Страница 17 из 135
-- Товарищ Каганович, но ВВС не могут ждать, пока моторостроители выпустят надежно работающий мотор нужной мощности, а ОКБ-240 доведет штурмовик до серийного производства.
-- А кто ВВС мешает использовать для обучения пилотов-штурмовиков наши последние на данный момент серийные машины Р-зет? Насколько я помню, в августе-сентябре прошлого года завод выпустил доработанную модификацию, у которой прекратились проблемы со штопором, и значительно улучшилась управляемость. Возможно, мы поторопились со снятием этой конструкции с производства?
-- Товарищи, а я предлагаю заслушать присутствующих здесь пилотов-штурмовиков, капитана Мещерякова и капитана Витрука. Что по этому поводу думают командиры штурмовых эскадрилий участвовавших в боях в Монголии? А товарищи летчики.
-- Действительно, интересно. Что вы скажете товарищи летчики? Слушаем вас капитан.
По лицу капитана Витрука было видно, как тяжело ему выступать на столь представительном совещании, но его слова укладывались спокойными кирпичами. Трижды чудом уходя из-под атак японских истребителей на фанерном Р-зет, и оценив в бою защиту 'Кирасира' под сказанным сейчас, он готов был расписаться кровью...
-- Товарищ Маршал, товарищи... Я лишь перенимал опыт наших боевых соседей из особой штурмовой эскадрильи капитана Мещерякова, и совершил всего два боевых вылета на ИП-1Ш, но готов подтвердить, что машина это стоящая. Спасибо Иван Иванычу за то, что разрешил нам ее испытать в бою. На тех мизерных высотах, с которых мы работали, все бомбы укладывались в цель с первого захода. Шестипулеметное вооружение позволяло нам рассеивать плотные порядки противника. Маневренность выше всяких похвал. Скорость машины выше скорости Р-зет километров на тридцать-сорок. Наши бипланы уступают ей по всем статьям, кроме массы бомб в перегрузку. Больше, пожалуй, мне и добавить-то нечего.
-- А вы как думаете, товарищ Мещеряков?
-- Я согласен с Андреем Никифоровичем. До этой командировки мы использовали ИП-1, или как его окрестили пилоты Харьковского Учебного Центра, 'Кирасир', только для обучения и обстрела учебными пулями. С новым мотором М-62 эта машина почти сравнялась по своей летной динамике с ранними типами И-16, значительно превосходя их в горизонтальной маневренности. Но тот вариант самолета штурмовым не был. Кроме пары ПВ-1 на нем стояла всего два бомбодержателя для осколочных бомб. А вот фронтовая модификация с блиндированным фюзеляжем и усиленным вооружением оказалась очень удачной. Сам я на ней выполнил восемь боевых вылетов в зоны сильного обстрела с земли. Несмотря на сильное повреждение вражеским огнем внешних слоев обшивки, мы не понесли потерь в людях, а самолеты всегда возвращались на базу. Боевая нагрузка такого 'Кирасира' на 160 кг меньше, чем максимальная загрузка Р-зет, зато ни один Р-зет не сможет так успешно действовать в зоне плотного огня с земли.
-- Товарищ командарм, вы согласны с командирами штурмовых эскадрилий?
-- Полностью согласен с ними, товарищ маршал. Р-зет по всем параметрам не тянет на удачную машину для учебных штурмовых авиачастей. По сравнению со своим предком Р-5 он сложен в пилотировании. Пикировать на нем еще то удовольствие. А боевая нагрузка и вооружение его также недостаточны. Даже вести по нему тренировочный обстрел с земли харьковскими учебными пулями не возможно из-за деревянной конструкции. Поэтому предлагаю до принятия на вооружение нового бронированного самолета, использовать испытанного огнем в небе Монголии 'Кирасира'. И прошу НКАП поставить в планы 39-го года срочный выпуск полутора сотен таких штурмовиков, но с нормальным бронестеклом, для вооружения двух-трех учебных штурмовых авиаполков...
-- Ну как, справится с таким заказом наша авиапромышленность, товарищ Каганович?
