Страница 18 из 111
— Вот ты Паша, летчик, всей стране герой и защитник…
— Не придумывай, дядька, никакой я не герой.
— Опять, я тебе дядька! Хрен с тобой "племяш", но, между прочим, Паша, старших перебивать-то нехорошо. Ты сперва дослушай, а уж потом ответствуй. Так вот, скажи мне, защитник. Для чего это страна такие деньжищи вкладывает в оборону, коли, как ты мне вчера сказывал, война долгие годы длиться будет? Я ведь твоих слов не забыл. Вот ты мне и ответь, теперь.
— Есть такая пословица Михалыч – "Если народ не хочет кормить свою армию, то он будет кормить армию чужую". Война пройдет, земля и люди останутся. Не все люди конечно, но тут уж как кому повезет. А земля Русская и народ наш и не такие беды переживали. Вон Татарское иго триста лет на плечах носили, а потом взяли да и скинули его.
— А я уж думал, ты мне про международный пролетариат рассказывать будешь. Как они все поднимутся, когда на нашу землю враги полезут. Прав ты, наверное, Паша. Вот только не пойму откуда у тебя эти мысли завелись. С виду обычный парень…
— Михалыч, ты опять?!
— Когда ты, малец, научишься старших не перебивая слушать? А?!
Павла обиженно уткнулась в стакан с обжигающим чаем. Пониже спины у нее свербило противное чувство. Хотелось уже бежать разбираться с чертежами. Одновременно царапался холодок стрема по поводу прозрений хозяина дома. И еще хотелось честно рассказать этому дядьке все, как есть, но вот, от последнего она наотрез отказалась. Кто его знает, будет еще, как на демона смотреть и креститься.
В дверь постучали. Павла еще на входе заметила, что звонок у Саввы Михалыча отсутствовал как класс.
— Заходи, Марин! Мы тут с товарищем старшим лейтенантом как раз чай пьем.
— Доброе утро. А я снова с пирогами. Как чувствовала, принесла.
— Ну тогда, бери сама кружку наливай и присядь с нами. У Павла опять какое-то дело к тебе вылезло.
Девушка присела с чашкой за стол. Судя по ее уверенным движениям, здесь она чувствовала себя, как дома. Взгляд, обращенный на Павла, был полон внимания и интереса.
— Видите ли, Марина. Я вчера забыл одну важную вещь сделать. Перед встречей с инженерами мне нужно хоть небольшой комплект документов на этот макет сделать. Будь времени побольше, я бы начертил все сам, но сегодня… В общем, осталось всего часов пять, а у меня только наброски и самые приблизительные размеры. Боюсь, эти клочки в ХАИ и смотреть не захотят.
— Вам чертежник нужен?
"Догадливая стрекоза. Эх, жаль, что у меня не мужские мозги. А то с такой умной девчонкой любой мужик, как у Христа за пазухой бы жил. И Михалыч, змий, мне с улыбкой подмигивает, сводник хренов".
— Да, Марина. Скажите, та Маша, ну которая Анина тетя, она сегодня сильно занята?
— А много у вас работы?
— Мне бы хотя бы три чертежа на листах… размером, как два положенных рядом листа писчей бумаги. А лучше конечно двойной комплект. И…
"Угу. Формата 70 х 92, на графопостроителе нарисованных и на электронно-искровом копире "ЭЛИКА" откопированных. Щаз! Держи карман шире. Ты бы еще буржуйские формат А3 и А2 вспомнил, и ксерокс к ним попросил".
— И, Марина, я сам готов поучаствовать в черчении, чтоб быстрее результат получить. Вот только чертежное оборудование и инструменты очень нужны. У Михалыча такого нету, вот я и решил через вас у той Маши помощи попросить.
— Маша, к сожалению, сегодня занята, и только вечером освободится. — "Ну, елки-палки!".
— Но если очень нужно, то у меня одна девочка есть. Я ей помогаю диплом писать. Сессию она уже сдала, и думаю, в первой половине дня свободна. Вечером на танцы убежит, но нам ведь сейчас надо. Только… где бы нам кульман найти свободный?
"Марина, ты же умница! Ну, придумай где его взять. Если сделаем, я тебе памятник поставлю в бронзе и на лошади. Образно говоря. Хм".
— А учится ваша девочка где?
— Точно! Она ведь на строительном факультете технологического учится. Наверняка у них есть все, что нам нужно.
