Страница 33 из 88
– Да, уж не дороже, чем заказывать себе мебель из земных материалов в стиле светляков. – Фыркнув отозвалась Джинни недовольным голосом – Впрочем, у богатых свои причуды. – Немного помолчав, она спросила – Серж, а тебе не кажется, что та, кого Леон назвал Леа, – ианш'та-ролан? Внимательно изучив личность твоего друга, я вполне могу допустить, что Леона убила какая-то разгневанная его изменами ианш'та-ролан, влюбившаяся в него по уши. Парень он был видный, да, к тому же одарённый чуть ли не по всем статьям. В общем не придурок с квадратной головой и гирями вместо кулаков. Такие женщинам нравятся.
Я тут же постарался сменить тему разговора:
– А такие, как я, женщинам нравятся?
– Серж, милый, – Улыбаясь сказала мне Джинни, одетая в лёгкое сари из серебристой ткани накидки-невидимки – Ты лучший ученик Леона и воспринял от него всё самое хорошее, но я задала тебе вполне конкретный вопрос.
Вздохнув, я ответил на её вопрос вполне конкретно:
– Для меня это сейчас самая главная версия, Джинни. Только я не думаю, что с того момента, как Лёвка влюбился в Леаранию, он бегал на сторону. Он ведь по своей натуре рыцарь, вот только очень долго не мог найти дамы своего сердца, а поскольку не был монахом, то всегда отдавал предпочтение не слишком долгим любовным романам.
– Интересно, как это ему удавалось? – Поинтересовалась Джинни – Большинство девушек как раз стремится к тому, чтобы сделать их как можно более продолжительными, если и вовсе не выскочить замуж за таких парней, как Леон. Богатый, красивый, умный и сильный, уверенный в себе, чем не принц на белоснежном скакуне? Он был завидным женихом, Серж. Как и ты.
С насмешливой улыбкой я ответил:
– О, это очень просто, Джинни. Лёвка всегда изображал из себя дичь для тех дамочек, которые заскучали в браке, но при этом вовсе не хотели разводиться с мужьями. Или для эмансипированных девушек, мечтавших покорить какой-нибудь Олимп. В общем Лёвка никогда не бегал за юбками, а лишь дефилировал с гордым видом на глазах у подобного рода охотниц, а потом расставался с ними по-дружески и обещал всегда прийти на помощь в сложной жизненной ситуации и, представь себе, приходил. Правда, очень часто мне приходилось его подменять на этой ниве, поскольку сам он не мог этого делать.
Джинни усмехнулась и воскликнула:
– Ага, всё понятно! Теперь мне ясно, почему ты заявляешь всем землянкам, что общаешься только с инопланетянками. Вы, два негодяя, просто поделили Неверал на две охотничьи зоны, Леон взял себе землянок, а ты всех остальных красоток. Хороши друзья, нечего сказать и самое главное, у вас была стопроцентная гарантия никогда не спорить из-за женщины.
Я развёл руками и со вздохом сказал:
– Чего только не взбредёт в голову львице после удачно завершившейся охоты. Ладно, Джинни, вернёмся к нашему делу. Я считаю, что Леарания не убивала Лёвку. Это сделала какая-то профура, которая приняла её обличье и уже только одно это говорит, что она чертовски опытный полевой агент, вышедший на тропу войны. Не думаю, что она является одной из нас. Как ты понимаешь, в том случае, если расследование зайдёт в тупик, то на всем достанется от ианш'та-ролан по первое число, а потому убийца Лёвки тоже загремит на каторгу. Нет, она сделала всё для того, чтобы её не поймали и поэтому теперь просто ждёт, когда сияющим станет окончательно ясно, что мы облажались.
– Звучит не очень-то обнадёживающе. – Уныло сказала в ответ на это Джинни – Мне не очень-то хочется отправиться в тюрягу ни за что. Тебе не кажется, что ианш'та-ролан поступают несправедливо, Серж? Они не принимают в расследовании никакого участия, но если оно не увенчается успехом, грозятся покарать всех, кто в этом преступлении никак не был замешан.
