Страница 7 из 24
— Я не отрицаю твоего отцовства. Этого у тебя теперь никто не сможет отнять, — прошептала Лейла.
— Но я не соглашусь на роль воскресного папы, — предупредил ее Джейк. — Я хочу находиться рядом с моим сыном каждый день, и обсуждению это не подлежит. Я тебе все сказал.
— Давай без ультиматумов. Ни к чему сейчас обсуждать всякие детали. У нас еще будет время в спокойной обстановке найти устраивающее обоих решение.
— На компромиссах можешь строить свою личную жизнь, а не жизнь моего ребенка. Не хочешь выходить за меня замуж и жить со мной под одной крышей — твое право. Тогда я поселюсь рядом с тобой и буду видеться с сыном, сколько захочу, — слова Джейка прозвучали для Лейлы как угроза. — Я не собираюсь добиваться твоей любви, мне и раньше не приходило это в голову. В остальном ты можешь смело на меня положиться, — добавил он.
С каждым новым словом, произнесенным Джейком, Лейла все отчетливее чувствовала безысходность. В глазах мужчины девушка не видела и проблеска сочувствия, только упрямство. Сейчас она не понимала, почему пять месяцев назад она решила, будто ему нужна ее поддержка. Той ночью он не выражал недовольства происходящим, зато теперь мстит ей за свою слабость. Она не могла винить его за это, но ощущала себя жертвой.
— Мы все слишком усложнили, тебе не кажется, что пора распутывать? — Лейла постаралась произнести это бесстрастно. — Ты имел право знать о ребенке, ты о нем узнал. Пока мне не нужна ничья помощь. Уверена, договориться об отсрочке экзаменов в университете я и сама смогу. Когда мне что-либо понадобится, я тебе сообщу. А всякие детали мы обсудим после рождения малыша, — девушка дрожала, ей хотелось побыстрее оказаться в теплой постели и на время забыть об этом разговоре, как о кошмарном сне.
Лейла поднялась с пола, тщательно отряхнула брюки и пригладила растрепавшиеся волосы. От слез и усталости у нее болела голова. Девушка заглянула Джейку в глаза и произнесла:
— Ну все, Коннорс, хватит болтать. Да, кстати, благодарю за преданность общему делу.
Вероятно, он ожидал от нее что-то в подобном ключе, потому что отреагировал незамедлительно:
— Браво, мисс Роббинс! Ваше чувство юмора делает вам честь, а обходительность и такт — и подавно.
— Что же в моих словах показалось тебе смешным? — Лейла устало опустила глаза. Джейк нервно рассмеялся. На мгновение девушка испугалась, но взяла себя в руки. За последние пару часов она поняла только одно: от Джейка Коннорса не так-то просто отделаться.
— Мисс Роббинс, вы когда-нибудь задумывались о том, что божья кара может быть страшнее человеческого суда? Нет? Тогда задумайтесь!
Да он просто сумасшедший, испугалась Лейла. Ничто не заставит ее выйти за него замуж. Пусть он живет где-нибудь поблизости, приходит в гости, забирает к себе ребенка, но браку, на котором он так настаивает, не бывать. И плевать она хотела на его требования!
— Мы можем жить по соседству. Будешь видеться с ребенком, когда захочешь, забирать его на выходные, каникулы. Я не стану препятствовать. Самое главное, чтобы малыш знал, мы оба его любим.
— Полагаешь ему этого будет достаточно? Ты так считаешь? — заорал Джейк. От неожиданности Лейла вздрогнула.
— В тебе сейчас говорит упрямство, желание любой ценой настоять на своем. Но ты плохо меня знаешь и зря решил, будто меня испугает твое недовольство. Не надейся, я не поддамся. Если уж на то пошло, я вообще не уверена, что ты мне нужен хоть в каком-то качестве. Я ничего от тебя не жду, во всяком случае, ничего хорошего. В общем, можешь вообще исчезнуть из моей жизни, тебя никто не осудит.
— Ошибаешься. Я не уйду.
— Очень похвально, — Лейла направилась к выходу.
Во дворе залаяла собака, встрепенулись разбуженные лошади. Настало время подумать о конспирации и разойтись, пока никто из сторожей не решил проверить, все ли в порядке в конюшне. Но Джейк снова остановил девушку:
— Я знаю тебя достаточно. Той ночью я понял, что ты за человек.
