Страница 45 из 88
Как только я счёл урон, нанесённый внешнему облику своего особняка вполне достаточным, а панику, царившую внутри из-за того, что этот обстрел транслировался сразу по четырём каналам в прямом эфире, вполне дошедшей до нужного градуса, броня бронёй, а грохот внутри здания стоял приличный, наступил мой черёд порезвиться. Я сел за компьютер, набрал нужные коды и из четырёх углов зимнего сада выдвинулись сдвоенные лазерные турели. Две секунды и обломки четырёх роботизированных космокатеров с грохотом рухнули вниз. Один космокатер упал на проезжую часть мгновенно опустевшей улицы Питарен, а второй прямо на мою стоянку бимобилей. Точнее на ту бронекрышу, которая образовалась над ней. При этом даже падая космокатеры продолжали выпускать по зданию сотни снарядов и лишь тогда, когда они упали и взорвались, грохот прекратился и через несколько секунд все, кто находился в моей крепости, разразились громкими, радостными криками и овациями. Вот теперь я смело мог повышать арендную плату хоть втрое или если кому-то это не понравится, приглашать новых арендаторов. Ну, это было ещё впереди, а пока что я посмотрел на поверенного и спросил:
– Господин… Простите, я не знаю вашего имени, вы не представитесь нам?
Тот охотно ответил:
– Смелчек, Падар Смелчек, господин Орлов, адвокат и владелец адвокатского бюро "Смелчек и партнёры". Вы, вероятно, хотите, чтобы я рассказал вам всё о своём нанимателе? Простите меня, но я не могу этого сделать иначе, как под давлением.
Поняв намёк адвоката, я сразу же спросил:
– Падар, вас устроит, если в вашей крови сегодня вечером обнаружат следы сыворотки правды? Понимаете, подвергать вас настоящему допросу у меня как-то рука не поднимается, особенно учитывая то обстоятельство, что ваш наниматель хотел убить нас обоих в случае моего отказа. Ну, а просить вас предать своего нанимателя означает ничто иное, как поставить крест на вашей карьере адвоката. Зато я могу подать всё так, словно мы вкатили вам лошадиную дозу сыворотки правды.
Адвокат кивнул головой и сказал:
– Не приведи Создатель иметь таких клиентов, Серж. Записывайте, думаю это вам хоть как-то, да, поможет. Мои услуги были оплачены со счёта номер… – Господин Смелчек без запинки продиктовал мне двадцатичетырёхзначный номер счёта – Открытый в банке "Первый национальный банк Неверала". Меня сразу же удивила такая непомерная щедрость, – пятьсот тысяч галакредитов за то, чтобы передать клиенту вот этот конверт. Помимо этого вы обнаружили у меня при обыске сотовый телефон, на диктофоне которого были записаны все три разговора с моим клиентом. Увы, но разговаривать со мной по видеотелефону эта дама сразу же отказалась наотрез. Тем не менее во всех трёх случаях были определены номера тех видеотелефонов, с которых она со мной разговаривала. Вот, пожалуй, и всё, что я знаю, а теперь, Серж, я хотел бы попросить вас об одном одолжении.
Улыбнувшись адвокату, я поспешил сказать:
– Вы можете находиться в этом здании ровно столько времени, сколько это потребуется и даже дольше. Если вам это понадобится, то я могу приставить к вам таких телохранителей, о которых никто из митранцев не может и мечтать. Хоть банов, хоть тебиотов на ваш собственный выбор.
От таких моих слов Крибби аж зубами заскрежетал, но всё же промолчал и даже кивнул головой в знак согласия, но Падар отрицательно помотал головой и сказал:
– Это будет лишнее, Серж. Я просто хочу арендовать себе офис в вашем здании. После того, что я здесь увидел, это моя самая большая мечта. Хотя моё адвокатское бюро и невелико, мы обслуживаем очень важных господ, а после сегодняшнего происшествия всем станет ясно, где в Сантуаре находится самое безопасное место для ведения щекотливого бизнеса. Надеюсь у вас имеется подземное банковское хранилище?
– А то, трёхэтажное, с бомбоубежищем, выполненное по двенадцатому классу защиты. Второго такого, насколько мне это известно, в Сантуаре нет. Падар, у меня на седьмом этаже есть свободный офис площадью в восемьсот квадратных метров, с двумя уютными квартирками и небольшим атриумом. Если хотите и вам этого хватит, можете заезжать хоть сегодня.
