Страница 32 из 42
Я зашел в бар вместе с двумя своими ребятами, как раз когда это случилось, и просто сказал:
— Спокойно, друзья, не обращайте на нас внимания. Мы не намерены драться.
И нас оставили в покое, но я подумал, что произойдет, если весть о такой нелепой гибели этого паренька дойдет до людей из его отряда. Мягко говоря, они будут озадачены и немедленно явятся выяснять отношения.
И тут я услышал слова, созвучные моим мыслям, обращенные к убийце:
— Парень, которого ты уложил, из сильного отряда. У них за городом два стада и двадцать девять крепких ребят из Техаса. Уходи и отправляйся в Рэпид-Сити, Дэдвуд или Бисмарк.
— Я не могу, — ответил тот.
Заговоривший оказался владельцем салуна. Он вытащил из-за стойки бара дробовик и уже жестко потребовал:
— Проваливай отсюда со своими женщинами. Я не хочу, чтобы мой бар расстреляли из-за каких-то хладнокровных.
Убийца повернулся и взглянул на него.
— Когда все успокоится, я вернусь и найду тебя.
— В любое время, — хозяин бара вертел в зубах сигару, — но постарайся увидеть меня первым.
Убийца повернулся и вышел из бара, а через несколько минут он покидал город. Мы слышали стук копыт его лошади, а хозяин бара спрятал дробовик обратно под стойку.
Я запомнил эту сцену, запомнил хорошо, и сейчас перед моим мысленным взором всплыло лицо убийцы, который тогда уезжал из города.
Его звали Чарльз Пелхэм Клинтон.
Глава 18
Теперь у меня не было выбора. Нравится мне это или нет, но мне придется ехать на ранчо и проследить, чтобы Джанет Ле Коди выбралась оттуда живой.
До настоящего момента я лишь подозревал, что за человек этот Клинтон, теперь я все знал. Но что общего у него с Мэтти и миссис Холлируд? И есть ли между ними какая-то связь? Почему она советовала мне не есть и не пить с ними? Особенно после того, как я уже неоднократно ел с ними, причем еду она готовила сама, и отлично. Все это казалось лишенным какого-то ни было смысла.
На сей раз я ехал из города строго в западном направлении, не желая повторять пути, по которому следовал раньше. Я решил, что проберусь к дому через молодой лес за домом.
Я пустил лошадь быстрой рысью, поскольку мне хотелось попасть на ранчо почти одновременно с кабриолетом, и уже привязал коня к кедру, когда подъехал экипаж и остановился во дворе. Для того чтобы попасть в дом, требовалось всего несколько минут, а поскольку окно оказалось открытым, я решил послушать, о чем говорят.
— Миссис Холлируд? Это Джанет Ле Коди. Полагаю, она может предъявить права на ранчо.
— Садитесь же, дорогая, — тепло приветствовала ее миссис Холлируд. — Мы должны прямо сейчас обсуждать дела? Мэтти, ты не приготовила кофе? Тогда я сама это сделаю…
Я слышал, как она пересекла комнату и начала возиться с чашками.
— Столько шума поднялось в связи с этим делом, хотя это совсем ни к чему, — говорила миссис Холлируд. — Мы предъявляли свои документы и не получили никаких возражений, судья признал наши права законными.
— Боюсь, миссис Холлируд, что судья, с которым вы встречались, не имел всех документов. Видите ли, мой дядя не являлся владельцем всего ранчо. Половина его переписана на мое имя.
Миссис Холлируд повернулась, и теперь я ее отчетливо видел. То, что ее потрясло сообщение, не вызывало сомнений.
— Мистеру Филлипсу не принадлежало все ранчо? Как такое может быть?
— Да. Половина ранчо всегда принадлежала мне, и, разумеется, он это знал. Между нами никогда не вставал вопрос по поводу того, кто является владельцем. Не могу представить, как он мог завещать кому-то собственность, которая ему не принадлежит.
В комнате воцарилась тишина. Затем Клинтон произнес:
— Теперь тебе ясна ситуация, Дори? Ты тоже, оказывается, не все точно представляла себе.
Как только Клинтон упомянул ее имя, Джанет бросила на него быстрый испуганный взгляд. «Дори»? Я никогда не слышал имени своей хозяйки, но оно прозвучало из его уст так, будто между ними существовали давние дружеские отношения. Мэтти стояла сзади, наблюдая.
