Страница 33 из 50
- Этой ночью, — ответил Гард.
Барак, не отводя взгляда от комиссара, сказал спокойно:
- Я пойду с тобой.
ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ
Дом Егошуа горделиво возвышался среди зелени деревьев, напоминая скорей жилище знатного патриция, невесть как попавшего в Иудею, нежели дом пророка.
«Почему пророки так любят комфортно жить? — подумал Гард. — Ведь учил же их Иисус скромности, чего ж они...»
А потом вспомнил, что про Иисуса они еще ничего не знают.
Ну, а узнают — что изменится? Нет, может, чему-то Христос их и научит, но никак не скромности.
Гард посмотрел в небо и перекрестился.
— Что ты делаешь? — удивленно спросила Элеонора.
Пока комиссар думал над ответом, ответил Барак:
- Гершен так просит помощи у своего Бога. Это невозможно понять.
Уже почти совсем стемнело. В темноте дом казался еще более зловещим и неприступным.
В окнах дома горели светильники. Надо было дождаться, пока они погаснут.
Комиссару ничего не удалось придумать, никакой хитрости.
Он хотел было послать Барака на разведку — хотя бы узнать, в какой комнате спит Егошуа. Но и от этой
мысли пришлось отказаться: слишком рискованно. А комиссар совсем не хотел рисковать жизнью этого парня, к которому уже успел привязаться.
Огни в доме погасли одновременно, будто великан дунул и загасил все светильники.
- Напоминаю вам еще раз: держаться вместе, — сказал Гард. — Меня слушаться беспрекословно. Лишних вопросов не задавать.
Элеонора усмехнулась:
- Глупая какая фраза. Вопросы никогда не бывают лишними. Если человек их задает, значит, ему нужен ответ.
Комиссар хотел возразить, но не стал.
Он так устал за это время. И вот сейчас наконец-то Весть должна оказаться у него в руках.
Потом Элеонора отведет его к Иисусу — и все.
Почему-то Гард был уверен: как только он отдаст Весть Иисусу и раскроется Истина, тут же он сможет унестись обратно, в свое время. Никаких доказательств этому не было, но вера на то и вера, что не требует доказательств.
- Пошли! — нетерпеливо сказала Элеонора.
- Погоди, — остановил ее комиссар. — Опоздать мы здесь не можем, а раньше прийти — вполне. Не торопись. И помни: только ты чувствуешь, где Весть, и ты будешь указывать дорогу.
- Хорошо, — улыбнулась Элеонора.
Улыбка у нее была такая, что сразу хотелось думать не о Вести, а о другом, в данном случае — постороннем.
Барак смотрел отрешенно, в разговоры не вступал.
- С Богом! — Гард встал.
- Никогда не надо так говорить, — тихо произнесла Элеонора и, даже в темноте поймав удивленный взгляд Гарда, разъяснила: — Во-первых, у нас могут быть разные боги, если они все пойдут за нами, возникнет ненужное сражение. А во-вторых, не самое умное занятие — звать Бога. Если Он захочет, Сам придет.
Комиссар ничего не ответил.
Гард шел впереди, Элеонора — в центре, Барак — сзади.
Вбежали по ступенькам.
Комиссар открыл дверь, она открылась плавно, без скрипа.
Охраны в прихожей не было.
В лунном свете виднелась лестница, уходящая на второй этаж, и несколько коридоров.
Элеонора тронула Гарда за рукав и прошептала:
- Гершен, надо идти наверх. Не знаю, как в твоих краях, а в наших знатные люди предпочитают спать наверху — так безопаснее.
Они дошли до второго этажа. Никого. Лестница — вверх, коридор — в сторону. Куда идти?
-За такой короткий срок Весть принесла человеку столько денег, что он смог построить такой хороший дом, — прошептала Элеонора.
Элеонора замерла на мгновение — казалось, она ноздрями чувствует воздух, как зверь, — и указала на коридор.
Гард медленно двинулся по коридору.
Странно: не было ни одного охранника.
«Впрочем, так ли уж странно, — думал Гард. — Егошуа нужны охранники для солидности. Как же! Если уж играешь роль пророка, нужно всячески делать вид, что тебе со всех сторон угрожают. На самом же деле Егошуа уверен, что врагов у него нет».
В коридоре было несколько дверей. Или Весть, или засада могли оказаться за любой из них, так что надо было осмотреть все комнаты.