Не успел я заключить договор аренды с господином Смелчеком, который ещё и прихватил себе сразу три больших сейфа в подвале прямо под его новым офисом, как ко мне заявились военные и гражданские власти Сантуара вместе с Шианом Лестлером. Поскольку речь шла о попытке убийства, то это дело прямо касалось его. Джинни тотчас смылась в комнату отдыха, чтобы Шиан не заставил её ехать вместе с ним в убойный отдел. Падар немедленно предложил мне свои услуги адвоката и когда командующий неверальским отрядом военного космофлота Митрана увидел его сидящим рядом со мной, лицо его тотчас пошло красными пятнами и он чуть ли не взмолился:
– Господин Орлов, мы покроем в тройном размере все ваши убытки, только ради Создателя, не делайте никаких заявлений перед всей этой оголтелой сворой репортёров.
Падар немедленно шепнул мне на ухо:
– Серж, если вы спустите это дело на тормозах, то тем самым спасёте Релтара. Он уже отмежевался от прежних хозяев дворца Гедеора и примкнул к новой власти.
Кивнув головой я сказал:
– Господин шеф-адмирал, я с удовольствием сделаю заявление для прессы, но вовсе не такое, которое бросит тень на митранский космофлот. Насколько мне это известно, эти космокатеры были вам чуть ли не навязаны силой ещё семь лет назад и с тех пор они пылились на складе, пока какому-то болвану не вздумалось привести их в состояние полной боевой готовности и один только Бог ведает, почему они сбесились, а точнее чей именно приказ принялись исполнять. Ну, а теперь, господа, давайте поговорим о том, какой урок нам всем нужно из этого извлечь. – Обращаясь к мэру Сантуара, я сказал – Господин Дакун, в своё время мне пришлось чуть ли не полгода обивать пороги десятков кабинетов, доказывая, что в таком огромном городе может произойти всё, что угодно. Тем более, если учитывать то обстоятельство, что Неверал по сути дела представляет торговую столицу нашей галактики и на него кто только не прилетает. У меня нет никаких претензий к вам, господин Дакун, как и к вашему ведомству в целом, ведь я в конце концов получил разрешение на полную реконструкцию этого здания, но было бы лучше, если обязанности по поддержанию режима безопасности будут возложены не только на планетарные войска, космофлот и полицию, но ещё и на владельцев хотя бы офисных зданий.
Шиан при этих словах тотчас взвился на дыбы и завопил:
– Серж, ты мне это брось! Жилые дома домовладельцы также должны обеспечивать всеми необходимыми системами безопасности. Мы, конечно, не требуем, чтобы домовладельцы превращали их в точно такие же прекрасно укреплённые крепости, но пусть они потрудятся установить внутри своих развалюх бронепанели хотя бы по пятому классу защиты и установят на окна пуленепробиваемые стёкла, а ещё лучше всё-таки броневые шторки с детекторами огня. Как драть три шкуры с квартиросъёмщиков, так это они запросто, а как обеспечивать безопасность жильцов, так сразу в кусты. Господин мэр, я ответственно вам заявляю, что опыт господина Орлова, который так серьёзно относится к своим обязанностям домовладельца, нужно обязательно распространить на всех остальных крохоборов. Думаю, что шеф-адмирал Хевелен со мной согласится.
В конечном итоге мы вышли к прессе вчетвером и после того, как я в драбодан разгромил всех тех идиотов из военного ведомства прежнего правительства Митрана, которые так и норовили подсунуть планетарным отрядам митранского военного космофлота всякое дерьмо, купленное с рук у жуликов, которым могли управлять чуть ли не психи, сбежавшие из ближайшего дурдома, а не то что профессиональные наёмные убийцы, со своими заявлениями выступили все остальные. Физиономии у репортёров при этом были такими, словно их заставили цедить через трубочки уксус пополам с поросячьей мочой. Представляю себе, как хохотали при этом мои коллеги. Эксперты из убойного отдела и космофлота в это время не спеша грузили обломки космокатеров на грузовые бимобили и как только они с этим покончили, настала очередь мусорщиков собирать обломки гранита и мрамора, сбитого снарядами со стен моей крепости. Шеф-адмирал Хевелен тут же прилюдно пообещал мне изготовить новый декор здания, который будет ещё краше прежнего. Вроде бы пустячок, а всё же приятно.