Страница 18 из 84
– Ничего не понятно. Но, что нужно делать, я запомнил. Может, растолкуешь, Макс, что всё это значит?
– Нет, Тони, я отчего-то суеверным стал. Но обещаю: после дела вывернусь весь, до донышка…
*
Ближе к одиннадцати часам следующего дня они заняли наблюдательный пост у окна гостиной Максима, откуда хорошо просматривался весь двор. Ждать пришлось недолго, и вскоре Макс с принцем увидели остановившуюся у ступеней богато разукрашенную карету.
– Вот он. Раньше он верхом приезжал, а вот теперь всё больше с удобствами раскатывает…
Подскочил слуга, распахнул дверцу, и из кареты выбрался вельможа, в облике которого просматривалось что-то кабанье: невысокий, но массивно-кряжистый, с плечами, расположенными почти на уровне ушей, и широким, грубо слепленным лицом с жесткой короткой бородой.
– Колоритная личность. Типичный образец лихого разбойника. Ну, что же, Тони – к бою: труба зовёт!
Теперь они переместились в коридор и, оживленно разговаривая, стояли у большого стрельчатого окна, напротив оставленной нараспашку двери Максовой гостиной.
Несколько поодаль топтался начальник дворцовой гвардии, ожидая, когда же принц, наконец, соизволит отдать ему распоряжения.
Раздался шум тяжелых шагов, и в конце коридора показалась напоминающая вепря фигура маркиза Кабри. Приблизившись, он как бы нехотя взмахнул шляпой и широко осклабился:
– Рад видеть Ваше Высочество в добром здравии! А это, надо полагать, ваш новый паж, взамен безвременно ушедшему Данио?
– Здравствуйте, маркиз, – весьма прохладно отвечал ему Тони, – вы не угадали. Я не стал искать замену моему верному пажу. Вряд ли кто-то сможет достойно заменить моего Данио. В память о нем у меня больше не будет пажей… А рядом со мной вы имеете честь видеть моего друга барона Грея, с которым мы давно не виделись и приезду которого я очень рад. Макс, разреши тебе представить маркиза Кабри. Маркиз Кабри – барон Грей.
– Рад знакомству, господин Кабри, – говоря это, Максим полностью повернулся к маркизу, чтобы тот мог разглядеть закрепленную у него на груди звезду. Как поживаете?
– Не жалуюсь, – проворчал Кабри. Но тут он увидел звезду и глаза его загорелись, – О, барон, а почему это у вас так много стекла собрано в одном месте? Или в ваших краях такое в моде?
– Ваши глаза вас подводят, маркиз, – Максим выглядел оскорбленным, – это – чистой воды бриллианты, рубины и сапфиры, а сама звезда – не что иное как трофей, добытый в бою!
– Да не может такого быть – они выглядят обыкновенным стеклом! Но работа прекрасная, спору нет. Хотите я дам вам за эту безделушку двадцать монет?
– Еще раз говорю вам, маркиз, вы заблуждаетесь. Стоит присмотреться к звезде внимательней, и вы поймете: ее стоимость выше тысячи золотых!
Маркиз сделал шаг к Максиму, поднял руку и коснулся пальцами камней на звезде:
– Нет, барон, скорее это вы меня хотите ввести в заблуждение. Ладно – даю сорок!
Грей отвёл его руку в сторону и с расстановкой, чеканя каждое слово, произнёс:
– Когда я стану таким добрым, маркиз, как вы – наглым, я вам её даром отдам. Но, боюсь, вам этого не дождаться!
Кабри отступил на шаг, лицо его побагровело от ярости, и он потянулся к мечу:
– Да я тебя, щенок – в куски!..
Оба уже успели наполовину обнажить клинки, как рядом раздался громкий выкрик:
– Именем короля!.. – это вмешался начальник королевской гвардии. – Указом Его Величества поединки в столице запрещены! Если вы сейчас же не вложите мечи в ножны, я вынужден буду арестовать вас и препроводить к Его Милости Королевскому судье! Итак, господа, мне вызывать стражу, или вы одумаетесь?