-- Если пожертвовать чем-то другим, то справится...
-- Но ведь с 36-го года ИП-1 один было выпущено более трех сотен! В чем же тут проблема. Взять те старые экземпляры, заменить им моторы, забронировать да вооружить...
-- Вы, конечно, правы, товарищ Локтионов. Но и тут, увы, не все так просто...
Капитаны первыми покинули совещание. Им не по чину было слушать завершающие кулуарные беседы высокого начальства. Но даже того, что было услышано, фронтовикам хватило, для детонации в их сердцах горячей надежды на скорое обновление парка советской штурмовой авиации...
***
В буйной зелени за горизонтом уже давно растаял Милуоки со своим шпилем Собора святого Иосифа Евангелиста. Снова солнце бежало вдогонку за машиной, ныряя в ветки лесополос и выпрыгивая из них на проплешинах. Терновский недовольно молчал. Иногда Павле казалось, что во взгляде Анджея мелькает махровая зависть. Хотя за одно утро полученный диплом пилота до сих пор аукался ей странными ощущениями в животе и слипающимися глазами, но второму разведчику, похоже, все это казалось глупой удачей. Такой же глупой, как и та песенка, которую с рассеянным видом мурлыкал сейчас навязанный Терновскому попутчик...
Асфальтированная дорога с приятным шорохом проносилась под колесами. Павла держала вполне комфортную в своей комсомольской молодости скорость 90, регулярно выслушивая замечания напарника о безответственном лихачестве. ...
-- Адам, прекрати... Это голодранская песня о нехватке денег, которых им никогда не хватает...
-- Ну и что? Мы с тобой сейчас как раз польские голодранцы. Да и денег у нас строго в обрез...
-- Не это главное, хотя из-за твоей дури мы могли тупо потерять деньги. Но проблема не в самих деньгах, если потребуется, нам их добавят...
-- В советское консульство за ними поплетешься?
-- Адам! Хватит уже меня задирать! Между прочим, это из-за тебя у нас дыра в бюджете. Зачем ты опять все переиначил, и авиашколе переплатил?
-- Действительно, зачем? Вся операция по внедрению рассчитана на неделю пребывания в Штатах. Недостающего налета у нас как раз столько, чтобы всю эту неделю из кабины не вылезать. А остальные точки маршрута, да и хрен-то с ними. Подумаешь, инструкторы особо обращали наше внимание на важность сдачи экзаменов в разных школах, и аккуратность при подкупе. Это ведь все мелочи. Да, пан Анджей?
-- А ты не мог еще вчера вот так спокойно напомнить мне все эти резоны?
-- Мог... Но тогда ты бы так натурально не возмущался...
-- Значит, ты меня втемную играл! Гм. Ладно. Но сейчас-то нам, зачем раньше времени ехать на этот аэродром? Нас же Йоганн Пешке ждет.
-- Хотя бы затем, чтобы поглядеть на трассу, и уточнить условия заездов. И не только за этим. Сколько у нас осталось денег?
-- На второй сертификат нам хватит. И на билеты до Европы тоже.
-- А как ты смотришь, насчет того, чтобы немного подзаработать перед гонками? А то у наших биографов может проснуться интерес, об источниках наших финансов, да и штрафы за аварии могут оказаться немаленькими. Лично я собираюсь опробовать модифицированный парашют...
Пока Терновский переваривал новую вводную своего беспокойного коллеги, Павла меланхолично выкручивала ручку радиолы. Её музыкальные поиски уже почти увенчались успехом, когда по ушам резанул взволнованный вскрик.
-- Адам, тормози! Глянь направо!
-- Он с ума сошел! Тпрру, старушка! Как там нас учили. Из двух водителей на дороге, хотя бы один должен быть умным. Пусть лучше умным буду я.
Со стороны торчащих в кронах деревьев крыш соседнего городка, серой кометой к шоссе летел пыльный султан. Серебристая длинная машина с обтекаемым кузовом на сумасшедшей скорости вылетела с боковой грунтовки на шоссе, рыскнула по полосам. И оставив после себя на асфальте пятно пыли, умчалась в сторону Чикаго...