Страница 67 из 88
– Когда-нибудь мы всё-таки проявим слабость и это позволит им сказать, что мы ничем не отличаемся от них и потому больше не вправе стоять над ними, Девен.
На что тот ответил:
– Не вижу в этом ничего страшного, Реат. Если это произойдёт, то тогда мы просто соберёмся на какой-либо планете все вместе и будем жить также, как и они. Меня это нисколько не пугает и я давно уже готов к такому повороту событий.
После этого, я готов поклясться, Реат'ин-Годар огорчённо вздохнул, перевёл разговор на другую тему и они заговорили о том, как проходила встреча с людьми. Если Девена'ин-Мара не пугала перспектива пустить всё в Звёздном Содружестве на самотёк, то лично меня она привела в ужас. Представить последствия такого шага ианш'та-ролан мне, как профессиональному разведчику пусть и не с очень большим стажем, но владеющему информацией о многих таких вещах, в которые я даже не посвящал своё земное начальство, было очень легко. После этого во всех семи галактиках начнётся такой бардак, что не приведи Господи. Крибби и Джинни восприняли всё аналогичным образом и я, сокрушенно покрутив головой, сказал:
– Хрен вы куда денетесь с подводной лодки, ребята.
Крибби, не поверив в то, что я всё понял, положил мне на голову свою сдвоенную и потому двенадцатипалую тяжелую длань, легонько тряхнул её, видимо для того, чтобы заставить мои мозги работать с максимальной эффективностью, и сказал:
– Теперь ты понимаешь, к чему идёт дело, Серёга? Если в прессу просочится информация о том, что ианш'та-ролан дали слабину, они тут же поднимут руки вверх и станут, как ты говоришь, выращивать клубнику на даче, а всякая сволота тут же начнёт надувать щёки и заявлять, что они самые главные.
Усмехнувшись, я ответил:
– Старик, если ради того, чтобы не допустить этого мне придётся пристрелить десяток, другой уродов, то я сделаю все так, как это и не снилось майору Сервену. Нет, друг мой, наших друзей ианш'та-ролан пока что некому заменить и тут даже вы, тебиоты, не в силах предложить всем народам Звёздного Содружества нечто такое, что заменило бы им заботу сияющих о всех нас. Знаешь, Крибби, в доброту, даже нет, не доброту, а скорее в справедливость и гуманность их патернализма я верю, а вот в чью-либо другую не поверю ни при каких обстоятельствах.
Крибби потрепал меня по плечу и сказал:
– Знаешь, Серёга, хотя твои слова можно рассматривать, как плевок мне в лицо, ведь я представитель самой древней, после сияющих, расы, я с тобой полностью согласен. Мы хотя и древняя раса, но дураки просто редкостные, раз считаем, что в ходе своей эволюции дошли до полного физического совершенства и не желаем ничего не менять в своей физиологии искусственно, а потому действительно не вправе претендовать на какую-то исключительность. Когда речь у нас заходит о продолжении рода, мы тут же становимся самыми настоящими дикарями.
Эта тема была предметом моих долгих и зачастую отчаянных споров с Крибби. Поэтому я не выдержал и буркнул:
– Вот именно, а всё потому, что среди вас невозможно найти ни одного психа, способного пойти наперекор мнению большинства. Если бы хотя бы один из вас взял в жены тебиару неспособную стать матерью и пошел бы в клинику биореконструкции, после чего она смогла бы рожать каждый год и вместе со своим мужем даже решать, кого им родить – мальчика или девочку.
Крибби, которого это уже не волновало, просто отмахнулся от меня и сказал сердитым голосом:
– Серёга, не уводи разговор в сторону, а лучше подумай над тем, что ты скажешь светлякам и как.
– Не волнуйся, найду что сказать. – Огрызнулся я и вернув Крибби два бутерброда, добавил – Только мне для этого нужно будет сначала позавтракать, а то из-за такого количества горчицы у меня глаза слезятся и в носу так першит, что чихать охота.
Джинни тотчас сделал мне замечание:
– Ну, так не ел бы, подождал полчаса.
