть, именно такие слова и нужны, тупые, банальные, обыденные. Чем тупее, тем лучше. Куда же еще больше мозги грузить, слетит процессор и все.
— Никто больше не спасся, Димочка, — ответила она, и слезы покатились из глаз.