— Нет проблем, дорогой. Я уверена, что мы с мисс Ле Коди сможем договориться. Тем более, что симпатичной молодой девушке нечего беспокоиться об этой собственности. Заниматься хозяйством? Коровами? Не думаю, что все это ей по душе.
— Напротив, — спокойно возразила Джанет. — Мне всегда хотелось жить на ранчо и управляться с животными. Кроме того, — она заговорила ледяным тоном, должно быть, она начала понимать ситуацию, — я надеялась попросить мистера Проезжего помочь мне вести хозяйство.
— Вы знакомы с Проезжим? — Миссис Холлируд взглянула на Клинтона: — Ты мне не говорил об этом, Пел.
— Они пару раз разговаривали, вот и все.
— О, мы о многом говорили! — Теперь Джанет стала понимать ситуацию. — Он не хотел, чтобы я ехала сюда, и, кажется, я начинаю понимать, что он прав. — Она поднялась. — Мистер Клинтон? Будьте любезны отвезти меня назад в город.
— Пожалуйста, мисс Коди. Я могу вас звать просто Джанет? — суетилась миссис Холлируд. — Какие бы трудности у нас ни возникли, мы все уладим. Не о чем беспокоиться, вовсе не о чем. Хороший крепкий кофе взбодрит нас всех. А сейчас садитесь. Мэтти, у нас остались еще пирожные? Пожалуйста, принеси. Думаю, мисс Джанет не откажется что-нибудь съесть с кофе.
Если даже Джанет и испугалась, но страха своего не показывала. Теперь она знала, что между Клинтоном и Дори Холлируд существует какая-то договоренность. Она также помнила о том, что Клинтон настоял, чтобы она увезла из гостиницы все вещи. Теперь, кроме Проезжего, никто не знал, где она.
— И еще пирожное для одного человека. — Джанет говорила спокойно. — Я уверена, что мистер Проезжий скоро здесь появится.
— Пел? — Голос Дори Холлируд звучал резко. — Ты говорил, что Пэн уладит это дело. Ты обещал.
— Он так и сделает, можешь быть уверена.
Джанет улыбнулась. Она сидела в конце стола, и я мог ее отчетливо видеть.
— Пэн, вы сказали? Не тот ли это Пэн Бичам? Разве он не наемный убийца?
В комнате воцарилась гробовая тишина, а потом заговорила Мэтти:
— Я думаю, нас ждут серьезные неприятности. Мне кажется, нам нужно убираться отсюда прямо сейчас, пока еще не поздно.
— Не будь дурой! — огрызнулась миссис Холлируд. — Не суй нос в чужие дела. Тебя это не касается. — Она повернулась к Клинтону: — Ты говорил мне, что она молода и глупа. Для человека с твоим опытом жизни ты слишком доверчив. — Миссис Холлируд обратилась к Джанет: — Где вы слышали о Пэне Бичаме?
Она пожала плечами.
— По-моему, о нем знают все. Здесь люди говорят о ганфайтерах и охотниках так, как мы привыкли обсуждать актеров, политиков или победителей на конкурсах метких стрелков. Здесь любому известно, кто такой Пэн Бичам.
— Мне кажется, — опять встряла в разговор Мэтти, — что нам следует сесть в кабриолет и как можно скорее добраться до железной дороги. Я думаю, это нужно сделать сейчас же.
— Мэтти, не лезь не в свое дело! — Тон у Дори Холлируд стал резким. — Ты тут ни при чем.
— Вы проиграете дело, — настаивала Мэтти, — даже если раньше вы имели возможность чего-то добиться, то теперь время упущено. Нам нужно уезжать немедленно.
— Не стоит впадать в панику! Итак, мисс Ле Коди принадлежит половина ранчо? Прекрасно. Она докажет это нам. — Он улыбнулся. — Разумеется, для обсуждения.
— Это можно обсудить в более подходящее время. А сейчас, мистер Клинтон, мне бы хотелось вернуться в Пэррот-Сити.
Никто не обратил внимания на ее слова, и я понимал, что она пытается сообразить, каким будет их следующий шаг. Она могла бы просто встать и уйти, но кто знает, какую реакцию вызвал бы ее поступок? Я взвел курок шестизарядного револьвера и быстро огляделся вокруг. Нигде — никого.
— Вам бы лучше прислушаться, — не сдавалась Мэтти. — Она говорит, что мистер Проезжий скоро будет здесь.
— Ерунда! — Миссис Холлируд начала что-то говорить, но потом осеклась. — Он сказал вам, что приедет?