Страница 19 из 35
— Привет, сынок! А скот-то перепал, — сказал Финнеган.
— Да. — И Шенди потянулся за табаком и курительной бумагой. — Позарез нужен дождь. — Он закурил и спокойно спросил: — Вы когда-нибудь встречались со скототорговцем по имени Николс? Такой здоровый, черноглазый мужик?
Описание Шенди было точным и подробным. Такой словесный портрет мог составить только очень наблюдательный человек, который, поглядев на корову или коня не более тридцати секунд, запоминал каждый волосок и спокойно перечислял все недуги, которыми страдает животное.
— Николс? Нет, ты перепутал, сынок. Нет! Того, которого ты описал, зовут Абель Котч. Хитрый и самоуверенный человек. Силен в драке. Хвастается, что никто не устоит против него в кулачной схватке.
— Не попадался он вам?
— Да, он обретался около Форт-Уорта в начале года. Крутился там с ребятами Джуна.
Ребята Джуна? У старика Пита Джуна их было четверо, не признававших законов сыновей: Алек, Том, Бак и Уинди. Все мастера стрелять, скверные людишки, замешанные в кражах лошадей и коров и наверняка причастные к убийствам.
Спустя пару дней на ранчо вернулся Джонни Смит, который ездил за почтой. По пути он заезжал в Такап, чтобы договориться с тамошним кузнецом о выполнении некоторых работ для ранчо. Такап считался городом, где многие не признавали закон, но вот кузнец там был лучший в округе. Ковбои сами справлялись со многими делами, но кузнец из Такапа умел делать прекрасные вещи из железа, и хозяин ранчо «КТ» хотел заказать хорошие металлические подставки для дров к своему камину.
— Там, в Такапе, убийство, — сообщил Джонни, как только слез с лошади. — Тот самый Салливан из Бреди-Каньона сцепился с Уинди Джуном. Уинди хорошо его отделал.
Шенди Гэмбл поднял голову.
— Джун? Из той самой компании?
— Конечно, из той самой, что так любит пострелять.
— А большого, черноглазого мужика не видал с ними? С черными усами?
— Котч? А ты его знаешь? Конечно, видал. Он отколошматил кузнеца так, что тот не смог закончить подставки для камина нашему старику. Лихая компашка!
Хозяин ранчо говорил с Финнеганом, когда к ним ворвался Шенди.
— Босс, вам нужно что-нибудь сделать по пути в Такап? Я готов туда съездить.
Босс удивленно на него посмотрел. Но чтобы Гэмбл отпрашивался с работы? Это совсем на него не похоже. Шенди всегда трудился за двоих, и уж если ему приспичило поехать в Такап, значит, он имел на то причину.
— Хорошо. Спроси там насчет моего железа. А заодно посмотри вокруг водоемов. А то мы потеряли несколько коров. Если найдешь скот или подходящие следы, скажешь нам, и мы поедем искать.
Шенди Гэмбл оседлал кургузую лошаденку с широкой мордой, проверил револьверы и отправился в путь. Джонни Смит, который сидел на крыльце и чинил уздечку, проводил парня взглядом. Ничего необычного в том, что, выезжая из дому, ковбой брал с собой револьвер, не было — кругом развелось тогда много волков и горных кошек. Но Шенди засунул за пояс не один, а пару револьверов и набил сумку патронами, что с ним не случалось уже очень давно. Джонни наморщил лоб, пожал плечами и снова занялся уздечкой.
Дорога на Такап выглядела как шрам на лице пустыни. Она шла по неровному плато к ущелью, зажатая с обеих сторон нагромождением скал — красных, розовых, белых, желтых и коричневых, имевших самые невероятные очертания. Ночью, когда полная луна проплывала над остатками древних гор, причудливые призраки наполняли этот край. А днем ущелье превращалось в раскаленную печь, пышущую жаром, с пыльными смерчами, напоминавшими пляски дьяволов, и миражами в дрожащей дали.
Городишко Такап представлял собой десяток-другой ветхих домишек, притулившихся между скал. Говорили, что здесь в холмах всегда найдется место для успокоения каждого жителя, и в самом деле город постоянно имел наготове пару вырытых могил, ожидавших своих клиентов, но это не омрачало его существование.
Такап был веселым городом. Несмотря на дневную жару, вечером безудержное веселье охватывало его, и он весь светился огнями. Салун «Хай Кинг» давно стал местом отдыха и встреч серьезных людей и своеобразным притоном для всякого рода шулеров и авантюристов. Вокруг него стояли мрачноватые дома с конюшнями и чердаками, набитыми сеном.
