Страница 14 из 32
— Том, что-то происходит. И выглядит это очень странно. Часа два назад появились Пойнсетт и Гофф. Они сказали, что увольняются, потому что здесь уже не воюют, и уезжают в Дюранго. Примерно через полчаса они сели на лошадей и уехали.
— Что же тут особенного? — спросил Кедрик, скручивая сигарету. — Именно об этом мы и говорили с Бурвиком.
— Да, — мрачно ответил Шэд. — Но дело в том, что оба они приехали сюда с большой поклажей, а сейчас уезжают налегке, взяли с собой только то, что можно увезти на одной лошади;
— А Фессенден?
— Я его не видел.
— А кого еще нет?
— Клаузона. По крайней мере, поблизости его не видно. Я не встречал его с утра.
Где же были Шоу с Фессенденом? Кедрик встревожился. Но ведь то, что Бурвик понемногу избавляется от наемников, было хорошим знаком. Может, он, Том Кедрик, стал слишком подозрительным? Шэд сказал, что с ним речи об увольнении не заводили.
— Кроме того, — сказал Шэд, — сегодня утром приехали братья Михусы и направились прямиком к Бурвику.
— Кто это такие?
— Отъявленные головорезы, Бин и Эйб. Они участвовали в том самом деле при Сандовале. Двоих тогда зверски убили, и в этом был каким-то образом замешан Бурвик. Сказать по правде, там-то я с ним и познакомился.
— И ты был в этом деле?
— Нет. Но я был в городе. Я еще поссорился тогда с Роем Гэнглом. Рой и так был крутым парнем, держал в страхе всю округу. А когда дрался, то прямо шалел. Вот мы и поспорили, кто из нас главный. Но он мне проиграл. Он был немного медлительным.
Значит, все было напрасно: одни наемники уходили, другие прибывали. Правда, с Михусами могли договориться еще до того, как положение дел изменилось. Том сказал об этом Ларедо. Техасец кивнул, но как-то неуверенно.
— Может быть… Только что-то не верю я этому типу. Твой Гюнтер совершенно выжил из ума, Кейт — тот всегда был мерзавцем. Но этому Бурвику они оба и в подметки не годятся.
Размышляя об этом, Кедрик не мог предугадать, как развернутся события. Бесспорным оставалось одно: необходимо было встретиться со Слэглом и Мак-Ленноном и договориться о мире. Эта встреча могла решить многое, и у него не было серьезных оснований не доверять Бурвику.
Утро выдалось солнечное и яркое, день обещал быть жарким. Но было еще прохладно, когда Кедрик вышел на улицу и отправился в маленький ресторанчик, где обычно завтракал. Он допивал вторую чашку кофе, когда вошла Конни Дьюн.
При виде Тома лицо девушки озарилось улыбкой, и она подошла к его столику.
— Знаете, Том, вы — единственный луч света в этом месте. Я так устала от этих старых каменных домов, от нечистоплотных людей, что не могу больше этого выносить. Хоть бы скорее все это закончилось.
Он пристально посмотрел на нее.
— А что вы тогда будете делать?
— Сказать по правде, еще не решила. Наверное, куплю ранчо, немного земли с деревьями, лужайкой и ручейком.
— А скот?
— Совсем немного. Мне хочется завести только лошадей. Примерно таких, как эта ваша в яблоках.
— Отличная мысль. Для лошадей требуется меньше земли, а на хорошие породы всегда спрос. — Он вглядывался в ее прекрасные глаза, спокойные и насмешливые. — Я рад, что вы остаетесь. Без вас было бы уже не то.
Конни быстро взглянула на Тома смеющимися глазами.
— Это комплимент, Том? Уж не пытаетесь ли вы ухаживать за мной?
— Нет, Конни, — спокойно отозвался он. — Если бы я ухаживал за вами, это было бы очевидно. Вы бы знали об этом, а я не вел бы себя так глупо.
— Думаю, вы правы. Вы не вели бы себя глупо.
— К западу отсюда, — продолжал Том, — есть большой горный хребет, он тянется на много миль, а на его вершине — великолепный сосновый лес. Я не знаю мест лучше: высокие деревья, замечательный источник, дичь и превосходные горные луга. Я как-то останавливался там.
— Это звучит заманчиво, именно об этом я мечтала с тех пор, как приехала на Запад.
Он откинулся на спинку кресла.
— Может быть, когда все закончится, вы поедете туда со мной? Я бы вам все показал.
