Страница 31 из 67
Защитниками этноязыковой самобытности обычно выступают интеллигенция, знатоки истории и культуры родного края, люди, чуткие к богатству народного языка. В демократических государствах современной Европы забота о региональных языках находит определенную поддержку, в том числе законодательную и материальную. В защите языков видят полезную культурно-просветительскую самодеятельность граждан. В многоязычной ситуации расширение общественных функций регионального языка, повышение его престижа снимает или уменьшает психологические трудности для говорящих на этом языке и таким образом гармонизирует психологический климат общества, "смягчает нравы".
В ряде ситуаций речь идет о расширении социальных функций и повышении статуса языка, близкородственного к основному языку социума. Таковы каталанский и галисийский языки по отношению к испанскому в Испании; фриульский и тирольский в Италии; фарерский язык на Фарерских островах (автономная область Дании); фризский язык в Фрисландии (провинция Нидерландов). В Славии аналогичные движения в защиту местных языков связаны с "литературными микроязыками" (термин А. Д. Дуличенко, который описал 12 региональных языков в Югославии, Польше, Словакии; см.: Дуличенко 1981). Речь идет о территориально ограниченных вариантах славянских языков, носители которых активно стремятся сделать эти диалекты литературными языками, т. е. распространить в местной школе, печати, в литературном творчестве.
В других, более сложных случаях усилия защитников миноритарного языка направлены на его сохранение в условиях неродственного двуязычия. Таким языком по отношению к испанскому является баскский язык — древнейший неиндоевропейский язык Западной Европы, сейчас генетически изолированный. При режиме Франко баскский язык, как и каталанский и галисийский, был запрещен; значительная часть басков утратила родной язык. По испанской конституции 1978 г. баскский язык, наряду с испанским, признан официальным языком Страны Басков (автономная область Испании). Он используется в национальной школе, прессе. На Британских островах и во Франции предметом специальной защиты являются кельтские языки ранних индоевропейских поселений в этих землях: в Шотландии — гэльский, в Уэльсе — валлийский, в Ирландии — ирландский, на полуострове Бретань во Франции — бретонский.
В третьих случаях язык, являющийся этническим языком национального меньшинства, выступает в другом социуме как язык большинства: французский язык в канадской провинции Квебек, шведский язык в Финляндии, русский — в странах СНГ (кроме России, конечно). В подобных ситуациях миноритарный язык также нуждается в защите — как язык меньшинства и культурное достояние всего социума. Примером образцового соблюдения прав обоих языков и при этом специальной защиты миноритарного языка может быть языковая политика Финляндии (см.: Гак 1989, 115–118; см. также с. 122–124).
Наконец, особый и замечательный по результатам случай защиты этноязыковой самобытности — это возрождение древнееврейского классического языка — иврита[65]. Уникальность случая в том, что был возвращен к жизни не язык матери (т. е. язык детства человека), а язык дедовских книг, причем язык далекий, другой языковой семьи.
К середине I тыс. до н. э. иврит вышел из употребления в качестве разговорного языка, но оставался языком религиозной практики и духовно-светской книжности. После исхода из Иудеи евреи диаспоры (рассеянные по разным странам) перешли на индоевропейские языки: это или языки тех народов, среди которых они жили, или идиш — язык германской подгруппы, сформировавшийся в X–XIV вв. на базе одного верхненемецкого диалекта, который подвергся интенсивной гебраизации. Начиная с XIV в. на идише создается значительная еврейская литература, в XIX в. — еврейский народный театр. По данным Р. Белла, в 196 1 г. идиш был первым или вторым языком для 75 % евреев (Велл 1980, 220). Тем не менее со 2-й половины XVIII в. евреи, главным образом в Восточной Европе, возрождают иврит (как современную модификацию древнееврейского языка). Вначале он возвращается в просветительскую и художественную литературу; со 2-й половины XIX в. иврит употреблялся и в повседневном общении; с образованием государства Израиль (1948) иврит становится его официальным языком (наряду с арабским).
Нарастающей мировой стандартизации противостоит гуманитарная культура с ее интересом к индивидуальному, особенному.
По-видимому, поиски здорового равновесия будут усиливать тягу самых разных народов к своим корням, к "своему родному", близкому, нигде не повторимому и в том числе — к родному языку. ^ Для человека в родном языке сохраняется жизненно важный опыт первого знакомства с миром, вот почему так важно сберечь эту естественную языковую среду обитания/ Для народа родной язык, "дом бытия", по Мартину Хайдеггеру, — это и защита его этнического суверенитета от нивелирующего воздействия цивилизации, и духовное наследство, объединяющее поколения.
ЯЗЫКОВЫЕ СИТУАЦИИ
МНОГОЯЗЫЧИЕ И ЯЗЫКИ-ПОСРЕДНИКИ
Дифференциальные признаки языковых ситуаций
Языковая ситуация — это совокупность языковых образований, т. е. языков и вариантов языков (диалектов, жаргонов, функциональных стилей и других форм существования языка; см. с. 30–33), обслуживающих некоторый социум (этнос и полиэтническую общность) в границах определенного региона, политико-территориального объединения или государства.
Языковая ситуация как один из предметов социолингвистики — явление многоаспектное и многопризнаковое, при этом признаки, значимые для характеристики языковых ситуаций, разнонаправлены и не иерархичны. Поэтому едва ли возможна единая и многопризнаковая классификация всего разнообразия языковых ситуаций на Земле. Однако их обзор может быть проведен на основе ряда типологически значимых признаков. Этот обзор дан в таблице и в следующих за ней примечаниях (которые подтверждают обоснованность приводимых примеров).