Шенди Гэмбл поставил свою лошадку в конюшню и хорошенько вытер ее. Ей еще предстоял трудный путь домой, потому что Шенди точно знал, что оставаться в городе после того, что он здесь задумал сотворить, ему будет нельзя.
Долговязый и немного сутулый, в серой, сильно изношенной пыльной шляпе с дырой, пробитой пулей скотокрада, джинсах и полинявшей клетчатой рубашке, он стоял в дверях конюшни, дымя сигаретой. Его плечи казались неестественно широкими по сравнению с узкой талией. Два револьвера 44-го калибра удобно устроились по бокам, чтобы он мог легко их выхватить.
На небольшой площади перед ним располагались и салун, и главный магазин, и кузница, и загон для скота. А еще здесь стояли две ночлежки, которые называли себя гостиницами.
Прежде всего Шенди не спеша направился к кузнице. Кузнец, крепкий коренастый мужчина, стоял у горна. Когда он обернулся, ковбой сразу увидел глубокую, еще не совсем зажившую рану и громадный кровоподтек под заплывшим глазом.
— Заказ для ранчо «КТ» готов? — сразу же спросил Шенди, чтобы обозначить себя.
— Будет готов, — буркнул кузнец, глянув на него одним глазом. — Что-то ваш босс уж очень торопится. Только вчера приезжал от него верховой.
— Не волнуйтесь. У меня здесь есть и другое дело. Вы знаете человека по имени Котч?
Кузнец возмутился.
— Ты что, шутишь?
— Нет. Мне он очень нужен.
— Что, неприятности?
— Ну да. Я собираюсь оторвать ему голову.
Кузнец пожал плечами.
— Попробуй, если так уж не терпится. Вот я попытался, но больше не буду. Он чуть не убил меня.
— Меня он не убьет.
— Приду на твои похороны. Он сейчас в «Хай Кинге». — Кузнец посмотрел на Шенди. — Но будь осторожен, парень. Эти Джуны тоже там. — Он вытер усы. — Ковбой из «КТ», лучше подумай еще разок. Ты же дитя по сравнению с ними.
— Мои ноги оставляют такие же большие следы, как и его.
— Может, и так. Но если ты выйдешь оттуда, они могут стать значительно меньше.
Шенди Гэмбл холодно посмотрел на него.
— Вы же обещали прийти на мои похороны.
Он передвинул револьверы в более удобное положение и направился через улицу и уже почти дошел до коновязи салуна «Хай Кинг», когда заметил на заборе свежую шкуру, еще с кровью. Любопытство заставило ковбоя остановиться. Место, где обычно ставят клеймо, оказалось вырезано. Порывшись в куче отбросов, приготовленных для сожжения, Шенди нашел его, очистил и сунул в карман. Когда он поднял глаза, то увидел мужчину, стоявшего рядом и наблюдавшего за ним маленькими колючими глазками. Незнакомец был не таким высоким, как Шенди, но гораздо шире и плотнее, однако выглядел он болезненно; впалые щеки и землистый цвет лица говорили сами за себя.
— Что ты шаришь тут повсюду?
— Да так, смотрю. — Шенди выпрямился во весь рост. — Что-то вроде разведки.
— А ты откуда?
— Работаю на ранчо «КТ».
Губы человека сложились в твердую складку.
— Проваливай отсюда!
— Мне некуда спешить.
— Ты хотя бы знаешь, кто я такой? Я — Том Джун, и когда я говорю — иди, значит, надо идти.
Шенди стоял и смотрел на него невинным взором.
— Да, Том Джун, я слыхал о вас. Говорят, что вы воруете коров и другой скот.
— Ну, ты…
Рука Тома потянулась к револьверу, но Шенди не имел ни малейшего желания открывать здесь стрельбу. Он выбросил вперед левую руку и твердым как камень кулаком ткнул Джуна в зубы. У того голова откинулась сначала назад, а потом вперед. Шенди в тот же момент правой рукой со всей силы саданул его в живот, а левой схватил запястье той руки, которой бандит пытался выхватить револьвер.
Схватка продолжалась несколько секунд. Гэмбл обрушил свой огромный кулак на висок противника, и тот согнулся пополам. Потом ковбой торопливо затащил его под навес, обезоружил и связал, выполнив эту работу на совесть. И снова вышел на улицу.