Конни подняла глаза:
— Хорошо, Том. Мы поедем туда вместе.
Кедрик держал шляпу в руке и глядел куда-то вдаль.
— Вместе… — Он задумался, потом повернулся к девушке. — Знаете, Конни, это самое прекрасное слово — «вместе».
Том отошел к стойке, оплатил счета — свой и Конни — и вышел на улицу. Неподалеку остановилась повозка, с нее сошел человек. Он выглядел встревоженным. Быстро оглядевшись, человек нырнул в лавку.
Глава 8
Улицу стремительно пересекли двое. Одного из них Кедрик никогда не видел, другой был тот самый бродяга плутоватого вида, которого Кедрик заметил у задней двери салуна Йеллоу-Батт. Звали его Сингер. Со злым выражением лица он что-то втолковывал своему спутнику. Остановившись, Сингер указал на повозку:
— Это, Эйб, зять Мак-Леннона. Он из этой компании.
— Для начала неплохо, — ответил Эйб вполголоса. — Пошли!
Том повернулся и последовал за ними. Когда они вошли в лавку, он придержал дверь, чтобы она не успела захлопнуться, и скользнул внутрь. Его никто не заметил. Вошедшие направились к человеку, стоявшему у. прилавка.
— Привет, Слоун, — ласково сказал Сингер, — встречай Эйба Михуса!
Это имя, должно быть, что-то означало для Слоуна, он повернулся, и лицо его исказилось. В правой руке он держал детскую бутылочку, которую собирался купить. Он затравленно смотрел то на Сингера, то на Эйба. Слоун был явно испуган, но старался не подать вида.
— И ты ввязался в эту драку, Сингер? А я считал, что тебя это не касается.
Сингер хихикнул:
— Пусть все так думают.
Михус, приятель Сингера, худой, сутулый человек с желтыми белками глаз и впалыми щеками, достал из кармана бумагу.
— Это заявление об отказе от земли, Слоун, — сказал он. — Подпиши его — и спасешь себя от неприятностей.
Лицо Слоуна потемнело. Какое-то время он смотрел на документ, потом медленно поднял глаза:
— Я не могу этого сделать. Моя жена вот-вот должна родить. Слишком больших трудов стоило мне обработать эту. землю, чтобы я от нее отказался. Я не подпишу.
— Говорю, тебе же будет лучше, — холодно сказал Михус. Владелец лавки незаметно исчез, и в комнате никого не осталось, кроме них троих и Тома Кедрика, которого никто не видел. Он притаился за висевшими на стене джинсами и плащами. — Я говорю, лучше подпиши, эта земля все равно не твоя. Ты что, хочешь сказать, что я вру?
Слоун смотрел так же затравленно, но, похоже, не собирался отступать. Он был храбрым человеком, и Кедрик знал, что Слоун рискует жизнью.
— Нет, Эйб, — сказал Том. — Это скажу я!
Михус застыл от неожиданности. Он, конечно, был убийцей, но не любил рисковать. Он думал, что в лавке никого нет, кроме Сингера, но оказалось, кто-то был за его спиной. Он медленно повернулся. Сигнер стоял, прислонившись к стене, и увидел Кедрика раньше.
— Это же Кедрик! — сказал он. — Главарь наемников!
Михус нахмурился.
— В чем дело? — раздраженно спросил он. — Зачем ты вмешиваешься?
— Больше убийств не будет, Эйб, — твердо сказал Кедрик. — Завтра у нас мирные переговоры. Убийствам пришел конец.
— У меня приказ, — упорствовал Михус. — Можешь сказать все это Бурвику.
Слоун пошевелился, и Михус повернулся к нему.
— А ты стой спокойно! — рявкнул он.
— Можешь идти, Слоун, — сказал Кедрик. — Иди к своим и передай от меня привет Мак-Леннону. А ты лучше брось это, Эйб. И тебе будет спокойнее, и мне.
Михус смутился. Он знал, что Кедрик возглавляет наемников компании, и был озадачен. Может быть, он делает что-то не так? Да нет, вроде все правильно.
— Ты идиот! — Его замешательство сменилось вспышкой ярости. — Кейт сказал, чтобы я ему всыпал!
— Заткнись! — завопил Сингер. — Черт побери… Ты…
Эйб Михус был закоренелым убийцей. Он действовал как заведенная машина, предназначенная для совершения убийств. Теперь, когда завод кончился, Эйб безнадежно запутался. Сингер повернулся к нему, и Михус посмотрел на напарника, его зубы оскалились, лицо исказилось.