Страница 6 из 26
— У тебя отчаянный двоюродный брат, он может напугать больше, чем все пожары Каира, — шутливо пожаловался Аббас на Хасана.
В разговор вмешался Самир, хранивший до сих пор молчание:
— А положение все-таки очень тревожное.
— Да, ничего не скажешь, — согласился Иса.
— Обстановка, по-моему, даже более серьезная, чем это может показаться с первого взгляда, — убежденно заявил Самир.
— Да полноте, уж так ли все обстоит, как тебе кажется, — усмехнулся Хасан.
— Говорят, что король собирается использовать наемных солдат, он уже никому не доверяет!
Аббас рассмеялся.
— До того дошло, что некоторые сторонники короля предпочитают, кажется, нынешнему разброду и сумятице возвращение к власти нашей партии Вафд.
— А я молю аллаха, — воскликнул Хасан, — чтобы нынешняя анархия еще больше усилилась…
Наступил торжественный момент официального провозглашения помолвки.
Иса был вызван во внутренние покои. Он вышел из зала, провожаемый любопытными взглядами. Воцарилось торжественное молчание. Но уже через несколько мгновений по всему особняку разнеслись приветственные возгласы: в сопровождении матери и жениха Сальва обходила гостей, направляясь к специально отведенному для нее месту, украшенному цветами. Она действительно была хороша: от матери унаследовала высокий рост и изящную фигуру, от отца — большие черные глаза. Но странное дело. Эти глаза смотрели на мир довольно равнодушно и даже с холодком.
Наряд невесты был великолепен. Гости потом долго еще вспоминали его.
Торжество продолжалось. Было отдано должное сандвичам, сластям и прохладительным напиткам, но наконец и буфет опустел. Начался разъезд гостей. Хозяева не скупились: каждому приглашенному был вручен подарок — коробка конфет…
Иса, Сальва и Сусанна-ханум сидели на большой застекленной веранде. Стоял чудесный весенний вечер. Яркий свет электрической лампы, висевшей на веранде, падал в сад, выхватывая из темноты несколько огромных деревьев, мерно покачивавших ветвями. Дул слабый ветерок.
Первым нарушил молчание Иса:
— Сегодняшний день — самый счастливый в моей жизни.
— Спасибо, — застенчиво прошептала Сальва, — мне тоже хотелось бы поведать тебе о своих чувствах, милый, но можно я это сделаю в другой раз…
Сусанна-ханум смотрела на них, удовлетворенно улыбаясь.
— Скоро ваше счастье будет полным, — сказала она. — В июле справим свадьбу.
Радости Исы не была предела. На этот раз судьба, кажется, действительно улыбнулась ему. Скорей бы свадьба, а потом он уж знает, как ему поступать: он полностью доверится опыту Али-бека и со временем обязательно займет такое же положение.
— Дорогая, — сказал он Сальве, — а ведь ты копия своей матери. Это меня особенно радует.
Сусанна-ханум усмехнулась.
— Смотри, не откажись от этих слов в будущем.
Исе вдруг захотелось показать, что и он не лыком шит, похвастать своим влиянием и возможностями.
— Не будет ли для тебя в тягость жизнь за границей? — неожиданно спросил он. — Кто знает, может быть, скоро мне придется занять ответственный дипломатический пост…
Вместо Сальвы ответила мать:
— Твоя невеста получила хорошее образование, знает немецкий язык…
На лице Исы появилось удовлетворенное выражение:
— Я уверен, что в нашей жизни будет много настоящего счастья и все надежды осуществятся…
5
— У меня есть тайна, и я хочу, чтобы ты знала о ней…
Сальва и Иса сидели вдвоем на веранде. День постепенно угасал. В лучах заходящего солнца четко вырисовывались силуэты каирских минаретов. Пахло розами и гвоздиками.
— Тайна? — удивилась Сальва.
Иса улыбнулся.
— Ну, конечно… Ты даже не подозреваешь, а ведь я еще мальчишкой был влюблен в тебя. Только мой покойный отец знал об этом. Однажды он даже видел, как я поцеловал тебя.
— Нет, этого не было! — воскликнула Сальва.
