Страница 11 из 135
-- А вот мне думается, что вы с ним оба занимаетесь самодеятельностью. Дон Валлонэ уважаемый человек. И он не станет отдавать таких глупых приказов. Предлагаю съездить к нему, и обсудить сложившуюся ситуацию.
-- Да кто ты такой, чтобы назначать встречи самому Дону Валлонэ?
-- Я Адам Моровски. И этим все сказано! Если ты ничего обо мне не знаешь, то это свидетельствует, лишь о твоей провинциальности. Короче, или ты устраиваешь мне встречу с твоим Боссом, или 'чико' отправляется в полицию. Свидетелей его стрельбы здесь приличное количество. Его родителям понравится бегать по адвокатам.
Сзади прямо в ухо раздался змеиный шёпот Терновского. Но Павла, необорачиваясь, ответила ему в тон.
-- Адам ты идиот! Они съедят нас на завтрак. Ты сейчас завалишь всю нашу работу!
-- Заткнись Анджей! Если это дело нормально не разрулить, то завтра по Висконсину и двум соседним штатам начнется немецко-итальянская 'зарница', в которую могут ненароком втянуться и те, к кому мы приехали.
-- Отпусти парня легавый, и мы с ним забудем, что тебя видели.
-- Значит так, 'капито'. Мне плевать на твои обещания. У тебя ровно двадцать минут, чтобы обо всем договориться с Доном Валлонэ. Встречаемся в кафе на площади напротив полицейского участка.
Павла хмыкнула. В её сторону на этот раз уставился ствол слегка устаревшего 'Браунинга'.
-- Легавый! Я даю тебе шанс остаться живым...
-- А я даю тебе шанс уйти отсюда тихо и с твоей пушкой. Упустишь этот шанс, струнцо, пеняй на себя...
'Не верит мне двоечник. Ладно. Хорошо хоть Анджей заткнулся, и держит того мелкого 'чико'. Наконец, мои руки свободны. Ну, сейчас я объясню ему смысл жизни. Тут тебе не Палермо, приятель...'
***
'Свершилось чудо! Да, именно, чудо, иначе и не назвать. Главный конструктор. Ведь уже почти позабыл, как звучит эта должность применительно ко мне. До сих пор немного не верится, что тот период закончился. И что было мной сделано для этого? Да, почти ничего! Месяц безумной работы, и вот он стоит на аэродроме, наш пока еще единственный в своем роде 'УТМР'. Как сказал Томашевич - 'смертельное для вражеских языков название'. И все же нам с товарищами больше нравится иной вариант - 'Зяблик'. Даже профессор Проскура и псевдоним, и саму машину одобрил. Скоро уже на взлет идти нашему 'птенчику'. Вот только с местной 'петрушкой' разберемся и начнем его испытания...'
-- Роберт Людвигович! Товарищ Бартини! Подождите!
-- Слушаю вас Александр Васильевич.
-- Товарищ Бартини! Я категорически против помех постройке и испытаниям нашего проекта, создаваемых вашей группой! Вы слышите?! Категорически! Я буду жаловаться!
-- Вот что... гм... 'товарищ' Сильванский. Жаловаться вы можете, куда хотите. Мои полномочия подтверждены приказом Управления перспективных разработок за подписью товарища Давыдова. Прямым начальником товарища Давыдова является товарищ Берия. Кстати, это, теперь, и ваше начальство. Так что можете уже начинать заполнять шапку вашей жалобы...
-- Да, это же просто... Это немыслимо! Мне техзадание сам народный комиссар авиапромышленности, товарищ Каганович, выдавал...
-- Послушайте, Сильванский! Я не знаю, какими путями вы выгрызали это задание, и знать этого не хочу! Либо подчинитесь приказу, и выполняйте все наши требования, либо просто не мешайте нам проводить экспертизу и испытания того, что осталось от И-220. А нет, так идите хоть на все четыре стороны! Предварительные итоги по 'вашему' проекту таковы, что ему почетное место в музее великих авантюр. Будь на то лишь моя воля, я бы вам не то, что проектирование самолета... утюг бы чинить не доверил...
-- Ах, вот, значит как?!!! Вы за это ответите! И немедленно подпишите мне командировку в Москву!
