Страница 59 из 59
— Где мистер Ватанабэ? — спросил Лукас, обняв меня.
— Они до него добрались, — отозвалась Дана.
В фургоне повисла мрачная тишина. Ракель в полном замешательстве переводила взгляд с Даны на Лукаса, потом на меня, но, должно быть, понимала, что сейчас не время для расспросов. Лукас уткнулся лбом мне в плечо, и я его крепко обняла.
«Вы должны наслаждаться друг другом», — сказал нам мистер Ватанабэ. У него была такая милая улыбка. Надеюсь, он сейчас со своей Норико, если для людей, не ставших ни вампирами, ни призраками, есть что-нибудь после смерти. Я никогда раньше не задавалась этим вопросом.
Кейт завела двигатель. Я смотрела в зеркало заднего вида, как объятый пламенем силуэт академии «Вечная ночь» становился все меньше, меньше и наконец полностью скрылся из виду.
Местом встречи оказался склад в какой-то глухомани, заставленный громадными ящиками. Понятия не имею, что в них хранилось, и думаю, что Черный Крест тоже не знал этого. Это было просто место, где охотники могли немного отдышаться.
Дана приложила к лицу пакет со льдом, а Эдуардо бинтовал Кейт ногу. Охотники чистили и чинили оружие и почти не разговаривали — то ли от усталости, то ли от горя. Но я видела, что все они считали, будто поступили совершенно правильно. Мне хотелось сказать им, что они ошибаются, что их обманули, но я понимала: меня никто не будет слушать.
Мы с Лукасом сидели на одном из ящиков, спина к спине. Ракель стояла рядом, закутавшись в одеяло, которое ей дал кто-то из охотников.
— В школе было полно вампиров, — проговорила она медленно. — Все это время.
— Да, — подтвердила я. — Но люди там тоже учились — например, ты. И Вик.
— И Ранульф, — добавила она. Я покачала головой, и у Ракель отвисла челюсть. — Ранульф? А Балтазар — он тоже вампир?
Я кивнула.
— И все преподаватели, — добавил Лукас. — Пару лет назад там вообще были только вампиры.
— Стоп, стоп, стоп. Это невозможно. Бьянка, ведь твои родители — учителя!
Я так измучилась, что чуть не выложила ей всю правду, но тут Лукас предостерегающе взял меня за руку. Если я посреди группы охотников Черного Креста расскажу, что я наполовину вампир, это будет последним, что я сделаю в жизни.
Вместо меня на вопрос ответил Эдуардо:
— Мы считаем, что Бьянку похитили еще в младенчестве. Вероятно, ее настоящих родителей убили, чтобы двое вампиров смогли поиграть в домашний очаг.
Ракель зажала рот руками.
— И когда ты об этом узнала? О Бьянка, мне так тебя жалко! Ужасно жалко.
Тут вмешался Лукас, чтобы я не ляпнула лишнего:
— В прошлом году я поступил в «Вечную ночь», чтобы выяснить, почему туда начали принимать людей.
— Так вот из-за чего ты вечно ввязывался в драки! — воскликнула Ракель. — Господи, а я-то думала, что ты просто отмороженный психопат!
— Ого, — сказал Лукас. — Я тронут. — Судя по голосу, он улыбался.
— Ну честно, я так думала. Прости. Похоже, я совсем не разбираюсь в людях. — Ракель села на соседний ящик, растерянно покачивая головой, и тут в ее глазах забрезжило понимание. Она поймала мой взгляд. — Значит Эрик — тоже вампир?
— Да.
Ракель обмякла.
— Я так и знала, что с этой школой что-то не так.
— Сомневаюсь, что теперь они снова будут принимать к себе людей, — произнесла Кейт. — Да и вообще хоть кого-то, учитывая все разрушения. А это значит, что мы можем вычеркнуть академию «Вечная ночь» из списка наших забот.
