Страница 32 из 121
По прибытии в округ он сразу получил задачу: заняться формированием штаба кавалерийского корпуса. Для свежеиспеченного выпускника академии было не просто решить ее: во-первых, создание на пустом месте сложной управленческой структуры крупного войскового соединения само по себе дело трудное, во-вторых, было обусловлено, что штаб должен состоять из опытных и знающих работников.
Кирилл энергично взялся за дело. В течение двух с лишним месяцев спешно комплектовались кадры, отбиралась материальная часть. Но потом выяснилось, что торопиться с формированием штаба кавкорпуса незачем, так как в Белоруссию прибывает уже готовый корпус, которым командовал известный герой Гражданской войны Н.Д. Каширин.
Кипучая деятельность Мерецкова прервалась, ему предложили должность начальника штаба 1-й Томской Сибирской дивизии 3-го кавкорпуса Каширина.
Комкор Каширин очень понравился Кириллу. За время службы под началом Николая Дмитриевича он хорошо изучит его, как и его брата Ивана, с которым будет часто встречаться. Позже Мерецков отзовется о комкоре так: «Поскольку с Н.Д. Кашириным я прослужил вместе довольно значительное время, хочу сказать о нем несколько слов. От своего брата Ивана, тоже героя Гражданской войны, Николай Каширин отличался отсутствием наклонности к щегольству, строгостью поведения и чуть более сухим характером. Это был человек беспредельной преданности делу Советской власти, подтянутый, организованный, вдумчивый руководитель войск… Он пользовался… большим авторитетом и… уважением».
Состояние Томской дивизии поразило Мерецкова. Она была совершенно небоеспособна. С потертыми чуть ли не до костей спинами, сильно хромавшие лошади годились только на убой. Чтобы они не падали от изнурения, их в стойлах приходилось подвешивать на ремнях.
Кирилл недоумевал: как комкор мог терпеть такое в одном из своих соединений?.. Свое огорчение Мерецков мягко высказал Каширину, на что тот так же «мягко» ответил:
— Вам не приходилось по несколько суток не расседлывать лошадь и гонять на ней до полусмерти по степи? Бойцы Томской в течение нескольких месяцев не слезали с седел, носились по Таврии, сражаясь с махновцами…
Поднимали дивизию в прямом смысле на ноги усилиями всего корпуса. Начали с 1-го полка. Многих больных, искалеченных лошадей отбраковали, многих определили в ветлечебницы. Постепенно все эскадроны получили пригодных к строевой службе лошадей. И тут поступил приказ: приведенный в порядок полк передать в другую кавдивизию. Штаб взялся за следующий полк. И когда он был восстановлен по образцу первого полка, его тоже передали соседнему соединению. Так и продолжалось, пока не была приведена в боеспособность последняя часть. В конце концов от 1-й Томской Сибирской сохранился лишь штаб, но вскоре и он был ликвидирован — дивизию сократили.
Кирилл был откомандирован в Москву, в Главное управление кадров РККА. В то время ЦК РКП(б) потребовал от Наркомвоенмора выделить в распоряжение Главного управления рабоче-крестьянской милиции (РКМ) нескольких армейских командиров для инспекционной работы. Мерецков буквально подвернулся под руку, и его зачислили в группу инспекторов для проверки состояния РКМ. Для него это было совершенно новое дело, к которому не лежала душа. Но для военного человека приказ есть приказ: Кирилл полгода осваивал инспекторские секреты. Наркомвнудел, как говорится, по полной загрузил его работой, выделив для проверки сразу шесть местных управлений милиции северных районов — Мурманское, Кандалакшское, Петрозаводское, Тихвинское, Вологодское и Архангельское.
Мерецков не пожалеет о том, что потратил столько времени на работу в Наркомате внутренних дел. Как оказалось, эта работа была для него интересной и весьма полезной. Поездка по северным губерниям расширила его кругозор и обогатила наблюдениями, пригодившимися впоследствии. Она станет прелюдией к будущей многолетней службе его в этом регионе в качестве командующего Ленинградским военным округом, потом, в годы Великой Отечественной войны, командующего фронтами и после нее — командующего войсками Северного (Беломорского) военного округа.
На обратном пути в Москву Мерецков случайно встретил начальника штаба 15-го стрелкового корпуса М.М. Ольшанского, с которым когда-то служил вместе. Разговорились о прежнем времени, обменялись мнениями о текущих событиях. Он, как выяснилось, нуждался в помощнике. Как человека, уже побывавшего на штабной работе, Ольшанский пригласил Кирилла на этот пост. 15-й корпус находился в Северо-Кавказском военном округе, к которому Мерецков уже давно присматривался: его интересовали проблемы постановки военного дела в разных экономических и географических условиях.
Кирилл отправился в штаб РККА с запиской от Ольшанского к знакомому ему работнику. Назначение на Северный Кавказ состоялось в сентябре 1923 года. Направление ему давал Б.М. Шапошников.
Мерецков пишет в воспоминаниях: «Со времен Гражданской войны все командиры, проходившие через этот штаб, попадали в ведение этого аккуратного, выдержанного, трудолюбивого и организованного человека, который свои выдающиеся способности старого кадрового офицера отдал Красной армии, ставшей для него родной и близкой. С тех пор десятки раз я получал различные назначения. И почти всегда меня напутствовал в дорогу Борис Михайлович. Крупное лицо его было неизменно спокойным, распоряжения — краткими и точными, слово "голубчик" — обязательным».
Кирилл ехал на Дон, в места, где всего четырьмя годами раньше сражалась памятная ему 9-я армия Южного фронта, которым командовал В.М. Гиттис. Теперь там размещался Северо-Кавказский военный округ, возглавляемый К.Е. Ворошиловым.
Помощником начштаба 15-го стрелкового корпуса Кирилл Мерецков пробыл совсем недолго. В скором времени его перевели на должность начальника штаба 9-й Донской стрелковой дивизии того же корпуса. Этот перевод совпал с началом военной реформы в вооруженных силах СССР.
Союз Советских Социалистических Республик как новое государство на большей части территории бывшей Российской империи начал существовать с 30 декабря 1922 года. 27 декабря Договор об образовании СССР подписали РСФСР, Украина, Белоруссия и Закавказская Советская Федеративная социалистическая республика (ЗСФСР). Наряду с Декларацией об образовании СССР, договор был утвержден Первым съездом Советов СССР 30 декабря 1922 года. В дальнейшем в состав СССР войдут: в 1925 году — Узбекистан (Узбекская ССР), Туркмения (Туркменская ССР), в 1929-м — Таджикистан (Таджикская ССР). В 1936 году ЗСФСР будет расформирована и союзные республики — Азербайджан (Азербайджанская ССР), Армения (Армянская ССР), Грузия (Грузинская ССР) войдут в СССР. В том же году союзными республиками в составе СССР станут Казахстан (Казахская ССР) и Киргизия (Киргизская ССР); в 1940-м — Молдавия (Молдавская ССР), Латвия (Латвийская ССР), Литва (Литовская ССР) и Эстония (Эстонская ССР).
Кирилл был доволен переходом в Донскую дивизию. Он говорил: «Раньше я работал начальником штаба дивизии только временно, да и то в дивизии кавалерийской. Девятимесячное пребывание на этой должности в пехоте было поэтому чрезвычайно полезным, тем более что Донскую дивизию ее командование и штаб стремились превратить в действительно регулярную. Прежде с регулярными пехотными соединениями я фактически не имел дела. Под Казанью в 1918 году такие соединения только еще формировались, представляя собой конгломерат различных отрядов. В 1919 году на Южном фронте 14-я дивизия, где я служил, тоже не могла считаться образцовой. Она была очень громоздкой, плохо поддавалась управлению и не имела современной техники. Фактически я там видел недостаточно организованное скопление людей с винтовками и орудиями, в разной степени обученных и дисциплинированных, хотя и отличавшихся высоким боевым духом. И когда перед нами встала задача превратить Донскую дивизию в так называемое опорное соединение Северо-Кавказского военного округа, я использовал то, что видел и чему научился, прежде всего в Конармии, дивизии которой были лучше обучены, сколочены и вооружены.