Страница 25 из 52
И все-таки экспедиция к устью Лены состоялась. Ею руководил Ф. А. Матисен. Правда, осуществлялась она не из Архангельска, а из Иркутска. Это была первая советская экспедиция. Сколько их было потом, больших и малых, — сотни, а может быть, тысячи, но она была первой…
В Иркутске только что установилась советская власть. Но местные организации проявили большую заинтересованность в организации гидрографической экспедиции. Значительную помощь по ее снаряжению оказали руководители Восточно-Сибирского управления водного транспорта, под вывеской которого действовала экспедиция, — А. Н. Лагутин и В. М. Малышев и уполномоченный по формированию Сибирской флотилии М. Н. Попов.
«Оглядываясь назад, — писал Матисен в дневнике, который недавно обнаружен в архиве его помощника по экспедиции Н. И. Евгенова[91],— удивляешься, что в такое трудное время, в такой короткий срок удалось организовать экспедицию, снабдив ее в достаточной мере необходимым. Ведь только 22 апреля после окончательного переговора с Евгеновым приступили к реальным действиям по снаряжению экспедиции, а 17 мая выехала первая партия. Значит, организованный период продолжался всего 25 дней».
Ближайшими помощниками Матисена помимо II. И. Евгенова стали бывшие морские офицеры П. К. Хмызников, Ю. Д. Чирихин, Н. П. Исполатов, техники Л. Г. Степаненко, А. А. Малиновский, А. Е. Зуев, М. М. Тарабыкин, комиссар В. II. Колычев. Обозом добрались до ленского городка Качуга, дальше самосплавом и на немногих уцелевших в результате царившей на Лене разрухи пароходах до Якутска. Здесь экспедиции выделили вельбот с «Зари» и баржу «Внучка». Пароход «Лена» потащил их вниз вместе с рыбачьим караваном барж.
2 июля 1920 года промерная партия Хмызникова на вельботе приступила к обследованию самой западной ленской протоки — Быковской. Через день, поставив «Внучку» у обрывистого берега острова Дашка, экспедиция начала топосъемку островов залива Неелова и прокладку триангуляции. Во время похода по Лене Матисен встретил среди рыбаков и нанял в экспедицию бывшего рулевого «Лены» А. Н. Величкина, еще восемнадцать лет назад обнаружившего в заливе Сого пласт каменного угля.
9 июля Матисен с В. Н. Колычевым, А. Н. Величкиным и рабочим В. Расторгуевым перебрался через перешеек (теперь он называется перешейком Колычева) из залива Неелова в бухту Тикси и с помощью своих старых знакомых тунгусов-оленеводов добрался до залива Сого. Величкин сразу указал овраг, где он нашел уголь.
«Признаться сказать, — пишет в дневнике Матисен, — я довольно безнадежно посмотрел на это указание Величкина и даже предполагал, что все наши труды пропали даром. Никаких признаков каменного угля не было ни наверху оврага, ни у его подножья… Все-таки для закрепления свидетельства Величкина я поставил буссоль в пятидесяти шагах от оврага на его правом склоне и определил это место с помощью пеленгов на невидимые приметные знаки бухты Тикси. Когда я оканчивал наблюдения, вдруг послышалось «Ура!» возбужденного Величкина и показался он сам из соседнего оврага с ископаемым в руке. Мы бросились к нему, а нашему ликованию не было предела. Забыв комаров, позднее ночное время (3 часа ночи), тотчас же приступили к осмотру местности. Так начинались знаменательные сутки 15 июля, день открытия каменного угля в Тикси».
Почти двадцать лет мечтал Матисен об этом дне. Ведь знай он в 1902 году о согинском угле, не пропал бы без вести Эдуард Толль — «Заря», пополнив кончавшиеся запасы топлива, смогла бы, возможно, пробиться к острову Беннетта и снять находившегося там Толля.
Согинское месторождение позже очень помогло зимовщикам поселка Тикси, возникшего здесь в 1933 году…
Тогда же, в 1920-м, Матисен вернулся из похода совсем больным. Из-за плохой обуви много простудившихся было и в других партиях. И тем не менее промеры и съемка Быковской протоки и залива Неелова продолжались.
Больших бед натворил 22 июля шторм, вызвавший подъем воды и затопление низменных островов, где работала партия Н. П. Исполатова. Приданные ей вельбот и моторная лодка затонули, к счастью, обошлось без жертв. У парохода «Лена», отстаивавшегося на двух якорях, одну якорную цепь оборвало. Еще немного и шторм смыл бы лагерь партии Л. Г. Степаненко, расположившийся на узкой песчаной косе у западного берега Быковского полуострова. Однако ветер стих так же неожиданно, как и начался.