Может, они и могут. Но я не могла. Я знала, что должна туда вернуться и выяснить, кто погиб, как там мои родители, — выяснить очень многое. Но как же мне вернуться, если миссис Бетани теперь знает, что я весь год встречалась с Лукасом? Насколько я понимала, она обвинит меня в том, что я привлекла к школе внимание Черити — а значит, ответственна за все случившееся. А уж теперь-то я знала, какой беспощадной может быть миссис Бетани. Нет, придется подождать.
— Это работа миссис Бетани. — Кейт поморщилась, когда Эдуардо закончил бинтовать ее ногу. — А это значит, что она обязательно захочет отомстить. Следовательно, нам пора двигаться дальше. Нашей ячейке придется залечь на дно, причем надолго. Ракель, если хочешь вернуться домой, мы дадим тебе немного денег. Решай.
— Домой? — Ракель мгновенно вскочила на ноги. — Вы с ума сошли?
— Ракель? — удивилась я. — Ты о чем?
— В мире столько зла — вампиры и привидения, все это дерьмо, едва не лишившее нас жизни! Но ведь с ними можно бороться! Эти люди борются! — Она обвела рукой помещение, и одеяло на ее плечах взлетело, как мантия супергероя. — И что, теперь я должна вернуться в Бостон и спать, как ни в чем не бывало, на диване у сестры, и наплевать на то, что происходит в моем собственном доме? Наплевать на все это зло? Нет уж! Я хочу стать одной их них.
Эдуардо помотал головой:
— Мы не принимаем любителей.
— Все мы поначалу были любителями, — заметила Кейт. — Ты сам говорил, что нам нужна свежая кровь.
В животе у меня заурчало. Когда я смогу снова выпить крови?
Ракель переводила взгляд с одного на другого, и в лице ее светилась надежда.
— Этим летом я все равно не собиралась возвращаться домой. Так что поверьте, вы не разрушаете большую дружную семью. И я как раз искала, куда бы мне податься. А все то, против чего вы боретесь, — да я всю свою жизнь ждала такой возможности! Просто дайте мне шанс, и я вам докажу.
Дана усмехнулась:
— Кажется, Черный Крест только что нашел нового бойца.
Все выглядели довольными, но выражение лица Эдуардо по-прежнему оставалось жестким.
— Тебе придется упорно тренироваться. Это сложно и опасно. Большинство членов Черного Креста не живут так долго, как Хидео Ватанабэ; как правило, они даже до моего возраста не доживают. Тебе придется отказаться от всего. Здесь необходимы полная самоотдача и абсолютная преданность.
— Я с вами! — воскликнула Ракель. — Целиком и полностью. Начиная с этой секунды. — И повернулась ко мне. — Бьянка?
Мне? Вступить в Черный Крест? Я не могу стать охотником на вампиров — я сама вампир! Ну что-то вроде вампира — вполне достаточно для любого в этом помещении, чтобы напасть на меня в ту же секунду, как только они узнают правду.
Я посмотрела на Лукаса в надежде, что он знает, как из этого выпутаться. Но он тоже пришел в смятение. Понятно, что он понимает всю сложность, но не менее понятно, что Черный Крест собирается перейти в режим полной изоляции, разрушив этим все планы нашего с ним побега. Мы оказались в западне.
— Я знаю, что для тебя это тяжело, Бьянка, — сказала Кейт. — Ты долго думала, что это твои настоящие родители, и я могу себе представить, что они тебе понарассказывали про Черный Крест. Но теперь ты знаешь правду. Ты продемонстрировала свое мужество. И честно говоря, мне надоело, что Лукас все время убегает. Нам нужно, чтобы он оставался с нами. — Она попыталась улыбнуться. — И все это означает, что нам нужна ты.
— Ну же, Бьянка! — Ракель с трудом сдерживала возбуждение. Для нее все это было большим приключением, способом решить все ее проблемы. — Ты с нами?
Мне было больше некуда идти. По крайней мере, здесь я буду с Лукасом — а пока мы вместе, у нас всегда есть надежда.
— Да. — Я посмотрела на Лукаса и взяла его за руку. — Я с вами.