В девять утра всей командой мы уже были в "Золотом обелиске" Кохлы Маста, рядом с которым стояла скоростной даже не тримобиль, а самый настоящий флайер. Если я сумею договориться с Водаром'ин-Дартом, то мне придётся лететь на остров Семиант, на котором находилось здание администрации первого координатора, а также все основные их конторы. Я сразу же вошел в небольшое помещение, в котором Кохла разместил центр связи, сел за пульт и он немедленно соединил меня непосредственно с кабинетом этого сияющего, в котором я подозревал главного руководителя всех ианш'та-ролан галактики Млечный Путь, которую в Звёздном Содружестве было принято называть Тарианом, причём задолго до того, как в ней на планете Земля появилась цивилизация. На связь я вышел в открытую и когда увидел на экране красивое, волевое лицо сияющего, сразу сказал:
– Приветствую вас, господин первый координатор, меня зовут Серж Орлов и я прошу у вас срочной аудиенции. Речь идёт об очень важном деле, прямо касающемся ианш'та-ролан.
Водар'ин-Дарт слегка кивнул мне головой и ответил:
– Я тоже приветствую вас, господин Орлов, но вынужден вам отказать, поскольку никому не даю аудиенций.
Ну, ничего другого я от него и не ожидал. Получить аудиенцию у этого сияющего мечтал президент каждого межзвёздного, а то и вовсе межгалактического сообщества разумных существ, так что я нисколько не удивился и сказал:
– Господин Водар'ин-Дарт, и всё таки я очень настойчиво прошу вас позволить мне встретиться с вами и лично доложить вам об итогах расследования убийства Леона Мильмана, который также известен вам под именем Льва Аркадьевича Шварца. Я его близкий друг, а благодаря этому человеку и в какой-то мере мне, ианш'та-ролан было возвращено их историческое наследие.
Мой собеседник вздохнул и ответил мне:
– Господин Орлов, если это связано с расследованием причин смерти господина Шварца, то я тем более не могу встретиться с вами. Вы должны отправиться в главное полицейское управление Сантуара и доложить об этом об этом главному инспектору Лестлеру, ведомство которого занимается этим расследованием.
К такому ответу я тоже был готов и потому сказал:
– Думаю, что мне не следует этого делать, господин главный координатор, так как в смерти моего друга замешаны ианш'та-ролан и я не хотел бы извещать об этом власти Неверала.
Лицо Водара'ин-Дарта сразу же посуровело, но он всё таким же спокойным голосом сказал мне:
– Значит вам тем более нужно известить об этом именно власти Неверала, господин Орлов. Я не стану покрывать убийцу вашего друга, который так много сделал для нас.
Я едва сдержался, чтобы не завопить от радости. Этот суровый дядька только что сделал едва ли не всё для того, чтобы я мог выколотить из него аудиенцию, а поскольку он не отключил связь, да и не смог бы отключить иначе, как выстрелив из бластера в аппарат связи, то я немедленно воскликнул:
– Стоп! Господин Водар'ин-Дарт, я не говорил, что Леона Мильмана, он же Лев Шварц, убили, но к его смерти, увы, прямо причастны ианш'та-ролан, что я и хотел бы с вами обсудить.
– Господин Орлов, если к смерти Леона причастны ианш'та-ролан, то я не могу обсуждать это с вами. – Непреклонным тоном сказал мне сияющий и добавил – Вы обязаны доложить обо всём главному инспектору Лестлеру, после чего суд Сантуара решит, кто на самом деле виновен в его гибели. Прощайте.
Водар'ин-Дарт нажал на кнопку, чтобы выключить видеотелефон, но не тут-то было, он не выключился, а я усмехнулся и довольно-таки вызывающим тоном сказал:
– Господин Водар'ин-Дарт, у меня почему-то нет никакого желания прийти в убойный отдел и с порога заявить там, что фактически в смерти Леона Мильмана виновен главный координатор галактики Тариан Водар'ин-Дарт. Позвольте мне сначала встретиться с вами и очень обстоятельно поговорить об этом.