5 августа «Лена» с трудом прошла сложным и неисследованным Быковским фарватером в бухту Тикси. В заливе Сого оставили для шлюпочного промера партию Хмызникова. Матисен и Евгенов побывали в заливе Булункан, окончательно убедившись в возможности строительства на его берегу морского порта. Возвращаясь в залив Неелова, обвеховали Быковский фарватер, и через две недели «Лена» снова прошла им в бухту Тикси за партией Хмызникова. 19 августа вернулись к своей базе — барже у острова Дашка.
Четверть века спустя нам, тиксинским гидрографам, довелось несколько лет кряду подробно обследовать эти места, ступать, как говорится, по следам экспедиции Матисена. К этому времени здесь был создан самый крупный на Северном морском пути порт, работал угольный рудник Сого, могучим потоком через морские ворота Якутии шли народнохозяйственные грузы. Все это было лучшим памятником Федору Андреевичу, достойным воплощением его трудов…
На следующий год экспедицию завершал Николай Иванович Евгенов. Ф. А. Матисен умер в декабре 1921 года от тифа, заразившись во время командировки во Владивосток. Все было в ту навигацию: и многочисленные посадки на мели Туматской, Оленекской и Быковской проток Лены, и рискованный ремонт гребного винта на плаву, и бесконечные заготовки плавника на топливо, и штормы в море Лаптевых. 2 августа 1921 года гудок заменившего «Лену» экспедиционного парохода «Сынок» впервые огласил низовья Оленека. Раньше здесь плавали лишь казачьи кочи. 18 августа начались гидрологические исследования и промер бухты Тикси. Когда в начале сентября пароход выходил из дельты Лены в Якутск, вид у него был довольно потрепанный. Развальцевавшиеся трубки котла текли настолько, что несколько раз пришлось выводить котел из эксплуатации для ремонта. В Якутск прибыли 23 сентября. Личный состав экспедиции добирался до Иркутска зимним путем.
Много лет спустя Евгенов с добровольными помощниками П. К. Хмызниковым и Ю. Д. Чирихиным сумели собрать экспедиционные материалы, разбросанные по всей стране в результате многочисленных реорганизаций и перестроек на водном транспорте. Все они к этому времени успели поработать по исследованию Новой Земли, рек Сибири; Николай Иванович с 1926 года семь лет руководил Карскими транспортными экспедициями. Вечерами, как бы теперь сказали, на общественных началах, они кропотливо обработали материалы экспедиции и издали в 1928–1929 годах в «Трудах комиссии по изучению Якутской АССР» описание экспедиции и атлас реки Лены. Ими же окончательно была обоснована необходимость строительства порта в устье Лены.
Приветствуя первое коммерческое плавание в 1926 году шхуны «Полярная звезда» из Колымы на Лену, Н. И. Евгенов писал: «Следует еще отметить важность производившегося капитаном Корольковым на всем своем пути промера, который по получении его данных можно будет, вероятно, использовать, хотя бы с рекогносцировочной целью, т. к., например, район непосредственно к востоку от острова Большой Ляховский и входа с юго-востока в пролив Санникова, пройденный шхуной, на существующей карте до сего времени в отношении глубин представляет из себя «белое пятно» и внушает скорее опасения малой доступности»[92]. Евгенов не только призывал к налаживанию каботажа в центральных арктических морях, перечислял, какие гидрографические мероприятия надо для этого выполнить, но и сам лично в 1932 году возглавил первую Северо-Восточную экспедицию Наркомвода, которой предстояло перенести успешный опыт Карских экспедиций на восток.
Соратники Евгенова П. К. Хмызников и Ю. Д. Чирихин тоже много лет своей жизни отдали исследованию водных путей Якутии и налаживанию ее морских связей. Павел Константинович Хмызников в 1926 году возглавил Нижнеленский геоморфологический отряд Академии наук. С двумя помощниками он прошел по Лене и ее притокам две тысячи километров, выполнив 700 километров съемки. На следующий год он руководил Янским гидрологическим отрядом. Построив в Верхоянске катера и лодки, в середине августа двинулся вниз по Яне для описи и промеров глубин. Зимовал отряд в Казачьем. Весной Хмызников и капитан А. А. Кухарский с двумя каюрами совершили большую санную поездку по Новосибирским островам, попутно осуществив серию гидрологических наблюдений в проливах. Весна и лето снова были посвящены изучению сложной в навигационном отношении дельты Яны.
91
Пользуясь случаем, выражаю благодарность И. Н. Евгеновой, предоставившей в мое распоряжение этот дневник.
92
Евгенов Н. И. Плавание шхуны «Полярная Звезда» из устья Колымы в устье реки Лены // Водный транспорт. 1927, № 4. С. 141.