Страница 19 из 46
Некоторые приемы оперативного применения искусства введения в заблуждение
I. Введение и общие соображения по искусству обмана
Цель данного пособия — снабдить читателя инструкциями, следуя которым он научится выполнять различные действия незаметно для окружающих. Коротко говоря, это инструкции по обману и введению в заблуждение.
Мало о каком предмете широкая публика имеет представления столь же скудные, как об искусстве обмана. Как говорил американский юморист Джош Биллингс, «Людские беды коренятся не столько в неведении, сколько в знании множества истин, таковыми не являющихся». Вот так и с искусством обмана — едва ли не все общепринятые представления о том, как обмануть другого и самому не оказаться жертвой обмана, по сути своей совершенно ошибочны, равно как и те посылки, на которых они основываются. Поэтому прежде чем браться за разъяснение теоретических и практических знаний по искусству обмана, следовало бы изобличить те истины, которые «таковыми не являются». Это тем более важно, что успех обмана до такой степени зависит от склада ума, что даже одно ошибочное представление мешает добиться правильного подхода.
Замечу в скобках, что, как заверили автора этих строк, читать их будут люди, безусловно, порядочные и честные, интеллект и образование которых выше среднего уровня. Иными словами, пособие адресовано тем, для кого практика обмана совершенно чужда. Однако эти достойные восхищения качества — правдивость и образованность — не облегчат им настоящую задачу, поскольку убедительная ложь требует практики. А еще больше практики требуется для искусных обманных действий в сравнении со словами. И хотя практика необходима для успешного обмана, ее потребуется куда меньше, чем на первый взгляд кажется, при условии, что обучаемый будет отдавать себе отчет в том, что он должен сделать, как он будет это делать и почему это нужно делать именно так, а не иначе. Залогом успеха обманных действий становятся не столько их физическое повторение, сколько способность держать в памяти детали.
В качестве примера людей, обманывающих с помощью физических трюков, т. е. не только словом, но и делом, можно привести фокусников, иллюзионистов, карточных шулеров, воров-карманников и мошенников. Если проанализировать некоторые из ошибочных представлений по поводу методов, которыми действует эта публика, мы поймем, насколько заблуждается общество.
«Движения руки так быстры, что глаз не поспевает за ними» — вот типичное объяснение того, почему иллюзионисту удается мистифицировать аудиторию фокусами из разряда микромагии. Что касается масштабных сценических иллюзий, скажем, когда ассистент фокусника исчезает каким-то непостижимым для зрителей образом, это приписывают применению сложной системы зеркал. Случаются и другие, не менее ошибочные «объяснения» секретов фокусов, но два приведенных ниже покажут, насколько неверно дилетантское мнение.
Когда утверждают, что глаз не поспевает за движением руки, напрашивается вывод, что фокусник умудряется произвести некий жест и вернуть руку в прежнее положение столь стремительно, что глаз не в состоянии зафиксировать это мимолетное движение. Такое в принципе невозможно.
Самое стремительное скоординированное движение из всех, что когда-либо осваивал человек, под силу лишь немногим выдающимся пианистам. Некоторые достигают таких вершин виртуозности, что в секунду успевают сделать одним пальцем до восьми ударов по клавише. Как было установлено в ходе испытаний, если механизм тщательно отлажен, то механическое пианино способно развить скорость функционирования клавиши десять раз в секунду. Можно предположить, что некий пианист способен развить скорость рук, равную десяти ударам в секунду. Но даже в этом случае движение его пальцев не будет незаметным, поскольку человеческий глаз способен уловить движение со скоростью в одну тысячную долю секунды. Следовательно, зрение среднего человека способно зафиксировать движение, совершающееся во сто крат быстрее, чем то, на которое способен палец самого выдающегося виртуоза игры на фортепиано.
Пускай мозг не в состоянии точно распознать, что представляет собой мимолетное движение руки, само движение все равно не останется незамеченным. Следует отметить, что фокусник в отличие от других обманщиков самим выходом на сцену изначально признает, что намеревается обманывать. И поскольку публика ожидает от него надувательства, в его представлении не должно быть необычных, необъяснимых или по крайней мере странных движений. Нельзя позволить зрителям заметить какие-либо неверные движения рук, и свои секретные действия иллюзионист должен совершать особенно осмотрительно. Любое движение привлекает внимание — а следовательно и то, что за ними стоит, — и фокус состоит в том, чтобы не привлекать внимания зрителя к технике исполнения. Иллюзионисты не полагаются на скорость в своих действиях.
Зеркала иногда используются иллюзионистами, однако сфера их применения ограниченна. Зеркало способно спрятать объект, заменив его отражением другого. Сделать объект невидимым зеркало не способно. Единственное его предназначение — что-нибудь отражать, а отразить пустоту оно не может.
И если нечего отражать, то зеркало само становится видимым. Более того, использовать зеркало для постановки трюка возможно лишь в том случае, если каждый его край упирается в неподвижные видимые элементы сценической конструкции, поскольку в противном случае края зеркала будут заметны. Есть еще одно препятствие для использования зеркал в магии: чем больше зал, тем ближе к зеркалу следует поместить отражаемый объект с точки зрения угла отражения. При величине современных концертных залов зеркала для целей иллюзиониста стали непригодны. Гастролирующие фокусники, а таких на сегодняшний день большинство, находят совершенно неприемлемым таскать за собой зеркала в качестве реквизита — слишком они громоздки и хрупки для транспортировки.
Коротко говоря, хотя у публики и есть некоторые основания считать, что фокусники производят свои мистификации при помощи зеркал, ее понимание роли зеркала в создании оптических иллюзий ошибочно, как ошибочно и представление, будто зеркала широко применяются в иллюзионном искусстве.
Эти два примера — 1) абсолютно ошибочное общее мнение, что фокусник якобы делает ставку на быстроту движений, и 2) неверное понимание того, как и для чего фокусники используют зеркала, — относятся к типичным заблуждениям относительно магии. В этом же ряду и другие засевшие в мозгу у публики ложные представления, вроде тех, что фокусники прибегают к гипнозу и к помощи так называемых подсадных уток. Ни одно из них не имеет отношения к действительности, во всяком случае не больше, чем кем-то когда-то запущенная байка, будто иллюзионисты делают предметы невидимыми, раскрашивая их в «цвет воздуха».
Огромное заблуждение по поводу фокусов в целом состоит в том, что якобы существует какой-то один секрет, зная который можно объяснить, как исполняется трюк того или иного типа. Возьмем для примера известный номер, когда фокусник достает кролика из цилиндра, перед этим продемонстрировав публике, что цилиндр совершенно пуст. По общему мнению, есть некий хитрый метод, при помощи которого кролика удается незаметно поместить в цилиндр. На самом же деле существует не один десяток способов исполнения такого фокуса, и даже знаток может быть озадачен (даже наверняка будет), увидев исполнение знакомого фокуса неизвестным ему методом. Или другой пример: люди упорно пытаются понять секрет освобождения из любых, самых прочных пут. Но дело в том, что для каждой ситуации у Гудини был свой способ избавления. У Гудини имелся как минимум один метод освобождения для каждого типа наручников, кандалов разной конструкции, заколоченного ящика — и каждой разновидности связывания веревками, цепями, бинтами или смирительной рубашкой. Таким образом, не существует универсального секрета сценической магии в целом или какого-то ее направления. Именно многообразие секретов и набор всевозможных методов и делают ее возможной. «Правильный» секрет для фокусника тот, который он считает наиболее подходящим для конкретных условий и обстоятельств.