-- ЧТО-О!!! Пошел вон, каналья!
Стоявшие неподалеку мастера опытного производства успели как раз вовремя. Вовремя, чтобы скрутить за спиной руки разухарившегося бывшего начальника. С потным красным лицом, безумными глазами и растрепанными волосами, в этот момент он напоминал пациентов психушки. Ласково называемый своей бывшей паствой, противной собачьей кличкой 'Алевас', Сильванский страдал и метался. Впрочем, должного пиетета к себе со стороны подчиненных он не чувствовал уже давненько. А после приезда этих... московских 'варягов' весь бывший 'его коллектив' тут же переметнулся к ним. И хотя он отлично знал, что при выдаче НКАП задания ему досталось фактически готовое КБ покойного Дмитрия Григоровича и хороший завод, и то, что большинство проблем с опытным истребителем были инициированы лично его распоряжениями. Но в мозгу 'бывшего главного' все еще теплилась последняя надежда... Надежда, что вот уже совсем скоро измученная 'доработками' машина полетит, и вот тогда... Терять 'конструктору-расстриге' было уже почти нечего, поэтому он очень торопился, пытаясь вынудить пришлых 'варягов', либо впрячься в бессмысленную доделку откровенно испоганенного самолета, либо отпустить его Сильванского 'для поиска правды' куда поближе к Кремлевскому Олимпу. Провожающему его разгневанным взглядом главному аристократу пролетарского самолетостроения, в этот момент остро захотелось сплюнуть, и выдать трехэтажную ферменную конструкцию. Однако в поле его зрения попала другая фигура и настроение Бартини тут же переменилось.
-- Товарищ Томашевич! Дмитрий Людвигович, можно вас на минуту.
-- Слушаю вас, Роберт Людвигович.
-- Я тут об И-220-м хотел с вами посоветоваться. Что с винтом его делать будем? Есть ли хоть какие-то шансы довести до ума этого 'узника вражеских застенков', как вы считаете?
-- Гм. Я тут поглядел исходные чертежи Поликарпова с массогабаритными данными двигателя Назарова, на которых, собственно, и базировался весь проект... В общем, шансов на переделку аппарата очень немного. Боевой машиной он стать точно не сможет. Да вы и сами все это видели... Крыло у него хоть и с мощной механизацией, но недостаточной площади для такой массы и мощности. Облегчить планер нормально не получится. М-87/М-88 для него слишком тяжел, да и частота вращения у него не та. С трехметровым винтом ему взлететь мешает низкое шасси, а с 2,85-метровым 'раскрутка винта'. Теоретически, можно подумать о многолопастном винте, но уже с другим редукторным мотором...
-- Это все понятно. Ну, а в качестве опытной машины, эта дрянь нам для чего-нибудь сгодится?
-- Мое мнение - потеряем время.
-- А если из него 'летающий тренажер скоростных посадок' сделать? Тот, про который Давыдов на совещании вспоминал. Что думаете?
-- Месяца полтора- два минимум. И где-то четверть народа придется на это дело выделить. Там ведь неубираемое шасси с носовой стойкой устанавливать. Вопрос с мотором и винтом остается... Вдобавок этот деятель будет в начальственные уши дудеть и жужжать о злостном вредительстве против его 'передового' аппарата.
-- На этого 'деятеля' я уже сегодня управу найду. Мешать нам он больше не будет. А вот насчет ВМГ... Гм... А может! Вы тот наш разговор с Чижевским помните?!
-- Там, где про рекордный самолет было? И к чему вам это вспомнилось?
-- Три ЮМО-4, что в 'Подлипках' на складе запчастей с 35-го года лежат... Вспомнили? Тогда их штук пять закупили. Пара на РД полетала, один на Р-5, часть обратно на М-34 заменили, а с остальными так и зависло дело. Возможно, так и лежат они там без движения.
-- Дизели!!! Хм. Было бы здорово, но их ведь уже на кого-то ставили, может и ресурса у них уже нет.
-- Думаю за пару недель это можно выяснить, а СТО нам в такой малости точно не откажет. Зато, сможем поставить четырехлопастной винт два и восемь метра, и пару разгонных 'Тюльпанов' с нашим центропланом. Справимся?!