Страница 26 из 88
Мне уже было ясно, что все те события, который в конечном итоге привели моего друга к гибели, начались незадолго до его полёта на Ледану. Особенно сомневаться в этом не приходилось, да, и теперь, когда я только и думал о Лёвке, мне вдруг пришло в голову, что в этот последний год он пусть и не сильно, но всё же изменился. В первую очередь это выражалось в том, что он сделался более задумчивым и в его характере появилась какая-то странная мечтательность. А ещё, в чём я был теперь уверен, его стала утомлять суета и переполненность нашей жизни всяческим барахлом и если раньше он чуть ли не каждый день покупал себе какие-то вещи, то в последний год стал избавляться от ненужных вещей. Однажды я сам видел, как он передал какой-то благотворительной организации чуть ли не половину своего гардероба, а он был любителем красиво одеться.
Чем больше я думал об этом, тем больше странностей я замечал за своим покойным другом и в какой-то момент даже достал из кармана миникомпьютер и принялся надиктовывать в него свои замечания. Шестнадцать с лишним лет это довольно большой срок и за это время можно достаточно хорошо познакомиться с человеком, особенно если ты общаешься с ним через день и даже вместе отправляешься на дело. В какой-то мере мы с Лёвкой были напарниками, хотя и работали каждый на себя. Вспоминая и даже мысленно разговаривая со своим другом, я вдруг пришел к выводу, что его характер, пусть и не сильно, стал меняться всё-таки гораздо раньше, чем он отправился на Ледану и я даже вспомнил тот день, после которого это произошло. Да, это началось чуть более трёх лет назад после того, как мы с ним посетили одно мероприятие, которое устраивали ианш'та-ролан. Это было что-то вроде дня открытых дверей вместе с выставкой и концертом. Обычно закрытые для всех и живущие очень уединённо, светящиеся вдруг решили дать людям познакомиться с ними.
В одном из фешенебельных районов Сантуара, в котором жили местные аристократы, они возвели специально для этого в каких-то несколько часов не очень большой выставочный комплекс и пригласили туда гостей. В живописной местности они поставили семь зданий необычной архитектуры, похожих на цветы и прибыли туда большой толпой. Обычно если светящиеся где и появляются, то максимум по двое, трое и никогда по одиночке, а тут их появилось перед гостями человек сто пятьдесят, не меньше. Ианш'та-ролан для меня точно такие же люди, как и все остальные обитатели Звёздного Содружества, поскольку они отличаются от нас, землян, только тем, что их кожа светится изнутри красивым, палево-золотистым светом, что особенно заметно в сумерках и ночью. В тот день их собралось в Дитарне столько, что электрическое освещение уже было не нужно. Шучу, конечно, не так уж и ярко они светятся.
Меня всегда привлекали к себе ианш'та-ролан и я за очень большие деньги умудрился купить два пригласительных билета. Лёвка немного повыкобенивался и согласился. Кажется, в тот день мы были единственные приглашенные, кто пришел в гости к светящимся без дам. Чтобы не выглядеть, как двое педрил, мы прилетели и вошли в деревню ианш'та-ролан, так они назвали её сами, порознь, но так уж получилось, что большую часть времени Лёвчик был у меня на виду. До этого дня он если и говорил о светящихся, то только уничижительным или насмешливым тоном, а в тот вечер ходил повсюду с раскрытым ртом и беседовал с ними чуть ли не коленопреклонённо. Ну, эта способность ианш'та-ролан расположить к себе собеседника и их поразительные лингвистические способности, с каждым человеком они разговаривают на его родном языке, всегда поражали людей. Мне в тот день тоже удалось побеседовать с несколькими светящимися, с тремя мужчинами и одной дамой. Для меня это было уже далеко не первое общение с ними, а вот Лёвка явно прибалдел.