Гард сделал всем знак рукой — остановиться! — и приоткрыл первую дверь.
После темноты коридора комната, в которую светила луна, показалась ослепительно светлой.
В комнате никого не было. На всякий случай Гард вошел и огляделся — никого и ничего. Даже, на всякий случай, под кровати заглянул — пусто.
Открыли следующую. Та же картина: нежилой вид, пустые кровати, ни одного человека.
Тоже повторилось и в третьей комнате.
-Он купил солидный дом, — усмехнулась Элеонора. — Даже, скорей, ему его подарили как про-
року. А в этом доме и жить некому, и хранить нечего.
Гард открыл четвертую дверь.
Эта комната выглядела гораздо богаче: на стенах были развешаны ковры. Посредине комнаты стоял крепкий деревянный стол и скамейки.
На столе — остатки трапезы: вино, хлеб, сыр.
У дальней стены стояла широкая деревянная кровать. На кровати, укрывшись расшитой циновкой, спал человек.
-Я не чувствую здесь Вести, — прошептала Элеонора.
-Может, она и не здесь, — также тихо ответил Гард. — Но ведь это явно комната Егошуа.
-Или какого-нибудь его главного охранника, — предположила Элеонора. — Что будем делать?
Гард ответил быстро:
-Мы берем этого человека в плен. Если это Егошуа, он расскажет, где Весть, а если охранник — расскажет, где Егошуа.
С этими словами он подошел к кровати.
Человек спал крепко: даже дыхания его не было слышно.
Одной рукой Гард сорвал циновку, а другой приставил нож к тому месту, где должна была быть шея.
Шеи не было. И головы не было. И человека не было.
Циновка накрывала длинное деревянное полено.
«Какой же я идиот! — успел подумать Гард. — Нас просто привели в западню».
Вспыхнули факелы. Свет ослепил.
В дверях стоял Егошуа. За его спиной — охранники.
- Я ждал вас, — улыбнулся Егошуа. — Я вас давно заметил и ждал. Вы пришли за Вестью? Смешно... Шли за Вестью, а пришли за смертью...
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
- Если у тебя есть Весть, — сказала Элеонора, — почему же ты не идешь к Иисусу?
- Зачем мне Иисус, если я сам — пророк? — Егошуа рассмеялся. — Я, правда, надеялся, что вы решите убить меня прямо в постели. Согласитесь, это было бы так красиво и величественно: вы убиваете Его-шуа в постели, а он в это время появляется в двери. Впрочем, так тоже получилось неплохо.
- Как ты отыскал Весть? — спросил Гард.
Не то чтобы его это очень интересовало, но надо было потянуть время, чтобы понять, что делать дальше.
- Причем, заметь, Гершен, я нашел ее гораздо быстрей, чем ты, — Егошуа явно был доволен собой. — Потому что я умней тебя. У Азгада — я надеюсь, тебе известно это имя, — так вот, у него были друзья. Ты, как я понимаю, никогда об этом не думал. А я подумал. И когда мне надоело ждать моего нерадивого ученика, я решил сам найти Весть. Для начала я отыскал друзей Азгада. Они слышали обо мне как о пророке и отшельнике и с радостью рассказали про убежище — последнее пристанище Азгада. Было ясно, что Азгад, умирая, спрятал Весть. Где? Только там. Я, как всегда, пришел вовремя: мальчишки как раз выносили дверь из подземелья.
Весть сама выпала из двери. Я ее просто подобрал. Вот и все.
«Почему мне не пришло в голову искать друзей Аз-гада? — удивился Гард. — Но, с другой стороны, как бы я их искал? Нет, я все делал правильно: я шел туда, куда вел меня Бог. Совершенно очевидно, что другой дороги у меня не было. Другие дороги — для других. У меня не было вариантов, и мне не в чем себя винить».
Так подумал Гард. Но вслух сказал совсем о другом:
- Весть сама по себе ничего не стоит. Весть нужна, чтобы понять Истину. Ты понял ее, Егошуа?
У Егошуа было прекрасное настроение, и он снова рассмеялся:
- Истина? Да она не так сложна, как вы все думаете! Истина в человеческом высокомерии. Мне кажется, я уже говорил тебе об этом, Гершен. Истина в том, что когда у человека есть выбор между добром и злом, он выбирает зло. Если у него есть выбор между светом и тьмой, он непременно выбирает тьму.