Пожав плечами, я ответил своей напарнице-любовнице, направляясь из столовой в Лёвкин кабинет:
– Джинни, Неверал хотя и является официально колонией Митрана, на самом деле принадлежит ианш'та-ролан. Они на нём единственные полновластные хозяева, а митранцы всего лишь наняты в качестве управляющих, да, и то сравнительно недавно, всего каких-то три с половиной тысячи лет назад, а до этого на Неверале заправляли всем грааты. Более половины обитателей Неверала напрямую занимаются межгалактической торговлей, а тебе прекрасно известно, на каких принципах она построена. То, что ианш'та-ролан дали всем планетарным цивилизациям такую поблажку, как разрешение на кражу их коммерческих секретов, налагает на нас множество обязательств, главным из которых является запрет на междоусобицу и убийство конкурентов. Если бы Лёвку убил какой-нибудь придурок из криминальной среды, то поверь, он точно не смог бы обставить его убийство таким образом, что у нас нет никаких улик. Это работал специалист экстра-класса, а таковыми как раз являемся именно мы, шпионы. Так что мы все в ответе за то, что произошло с Лёвкой.
Джинни тут же вскипела и воскликнула:
– А это ещё в честь чего? Мы что, руководим на Неверале хоть чем-то или можем на что-то повлиять?
– Девочка моя, если бы мы не были такими ослами, то могли бы взять власть на Неверале в свои руки и управлять всем! – Резко воскликнул я – Стоит нам всем с насмешливой улыбкой сказать своим клиентам – нет в том смысле, что до тех пор, пока мы не получим права контроля над действиями чиновниками на этой планете, они не получат от нас никакой информации, как они мигом свернут свою деятельность и отправятся в другие точно такие же миры и если им и там дадут от ворот поворот, то власти на Неверале смирятся с тем, что не они здесь главные и тогда можно будет тихо и мирно устранить все противоречия.
Можно сказать, что тем самым я ударил Джинни обухом по голове. Она вытаращила на меня глаза и обалдело сказала:
– Серж, ты гений. Это же очень легко сделать. Нужно просто собраться всем вместе и договориться о том, чего мы хотим, после чего будет достаточно повесить на дверях своего офиса табличку: – "Закрыто на период забастовки шпионов". На наше нет они ничего не смогут нам возразить и я не думаю, что наша забастовка продлится более трёх суток.
Улыбнувшись я ответил:
– Ну, допустим гений всё-таки не я, а Лёвка, Джинни, а если мы все действительно соберёмся и подумаем над тем, какие требования нам следует предъявить властям, то я думаю, что всё решится всего лишь за сутки. Если мы, конечно, проведём свою встречу в тайне и оповестим о своём решении своих коллег в других мирах, где решаются дела межгалактической торговли.
Джинни вошла в кабинет Лёвки вслед за мной. Помимо лёгкого и не такого уж и большого сари из тонкой серебристой ткани, которое показывало мне больше, чем скрывало, на ней были надеты ещё туфли-антигравы, из-за чего она парила над полом, и всевидящие очки. Она подошла к письменному столу, оглядела его, затем повернулась и подняв очки на лоб тихо сказала:
– Серж, если Леон рассказал об этом ещё кому-то, вот тебе причина, почему его убили. Вряд ли ианш'та-ролан были бы в восторге от такого интернационала шпионов из семи галактик, ведь тогда по сути мы стали бы управлять всей межгалактической торговлей и смогли бы диктовать им свои условия.
Честно говоря вот об этом я как раз и не думал, поскольку тот разговор, в котором Лёвка высказал мне свою мысль, состоялся между нами в процессе нашей очередной грандиозной пьянки и я не воспринял его слова слишком серьёзно. К тому же мы больше никогда не возвращались к этой теме. Поэтому я пристально посмотрел на Джинни и спросил:
– Ты и правда так думаешь?