— Михалыч спасибо за гостеприимство, мы помчались.
— Помчался он. Дай хоть чай допить девушке. Не спеши Марина, я вам свой мотоцикл дам, всюду успеете.
"Ешкин кот! Когда я последний раз на мотоцикле гоняла? Году где-то в 77-м, наверное. На "Планете" вроде меня Ванька учил. Э, да чего там вспоминать. Надо дело делать! Опыт не пропьешь, значит, справлюсь".
Чай с липовым цветом был моментально допит. Михалыч выкатил из какого-то чулана своего стального коня, которым оказался ИЖ-7 одного из первых выпусков 1934 года. Аппарат был явно любим владельцем и сверкал на солнце, как… в общем, ярко так сверкал.
— Ну как вам мой красавец? Только попробуй мне его, Пашка, поцарапать! Враз порчу на тебя наведу.
— Красавец-то он красавец. А вот это, сбоку, что за новации торчат?
— Заметил, наблюдательный вьюнош. А это, Паша, дополнительный аккумулятор и тройная германская система зажигания на нем стоит. Сам делал, никто мне не помогал. Это тебе не наша с тобой скороспелка, надежный скороход. Он у меня даже в ливень и мороз заводится. Только коляска к нему в сарае осталась. Так что, Маринка, ты за Пашку-то покрепче держись!
"Вот, жук старый! И тут своего не упустит, этот дядя Савва. Вице-отчим недоделанный. Тоже мне, сват хренов нашелся. Ладно уж, пусть дите пенсионного возраста потешится. Но мотоцикл и правда, матерый. С двумя почти велосипедными седалищами и явно самодельным багажником с примотанным к нему веревкой куском старой шинели. Трехместный, значит. Ну, теперь дело за мной".
Дальнейшая гонка напоминала Павле соревнования по ориентированию. Ремень фуражки врезался в кадык, чтоб не улетела. Прижавшаяся сзади своим бюстом Марина кричит в ухо, сквозь рев двигателя, через сколько улиц поворачивать и где останавливаться. Ветер в лицо. Рывок и вот они у дома студентки. Марина спрыгивает с сиденья. И быстро, не забыв при этом стрельнуть глазами на водителя, поправив юбку, убегает по лестнице подъезда. Стук каблучков замирает где-то этаже примерно на третьем. Пока спешить некуда, Павла с интересом продолжает осмотр ИЖа.
"Да, дед конечно рукастый. Вроде бы ничего сверхестественного, но и выглядит надежно и работает как часы, и звук от мотора приятный. Одно слово "Кулибин"". Минут через пять Марина сбегает по лестнице на крыльцо подъезда.
— Сейчас Лена соберется и поедем. Нравится вам мотоцикл?
— Да. У Михалыча руки и вправду золотые. Где только все эти запчасти нашел?
— Так он всех мотоциклистов и половину шоферов в городе знает. Вот только свой мотоцикл он раньше никому не давал. А вам почему-то одолжил.
— Хм…
— А, вот и Лена! Познакомьтесь!
— Павел. Очень раз знакомству.
— Лена. А много вам чертить нужно?
— Не так чтобы много, но лучше я вам на месте все покажу и расскажу. Ну что, едем?
— Едем.
"Дед Мазай и зайцы. Только бы не уронить их. А то я тот еще байкер. Поеду-ка я помедленнее, десять минут погоды не сделают".
В только что открывшемся этим майским утром ларьке, Павла купила три пол-литровые бутылки Крем-Сода и несколько булочек с изюмом. Работа предстояла долгая, и отвлекаться потом на еду не хотелось.
Между обшарпанных стен древней аудитории рядами стояли не менее растресканные кульманы. Через открытые окна внутрь залетали крики играющих в футбол мальчишек. На трех соседних досках с пыхтением и сопением воплощался в бумаге недавно собранный руками двух мастеров агрегат. На счастье Павлы, в эти утренние часы аудитория была никому не нужна, и появляющийся на листах ватмана прогресс радовал "шпионский" глаз. Лена предлагала сделать большой чертеж на цельном куске ватмана, но Павла отказалась. Ей гораздо выгоднее было сделать несколько малогабаритных комплектов, чем иметь один здоровый. Через неполных четыре часа вся троица сидела за преподавательским столом, попивая прямо из горла теплый лимонад и закусывая его шедевром местной выпечки.