Потом, когда мы встретились с ним на следующий день, он честно признался мне, что был немало посрамлён тем обстоятельством, что светящиеся знали иврит чуть ли не на порядок лучше него. Лично я вообще до того дня не знал, что мой друг вообще знает иврит, поскольку между собой мы с ним разговаривали исключительно на русском языке. Вот его он знал в совершенстве и мог виртуозно материться по-русски, что лично меня совершенно не удивляло, ведь Лёвка хотя и был подданным Израиля, всё-таки родился и вырос в Ярославле. В евреи он записался только тогда, когда ему втемяшилось в голову стать шпионом. Ради этого он даже отслужил три года в армии, в космической пехоте, после чего поступил в разведшколу в Иерусалиме. О том, что он еврей, Лёвка по его словам забыл тотчас, как только добрался до Неверала. В шпионы он пошел вовсе не за тем, чтобы служить родине. Просто он был по своей натуре авантюристом и искателем приключений, в отличие от меня. Ну, как бы то не было, но теперь мне стало понятно, что ианш'та-ролан в тот день произвели на него огромное впечатление, хотя всего-то и сделали, что показали нам, как они живут в своих мирах.
Признаться честно, я тоже был поражен. Раньше светящиеся казались мне какими-то небожителями, а в детстве, благодаря прабабушке, женщине верующей и глубоко религиозной, я и вовсе считал их ангелами, которые сделали свои крылья невидимыми. Моя бабуля, с которой я частенько разговариваю по видеотелефону, хотя это и влетает мне в копеечку, по сей день считает светящихся ангелами и корит меня за то, что я тырю у них секреты. Ну, это уже лирика, разговор ведь не об этом. Светящиеся в тот день показали нам свои жилища, угостили теми блюдами, которые они едят и даже дали послушать свои песни, очень кстати мелодичные, ну, и ещё они беседовали с нами, уделяя каждому по пятнадцать, двадцать минут, а поскольку приглашенных было немного, всего человек четыреста, то таких бесед лично только у меня было семь и ни один из моих собеседников не оставил меня равнодушным. На моего друга эти беседы, инициаторами которых были ианш'та-ролан также произвели очень большое впечатление, хотя на следующий день он по прежнему называл их светляками. Ну, так или иначе, но сидение на смотровой площадке привело к тому, что я покинул её с твёрдой уверенностью в том, что на следующий день я обязательно найду его самое тайное убежище.
Глава седьмая.
Вилла "Леарания"
С утра пораньше я провёл по компьютеру поиск. Его целью было определить в каких фешенебельных районах в интересующий меня период времени были построены новые виллы. Компьютер выдал мне всего семь районов и девятнадцать риэлтерских компаний, которые вели застройку. После этого, даже не позавтракав, я помчался в убойный отдел. Мне срочно нужна была помощь Джинни и при этом на конфиденциальной основе. Я вовсе не хотел сообщать Шиану, что нашел завещанную мне Лёвкой недвижимость. Поэтому я не стал подниматься наверх, а лишь созвонился с Джинни и попросил её посвятить весь сегодняшний день мне. Вся следственная группа, занимающаяся расследованием этого убийства, находилась на казарменном положении и поскольку внучка Соважа была всего лишь прикреплённым экспертом, то смогла найти какой-то благовидный предлог и улизнуть из управления криминальной полиции. Вместе с Баджем я ждал её неподалёку и вскоре мы полетели в Дитарн, именно с этого района я решил начать наши поиски.
В Дитарне нам нужно было посетить всего три риэлтерские компании, но я почему-то думал, что успех ждёт нас именно здесь. Джинни мне была нужна только потому, что ей выдали в управлении криминальной полиции удостоверение и жетон детектива, а идти нам предстояло в такие компании, в которые простой смертный не войдёт. Мало того, что на входе у них стоял фейс-контроль, так у тебя ещё и требовали выписку из банка, показывающую состояние твоего банковского счёта, если ты не был всем известной личностью. Когда Джинни узнала, зачем я её выдернул из убойного отдела, она немедленно нахмурилась и сказала мне с обидой в голосе: