Страница 39 из 121
Семинар был посвящён теме, вполне понятной для Карла — действиям роя автономных роботов в облаке оортовских объектов. Это было очень похоже на действия ВКФ-овских дронов-истребителей при прочёсывании астероидных поясов, так любимых шияарами. Поэтому Карл активно включился в дискуссию, приводя разнообразные примеры от хрестоматийной битвы за Осануэву и до недавних действий в системе Gliese 556, периодически вворачивая ещё и изобретения игроков в «Галактические Империи».
— Послушайте, молодой человек, откуда у вас такие подробные сведения о недавних кампаниях ВКФ? — вдруг спросил его пожилой смуглый дядечка, который, в отличие от большинства присутствующих, носил не футболку, а светлую рубашку и щеголял наглаженными складками на брюках. — И эти, как вы говорите, симуляции? Вы же вроде с торгового корабля.
— Понимаете, я не всегда был торговым космонавтом, — отозвался Карл. — Уже довольно давно я занимаюсь в основном военным судостроением, а в этом деле приходится следить за всеми новинками тактики. Поэтому у нас в Венском Технологическом никогда не жалели сил для разбора действий эскадр из Порт-Шамбалы.
— Но Порт-Шамбала — это же в Солнечной системе?
— Да и Вена вообще-то тоже. В Австрии, на Земле...
— Вы землянин?!! — пожилой учёный буквально подпрыгнул на месте и, не дождавшись ответа, куда-то испарился.
Поскольку семинар уже распался на отдельные кулуарные беседы, Карл отловил Мелинду и спросил, что это был за тип.
— Это профессор Каямура из-под Хары13, — пояснила она. — У него такой пунктик: он боится землян. Почему-то он считает, что если вас десять миллиардов, а по всем колониям и двухсот миллионов не наберётся, то рано или поздно вы хлынете в космос громадной волной, заполоните все колонии и введёте свои странные обычаи вроде запрета носить оружие и требования купаться обязательно в специальной одёжке. И вот теперь он получил подтверждение своим страхам. Первый землянин, нанявшийся в Торгфлот, — она хихикнула. — А ведь он собирался возвращаться домой на вашем корабле.
На следующий день «Марианна» отчалила от станции Сириус, неся на борту на трех человек больше. Кроме Каямуры, летевшего домой с пересадкой на Бете Южной Гидры, пассажирами стали двое подростков, у которых окончился стаж подмастерья и пришла пора поступать в высшую школу. Если в Порт-Шамбале имелась хотя бы Военно-Космическая Академия, то на станции Сириус высших школ не было совсем, поэтому ребятам предстояло четыре года прожить в интернате на какой-нибудь цивилизованной планете.
В кают-компании во время обеда Каямура опять завёл речь о своем пунктике:
— Вы представляете — их десять миллиардов! В пятьдесят раз больше, чем население всех пятидесяти обитаемых планет. Если вдруг им надоест сидеть на своей планете, они запросто заполонят весь обитаемый Космос.
— За двадцать лет существования на Земле базы ВКФ я первый, кому надоело сидеть на Земле, — возразил Карл. — И я, во-первых, уже пять лет работаю по контрактам Порт-Шамбалы, во-вторых, перед полётом со мной месяц возились два старших курса Военно-Космической Академии, чтобы хоть как-то подготовить меня к жизни в галактической культуре. Так что я не стал бы рассчитывать на большое количество эмигрантов с Земли. Все, кто хотел, уже покинули ее во времена Экспансии. Остаётся лишь небольшое количество чудаков, которые возникают в каждом поколении по естественным законам рекомбинации генов. До сих пор система образования Земли вполне успешно справлялась с переработкой этих чудаков. Но даже если вдруг перестанет, то, скорее всего, вы получите десятки, максимум сотни тысяч человек в год. Столько Объединённое человечество вполне переварит, тем более что заметная часть этих людей будет стремиться воспринять культуру колонистов, а не нести в Галактику свою. А тех, кто хочет нести в Космос свою культуру, можно отправлять на планеты вроде той, к которой мы сейчас направляемся. На давно исследованные, но не колонизированные из-за недостатка людей.