В течение этой тирады и еще несколько мгновений спустя оба противника зло пожирали друг друга глазами. Но вот, разряжая обстановку, Максим первым бросил меч в ножны и, обращаясь к офицеру, примирительно произнес:
– Прошу прощения, господин полковник, я здесь недавно и просто не знал о таком запрете. Конечно же, я подчиняюсь воле короля! Принц, давайте закончим наш разговор у меня.
С этими словами он увлёк Тони к себе в гостиную и плотно закрыл за собой двери.
– Тони, у нас только пара минут: как только Кабри, после разговора с полковником, скроется за первым поворотом, нам нужно будет отправляться к тебе. Стань у двери и послушай, когда там завершится разговор. А я пока продолжу осуществление плана.
Грей отцепил звезду и, положив её на край стола так, чтобы она была видна от дверей, прошептал над нею заклинание.
– Макс, а для чего всё это было нужно?
– Мне, Тони, было крайне необходимо, чтобы Кабри коснулся звезды: а её я перед этим "зарядил" таким образом, что первый, кто её коснётся – просто изведётся от желания обладать ею. Теперь – шаг второй, – он наклонился, коснулся края ковра и снова прошептал заклинание, – когда Кабри схватит звезду, ковёр подсечет ему ноги и он, падая, ударится головой о табурет. – Тут Макс поставил у стола тяжеленный табурет и побормотал над ним, – Всё, ловушка готова!
– Он убьётся? – с надеждой спросил Тони.
– Нет, мой кровожадный друг, он лишь подумает, будто именно от этого удара потерял сознание. И вот тогда-то я с ним и пообщаюсь…
– Макс, они удаляются!
– Всё, идём к тебе. Ты всё помнишь? Мы заходим к тебе, я оставляю фантом, и ты меня тут же выпускаешь…
– Да помню я, помню…
Гл. 7
Макс успел догнать Кабри и, что называется – на плечах противника прорвался в рабочий кабинет короля. Маркиз, шумно топая сапогами, прошел к сидящему за столом королю, а Максим остался у дверей, стараясь не пропустить ни одной детали. Между тем, маркиз начал говорить, причем удивительно пренебрежительным тоном:
– Оставим предисловия, Ваше Величество, и сразу перейдем к делу. Хочу поставить вас в известность, что условия изменились: в дополнение к тому, что сейчас грузится в мою карету, вам придется добавить еще пять тысяч золотых. И следующие взносы будут такого же размера.
– Кабри, одумайтесь, казна пуста, мне негде взять таких денег…
Король говорил так устало и обреченно, что Макс усомнился, тот ли это король, которого все называли мудрым и славным. А Кабри тем временем всё так же развязно отвечал первому лицу государства:
– Это ваши проблемы: хотите, возьмите заем у соседей, а хотите – сразу напишите отречение от престола в мою пользу, и ваши неприятности исчезнут сами собой. Но я не договорил. В изменившихся условиях есть еще один пункт: вы выдаёте за меня замуж баронессу Тауфф, вашу воспитанницу, и в приданое ей дадите ваши восточные земли, примыкающие к моему маркизату. А маркизат, кстати, своим указом объявите суверенным королевством. Времени на всё это могу дать вам не более месяца.
Пока он это говорил, король поднялся из-за стола и стоял просто таки побелевшим от гнева:
– Маркиз! Вы давно уже перешли все границы благоразумия, а сейчас требуете и вовсе невозможного. Я отказываюсь выполнять этот пункт: баронесса Тауфф – свободная девушка и вправе сама решать, за кого ей выходить замуж!
– Но вам-то, Ваше Величество, она не сможет отказать в просьбе, тем более, что от этого будет зависеть судьба королевства, хе-хе!.. Обдумайте всё, что я сказал. Повторяю: срок – один месяц, иначе, вы знаете, что произойдет…
С этими словами он резко повернулся и зашагал к двери. Пораженный услышанным, Максим чуть было не опоздал уйти с его пути. Но, опомнившись, отступил и выскочил за дверь вслед за Кабри. В коридоре он его обогнал и, быстро дойдя до своих дверей, отворил их так, чтобы из коридора стал виден край стола.
Маркиз, решительным шагом идущий по коридору, дойдя до открытой створки, как будто упёрся в стену. Резко остановившись, он посмотрел в комнату, потом вправо-влево оглядел коридор и, более не раздумывая, шагнул в гостиную.