Страница 35 из 49
«Как же я их не заметил вчера!» — с досадой хлопнул себя по колену Кирилл.
— Лариса! — позвал он.
Лариса заглянула в комнату.
— Видите эти следы?
— Да… странно… я вчера, как пришла, везде помыла полы, а потом принялась за готовку, — непонимающе моргая ресницами, объясняла она.
— Охранник сюда не заходил?
— Нет! Он как вошел, сел за стол и больше не двигался.
— Антон! — крикнул Кирилл. — А ты сюда не заглядывал?
— Нет! — кратко ответил тот.
Кирилл совершенно серьезно приказал Антону оставаться с Ларисой, а сам, сев в джип, отправился в аэропорт.
Вернулся он холодно-сосредоточенным и резко нарушил идиллию, царившую между Ларисой и Антоном. Кирилл подошел к Ларисе и ледяным тоном спросил:
— Почему вы покинули лагерь восемнадцатого августа?
Лариса с широко открытыми от удивления глазами неуверенно пробормотала:
— Я же говорила, что после несчастного случая я просто побоялась остаться…
— Лариса, вы такая изысканная женщина — и так грубо лжете! — с металлом в голосе возразил он ей. — Кирилл! — поспешил вмешаться Антон. — Ты что это… как-то можно полегче…
— Полегче? — язвительно улыбнулся Кирилл. — Хорошо, будет тебе полегче. Ты знаешь, зачем я ездил в аэропорт? Чтобы проверить, не было ли среди вчерашних пассажиров некоего Иванченко. И знаешь, что мне ответили?
Антон непроизвольно приподнялся с дивана.
— Таинственный Иванченко действительно прибыл вчера первым рейсом в Барнаул и покинул его последним.
— Ты думаешь, это он здесь наследил? — пробормотал Антон. — Хорошо, что успел только наследить… — Вот это да! — лицо Антона побелело, и он взглянул на Ларису. Лариса вся съежилась от неприятного предчувствия.
— Не понимаю, — пролепетала она, — что… что происходит?
— А то, что вчера вечером вас собирались убить, — просто ответил Кирилл и, сев в кресло, попросил чаю.
— Вот глупости! — передернула плечами Лариса и пошла на кухню.
— Кирилл! — тут же вскричал Антон. — Ну, дела… Да если бы ты вчера не хватился… то все!.. Лариса появилась с чашкой чая на расписном подносе.
— Лариса! — серьезно обратился к ней Антон. — Расскажи нам, пожалуйста, все! — Да что рассказывать?! — с чисто женским упорством продолжала сопротивляться она.
— Почему ты покинула лагерь?
— Антон, вы меня с Кириллом поражаете… — Я же вам уже сто раз объясняла. И потом: кто меня вчера хотел убить и, главное, за что?! — возмутилась она.
Кирилл отпил несколько глотков чая, а затем не спеша вынул из папки фотографии убитой Насти Фокиной и протянул ей.
— А вот за то, за что убили и эту женщину. Лариса взглянула на фотографии и, пробормотав: «Господи!», вернула их Кириллу. — Я никогда не видела этой женщины! — воскликнула она. — Между нами нет никакой связи.
— Ошибаетесь, Лариса, между вами есть связь: она и вы знали, кто убил Виктора Усова.
— Какого Усова?! — в нетерпении всплеснула руками Лариса.
— Это тот человек, который был в лагере и вроде бы утонул.
— А!..
— И вот теперь убийца убирает невольных свидетелей. Вы понимаете, какая опасность грозит вам? — два немигающих глаза остановились на Ларисе. — Вы понимаете, что если бы вчера мы вовремя не спохватились, вы были бы убиты?! Неужели вам ни о чем не говорят открытая дверь и следы в
комнате рядом с кухней?
Кирилл с Антоном сели на диван по бокам Ларисы с такими серьезными лицами, что неожиданно совершенно безумная, с ее точки зрения, догадка молнией блеснула в мозгу молодой женщины.
— Но почему вы решили, что тот человек был убит? — дрожащим голосом неуверенно спросила она.
— Мы это не решили, а установили, — спокойно ответил Кирилл. — Но я, в самом деле, ничего не знаю… я уехала, — она бросила невольный взгляд на фотографии, которые показывал ей Кирилл. — И потом… этого не может быть!.. Я ничего не видела и никого не подозреваю, — из последних сил сопротивлялась она.
— Хорошо, — мягко согласился Кирилл. — Я и не прошу Вас кого-то подозревать. Вы просто расскажите, почему вы покинули лагерь восемнадцатого августа, — с ангельским спокойствием в сотый раз повторил он свой вопрос.
Лариса взглянула на Антона. Тот взял ее руку в свои ладони и попросил:
— Расскажи, Лариса!
— Ну, хорошо… — все еще пребывая в сомнении, нехотя согласилась она.
* * *
В аэропорту Кирилл обнялся с Антоном и пожал руку молчаливой Ларисе.
— Слов нет!.. — повторял Антон, покачивая головой. — Кто бы мог подумать. А я в тебе не ошибся! Чувствовал, что разберешься!..
Кирилл посмеивался.
— Рекламу твоей фирме я обеспечил!..
Серебряной стрелой самолет пронзил снежную пелену и взял курс на столицу. Стюардесса, покачивая бедрами, предлагала напитки и конфеты. Кирилл глубоко вздохнул и откинул спинку кресла.
«Вот и все! Приеду — и сразу к Леониду. Сдам дело с рук на руки».
Кирилл хотел было заснуть, но растревоженные мысли не давали ему покоя. Вновь появилась стюардесса и со счастливой улыбкой объявила, что будет рада предложить пассажирам поужинать. После ужина стюардессы разливали в чашки кипяток и раздавали пакетики с кофе. Кирилл в ожидании, пока кофе немного остынет, закрыл глаза. Вдруг он почувствовал легкое колебание воздуха: вероятно, кто-то прошел мимо. Открыв глаза, он огляделся: никого.
«Я становлюсь чересчур мнительным», — с удивлением отметил он и взял чашку.
Внезапно резкий толчок выбил ее из рук Мелентьева, пролив содержимое на пол и забрызгав Кириллу пиджак.
— Ой, простите, простите! — извинялась молодая женщина. — Вот видишь, — обратилась она к мальчику лет пяти, как плохо быть невоспитанным! Теперь проси прощения у дяди.
Малыш испуганно посмотрел на Кирилла и что-то залепетал.
— Да ничего страшного! — успокоил маму и малыша Кирилл.
Тем не менее мысленно он все-таки согласился, что дети в общей массе ужасно невоспитанны. Стюардесса принесла новую чашку, а Кирилл погрузился в свои мысли.
«Нет! — решительно сказал он сам себе. — Я не стану передавать дело с рук на руки. В конце концов, это мое первое самостоятельно и успешно проведенное следствие. И ничего не будет плохого, если я приготовлю эффектный финал. Расследование — это тоже искусство, а искусство требует особых приемов. К тому же все складывается как нельзя кстати: через три дня будет зачитано завещание, и я, вполне, могу устроить финал в стиле старого доброго классического детектива».
Кирилл не стал обманывать себя ложными уверениями, что ему абсолютно безразличен внешний блеск. Каждый человек шлифует себя, словно алмаз, и должен всегда уметь повернуться нужной гранью. Удается это, увы, не многим мешает посредственность умов и вульгарность в попытках ее преодолеть.
Кирилл помнил, какую великолепную, утонченную раму создала себе Софья на выставке, и решил ответить ей тем же. Он хотел видеть ее глаза!
Глава пятнадцатая
Утром Кирилл проснулся со смутным чувством чего-то неприятного. Он позвонил Леониду и договорился о встрече, но неприятное ощущение продолжало мучить его, и он, сколько ни пытался, не мог найти причину своей досады. С тем и пришлось ехать к Леониду.
Леонид ждал его с нескрываемым нетерпением.
— Ну, что?
— Полный порядок, — безуспешно пытался подавить самодовольную улыбку Кирилл. Во всех деталях изложив Леониду результаты проведенного им расследования, он тут же высказал свои мысли по поводу эффектного финала.
— Артист! — расхохотался Леонид. — Но послушай, ведь это так скучно: приехать, надеть наручники, усадить вот в этом кабинете и бесстрастным голосом изложить по пунктам преступнику им же совершенное преступление.
— А тебе хочется зрителей и оваций! — продолжал нещадно подтрунивать над другом Леонид. Кирилл на минуту задумался и с обескураживающей прямотой сказал.