* * *
Карл отдыхал после вахты, когда ему вдруг позвонила Синтия:
— Привет! Слушай, у тебя вроде большой опыт работы с роботами, передвигающимися в невесомости?
— Есть немного, а что?
— Зайди ко мне. Тут юнги придумали что-то странное. Вроде чисто программное решение, но оно скорее по твоей части, чем по моей. Чую, что-то они не то сочинили, но объяснить, в чём они неправы, не могу.
Карл встал с кровати и отправился в каюту Синтии. Та занимала две каюты, расположенные рядом. Одна из них была жилой, а вторая — рабочим местом системного администратора корабельных компьютеров. Там и ожидали Карла корабельные юнги и примкнувший к ним Сайто, бывший подмастерье со станции Сириус, направлявшийся теперь в высшую школу в родном Мире Хары.
Юнг на «Марианне» было трое: двое мальчишек, Майк и Пит, которым вскоре предстояло поступать в космоходку, и Лючия, примерно на земной год помладше. У всех троих уже была чётко выражена специализация. Майк явно целился в пилоты. Пит постоянно вертелся в районе машинного отделения, и Карл почти считал его своим личным учеником, хотя, конечно, официальным его мастером значилась Алина. Лючия же была верной помощницей Сюзи и безраздельной хозяйкой всех роботов-пылесосов на жилой палубе, хотя возни с гидропоникой системы жизнеобеспечения в основном корпусе тоже не избегала.
На стене у Синтии висели в три ряда девять довольно небольших, 21-дюймовых мониторов. Карл пригляделся к картинкам на них. Вот забавно — сколько раз он сам пользовался методом девяти экранов из теории Альтшуллера, сколько учил этому студентов Шварцвассера, но никогда в жизни ему не приходило в голову собрать конструкцию из девяти физических мониторов. А для Синтии это, похоже, был стандартный приём работы.
На экранах было показано ровно то, что полагалось по ТРИЗ. Внутренность основного корпуса корабля — надсистема. Робот-уборщик для безгравитационной среды — система. Его поворотные вентиляторы — подсистема.
Пит взял лазерную указку и начал объяснять пришедшую в голову юнгам идею усовершенствования алгоритмов поведения робота. В идее явно было что-то от «венских кузнечиков».
— Сайто, это ты придумал? — спросил Карл.
— Нет, я только рассказал, как работают роботы в облаке Оорта. А придумала Лючия.
Приди эта идея в голову Питу, Карл, пожалуй, мог бы расстроиться. А помочь младшему товарищу, тем более девочке, довести до практической реализации пусть и неправильную идею — вполне достойная учебная работа.
— Ребята, у каждой проблемы обязательно есть простое, очевидное, но неправильное решение. Вот и тут: вы не учли, что в корабле, в отличие от облака Оорта, есть воздух. И не просто воздух, а вентиляция, которая заставляет этот воздух довольно быстро перемещаться. Поэтому ваше улучшение приведёт к тому, что в узостях, где скорость воздушного потока увеличивается, робот будет биться о стены.
Бразильский художник
Мара позвонила Анджею, чтобы договориться о встрече во время ее следующего визита в Вену.
— Понимаешь, у меня тут командировка в Рио-де-Жанейро, — сокрушенно отозвался Анджей. — В результате меня не будет в Вене всю неделю.
— А что ты собрался делать в Рио?
— Брать интервью у Жозе Перейры. Та ещё задачка. Старик не жалует корреспондентов.
— Жозе Перейра? Это который художник?
— Не знал, что ты интересуешься художественным стилем модерн-класси́к.
— Да нет, я только чтобы сдать зачёт по мировой художественной культуре. Но Перейра у нас в курсе есть. По-моему, единственный из ныне живущих землян. Забавно. А ты что, всю неделю собираешься вести правильную осаду дома Перейры? Люнеты, апроши, контрапроши, минные галереи?
— Вроде того. Ты ещё учти, что добираться из Европы до Рио через Мехико — почти сутки.
— Ну, блин, у тебя, можно сказать, единственного на всей Земле есть девушка с персональным флиттером, а ты не пользуешься личным положением в служебных целях! И вообще Перейру надо брать лихим кавалерийским наскоком. Сейчас подумаю, как именно, соберу разведданные и перезвоню тебе.