— Поэтому поспешил сбежать из моей спальни до рассвета? — усмехнулась Лейла.
— У меня на то были свои причины, — произнес он.
Тайны Джейка порядком надоели Лейле. Впрочем, может, у него есть причина никому о себе не рассказывать? Упрямство и несдержанность Джейка могут легко объясняться какими-то неприятными событиями в его прошлом, подумала девушка. Ему нужна помощь, вот только как помочь, если он не хочет делиться своими переживаниями? Одно то, что Джейк не отпустил ее, когда она порывалась уйти, говорит о его беспросветном одиночестве и неуверенности в себе.
Джейк стоял в проходе и внимательно смотрел на Лейлу. Его лицо было непроницаемым. Девушка сама не знала, почему остановилась. Ей показалось, он еще не все сказал. Она ждала.
— У меня есть причины, Лейла, — еще раз повторил Джейк. Лейла ожидала других слов. Она тяжело вздохнула:
— Ты действительно веришь в возможность теплых отношений между нами?
— Да, конечно. Почему нет?
Ответ Джейка показался Лейле искренним. Может быть, он действительно в это верит? Должно быть, когда-то Джейк был довольно милым человеком. Девушка улыбнулась собственным мыслям. Сейчас он казался ей жертвой, мужчиной, которого она соблазнила, а теперь еще предъявляет ему свои претензии. Наверно, Джейку сейчас тоже непросто. Лейла почувствовала, как к ней постепенно возвращаются силы. Да, она зря продемонстрировала ему свои уязвимые места, но это поправимо. Зато теперь она знает о его слабостях, а значит, может им управлять.
Нет, это нечестно! Не хочу так! Противно!
— Кого ты сейчас пытаешься убедить: меня или себя? — в голосе Лейлы прозвучала грустная ирония.
— То, что произошло между нами, навряд ли когда-то повторится. Во всяком случае, у меня нет такого желания. И не было, — Джейк понимал, его слова звучат неискренне. Она услышит ложь.
— Чушь, Коннорс. Ты сам-то себе веришь? — усмехнулась Лейла. Ее щеки пылали от ярости. Он врет! Той ночью Джейк хотел ее, она не может ошибаться. Внезапно на девушку снизошло озарение: не слезами надо его покорять! Плачущая женщина может вызвать только жалость. Джейку нужна женщина яркая, уверенная в себе, способная окружить его заботой, помочь ему вновь обрести веру и надежду.
— Давай заключим некое подобие соглашения, — поспешно предложил Джейк. — Если для тебя так важно, чтобы твоя семья считала, что мы любим друг друга, мне не составит труда сыграть любовь. Я найду новую работу. Мы будем жить вместе, ты закончишь университет, потом родится наш ребенок. — Не встречая сопротивления со стороны Лейлы, он продолжал: — На следующей неделе я отвезу тебя обратно в город, ты договоришься об отсрочке экзаменов, а я поищу работу. Если не получится, куплю ферму где-нибудь поблизости, например, в Батурсте. Это очень уютный городок. Тебе там обязательно понравится.
— Не уверена, что тебе это по карману, — ехидно проговорила девушка, но Джейк пропустил ее фразу мимо ушей. Тогда она спросила: — А если я не соглашусь на этот маскарад?
— Пожалуйста, можешь не соглашаться. Это не так уж и важно. Но если ты уедешь в город, я уеду вслед за тобой. Я хочу быть рядом с моим ребенком, и никто меня не остановит. Жизнь в городе меня не пугает, к тому же я жил там и раньше.
— Правда?
— Да. Но жить на ферме нравится мне гораздо больше.
Лейла поняла, что Джейк не отступит. С одной стороны, она злилась на его упертость, с другой, ей было интересно, где проходит граница его самопожертвования.
— Отлично. Значит, переезжаем в Батурст и женимся? Могу я все-таки узнать, какой грех вы замаливаете, благородный сэр Джейк?
— Первородный, — неожиданно рассмеялся он, затем поднял с пола скребницу и принялся энергично чесать гриву с любопытством наблюдающей за их спором лошади. — Не верю я во все это: в наказания, прощения, грехи… — добавил он.
— А во что веришь?
— А ты во что верила, прежде чем твоя жизнь пошла под откос? Ну-ка, дай угадаю! Ах да, скорее всего ты задавалась вопросом: почему же все к тебе так несправедливы? Скажешь, нет? Вот и я верю только в одно — в несправедливость этого мира.