— Нет было… Только то был невинный поцелуй, ведь мы были детьми. Отец сказал тогда: «Будь достоин ее, и ты женишься на ней когда-нибудь». Я спросил, что значит быть достойным тебя? Он ответил, что главное — это добиться расположения твоей матери. Ей нужно от будущего жениха ее дочери не богатство — она достаточно богата сама, а положение в обществе и успех в жизни… Многих удивляла моя быстрая карьера. Но никто, ни один человек не догадывался о том, что в действительности двигало мною.
Сальва слушала, кокетливо улыбаясь. Она была явно польщена.
— И вот теперь, — продолжал Иса, — состоялась наша помолвка. А за ней скрывается история долгой любви. Правда, только с моей стороны…
Устремив взгляд куда-то в сторону, Сальва прошептала:
— Не думай так, пожалуйста…
Он нежно обнял ее и вдруг порывисто прижался губами к тонким губам возлюбленной. В этот момент он даже сам поверил в придуманную им историю долгой и безответной любви. Впрочем, не такая уж беда, если даже он немного присочинил… Ведь это от чистого сердца. Во всяком случае, сейчас он действительно любит ее всей душой…
Конечно, если быть откровенным, и у Сальвы есть недостатки. Например, она совершенно беспомощна в житейских делах и не может шагу ступить без своей матери. Даже когда он находится рядом, она то и дело бросает тревожные взгляды на Сусанну-ханум, словно взывая о помощи. Иногда это просто раздражает…
— Твоя любовь — бесценный клад для меня, — воскликнул Иса. — Знаешь, как мне хотелось понравиться тебе, когда я в первый раз пришел к вам!
— А я уже до того видела твой портрет в газетах. И о твоих успехах на политическом поприще мне тоже было известно…
Иса рассмеялся довольный.
— Интересно, какие у тебя политические взгляды? — шутливо спросил он. — Лично я сторонник полицейских дубинок, одиночных камер и увольнений с работы для смутьянов. А ты какого мнения?
— Папа говорит, что…
— Меня не интересует мнение твоего отца, я заранее знаю, что он скажет. А ты разве ничем не интересуешься, кроме музыки и книг о путешествиях? Отныне ты должна готовить себя к роли жены политического деятеля, политического деятеля в полном смысле этого слова…
В комнату вошла Сусанна-ханум. При ее появлении Иса встал. Подойдя к нему, она торжественным тоном заявила:
— Мы подумали… Пусть будет, как ты хочешь…
— Спасибо, спасибо, — радостно поблагодарил Иса. Усевшись, он продолжал: — Значит, наша свадьба состоится в августе? Чудесно! Сразу же после свадьбы поедем путешествовать в Европу…
Он посмотрел на Сальву. Она ответила счастливой улыбкой. В комнате становилось темно — солнце почти скрылось за горизонтом.
— А я рассказал Сальве о том, как давно влюблен в нее, — вдруг заявил Иса.
Сусанна-ханум удивленно подняла брови. Затем, как бы предупреждая дочь, сказала:
— Не верь всему, что он говорит, Сальва! Помни, что твой жених — политик, а уж я хорошо знаю этих политиков!
Все засмеялись.
6
Это случилось утром 23 июля 1952 года[7]. Иса завтракал, когда радио неожиданно прервало свои обычные передачи. В эфире прозвучало обращение армии к народу…
В первый момент он был настолько ошеломлен, что никак не мог постигнуть сути только что услышанного сообщения. Вскочив со стула, он подбежал к приемнику, лихорадочно облизывая вдруг пересохшие губы.
Вновь прозвучали чеканные и вместе с тем поразительные фразы. Их смысл постепенно доходил до сознания, вызывая растущее удивление.
Некоторое время Иса невидящим взглядом смотрел вокруг, словно человек, неожиданно ослепленный ярким светом после долгого пребывания в темноте. «Что все это означает? — спрашивал он сам себя. — Что же случилось?..»
Войдя в гостиную, он присел на тахту рядом с матерью.
— Очень серьезные известия, — сказал он. — Армия выступила против короля.
Старушка вопрошающе подняла на него близорукие глаза. Чувствовалось, что слова сына с трудом доходят до нее.
7
23 июля 1952 года группа египетских офицеров во главе с подполковником Гамаль Абдель Насером, опираясь на армию, совершила революционный антимонархический переворот.