Страница 17 из 46
Профессионалы микромагии используют в работе «хитрые» монетки с разными «секретами», технологии изготовления которых аналогичны тем, что применяются для «шпионских монет». Монеты из реквизита фокусников конструируются таким образом, что могут на глазах менять достоинство, «размножаться», проходить через твердые предметы, оставаться неизменными, если их протыкают. Эти и им подобные монетки, над которыми заранее помудрили специалисты, предназначены для быстрых манипуляций в ходе исполнения фокусов.[149] Однако если их рассматривать с близкого расстояния, все хитрости и ухищрения легко заметить, к тому же в большинстве своем они малопригодны для специфических задач разведчиков-профессионалов, когда монеты служат в первую очередь, для скрытных коммуникаций, т. е. для транспортировки и обмена информацией. Например, в начале 1930-х гг. советские агенты прятали секретную информацию, отображенную на микрофотоснимках, «гибкой пленке» или на ленте однократного использования, в полых монетах, особенно если предстояла поездка или сеанс связи между агентом и его куратором.[150]
США впервые вплотную заинтересовались практикой использования шпионских монет в начале 1950-х гг., когда развернулось резонансное «Дело о пустом пятицентовике».[151] В 1953 г. мальчишка — уличный газетчик в Бруклине — уронил монетку в пять центов, а она возьми да распадись на половинки, а внутри — крохотный кусочек микропленки. Как установили в ФБР, на пленке оказалось зашифрованное послание. Посредством монеты осуществлялся обмен информацией между советским разведчиком Рудольфом Ивановичем Абелем и его помощником Рейно Хаяханеном, который случайно потерял ее.[152]
Тайник открывался при помощи мелкого инструмента (или простой иголки), который вставлялся в крохотное отверстие в девятке на дате 1991, выбитой на реверсе
26 июня 1953 г. пятицентовик осмотрели в ФБР — снаружи он выглядел как обычный, за исключением отверстия на одной из сторон, такого крохотного, что войти туда могло лишь острие тонкой иглы, под действием которой монету можно было разнять на части. Специальный агент ФБР Роберт Лэмфер изучил монету и резонно заключил, что на территории Нью-Йорка советские нелегалы проводят тайную операцию. Однако в ФБР не смогли установить владельца монеты или расшифровать послание.[153]
Тайна оставалась нераскрытой вплоть до 1957 г., когда Хаяханен эмигрировал в Париж и сообщил, что Рудольф Иванович Абель получал зашифрованные инструкции из Москвы с помощью монеты. При последующем обыске в квартире Хаяханена был обнаружен еще один шпионский контейнер такой же конструкции, в виде финской монеты в 50 марок.
В нем тоже имелось полое пространство и малюсенькая дырочка, высверленная в буковке а в слове Tasavalta на реверсе. В том же 1957 г. Абель был обвинен в шпионаже и провел в заключении пять лет из 30, к которым был приговорен, а в 1962 г. его обменяли на летчика Гэри Пауэрса.[154]
При всем удобстве использования монет в качестве тайников их легко потерять. При ее малом размере монету легко уронить, по ошибке расплатиться ею в магазине или потерять среди другой мелочи. Подобный казус случился в начале 1950-х гг. с другим советским нелегалом Валерием Михайловичем Макаевым. Возвращаясь к месту тайной службы из отпуска в Москве, он случайно потерял швейцарскую монету, в которой помещалась микропленка с инструкциями по оперативной работе. КГБ отозвал его назад в Советский Союз, на чем карьера незадачливого шпиона и закончилась.[155] Нет никаких данных об обнаружении этой монеты, и не исключено, что она все еще находится в обращении.
Разведведомства Советского Союза и других стран Восточного блока — Польши, Чехословакии, ГДР и Венгрии — в период холодной войны широко использовали монеты в качестве микроконтейнеров. Внешняя разведка ГДР, например, производила три модификации монет-тайников, которые открывались разными способами. Каждая внешне ничем не выделялась среди других монет того же номинала, и для каждой имелся свой способ вскрытия.
Монета «с микроотверстием» открывалась при помощи специального инструмента или иглы. По дизайну она очень похожа на монеты с тайниками, использовавшиеся КГБ.
Монета «с завинчивающейся крышкой» представляла собой две половинки: внешняя, с насечкой по краю, была чуть большего размера, другая, поменьше, служившая лицевой стороной монеты, вставлялась в первую и плотно прилегала, образуя внутри полость. Снаружи это было незаметно, и единственно, что могло выдать шпионскую монету, — чуть меньший, чем стандартный, вес.[156] Чтобы открыть такую монету, ее следовало поместить на ладонь и открутить внутреннюю часть большим пальцем другой руки.
Монета «с кольцом», снаружи ничем не отличавшаяся от обыкновенных, открывалась только калиброванным специальным кольцом.[157]
В 1966 г. КГБ отправил на работу в Южную Африку майора Юрия Николаевича Логинова, по легенде канадского бизнесмена литовского происхождения. Он обжился, наладил собственный бизнес и начал готовиться к эмиграции в Соединенные Штаты. С собой у него имелась монетка, внутри которой была спрятана микропленка с его персональным кодом, перечнем частот для радиосвязи, позывными, расписанием приема радиограмм из Центра, инструкциями по проведению тайных встреч с другими агентами КГБ и краткое изложение его легенды.[158]
Мини-тайник в виде рупии был изготовлен в Москве в мастерских Оперативно-технического управления (ОТУ) КГБ.[159] Шпионскую монету собрали из двух обычных рупий, пригнанных так, что внешне монету было не отличить от обычных. Конструкция была во многом аналогична той, что в 1953 г. попала в руки ФБР, — она открывалась иголкой через маленькое отверстие, высверленное на лицевой стороне монеты возле кромки. Игла использовалась, чтобы разделить две половинки, но процесс открывания тайника требовал времени. Тайники такой конструкции как нельзя лучше подходили для целей русских разведчиков, хотя быстрого доступа, необходимого для исполнения фокусов на сцене, у них не было.
Разведслужбы других государств также практиковали изготовление монет с тайниками для хранения и передачи шифровок или информации о деталях агентурной связи. Монеты для тайных операций в основном были развинчивающегося типа, т. е. состояли из двух половинок, снабженных резьбой, которые свинчивались вместе, образуя тайник многократного использования — получив сведения в таком контейнере, агент мог в дальнейшем использовать его для обратной связи. Для тех редких случаев, когда монету-контейнер могли осмотреть более тщательно, изготовлялись «одноразовые» тайники. Внутрь помещали материалы для передачи, монету наглухо закрывали и вес монеты с заложенным внутри секретным содержимым подгоняли под вес стандартной монеты. Открыть такой тайник без специальных знаний было невозможно. Способы открывания были разные. Например, требовался небольшой нагрев монеты, скажем, в чашке с горячим чаем или кофе, чтобы растворить клей или низкоплавкий сплав, скрепляющий вместе половинки монеты.[160]
149
Микромаги, специализирующиеся на фокусах с монетами, используют разные монеты — так, серебряный доллар или монета в полдоллара лучше заметны аудитории, а мелочь вроде десяти-центовиков (даймов) сподручнее прятать в ладони во время фокуса, да и обрабытывать их проще. См. Hay, The Amateur Magician's Handbook, p. 129.
150
Органы разведки того времени, НКВД, еще с 1933–1934 гг. начали систематически использовать трюк с маскировкой гибкой пленки в полых монетах для тайной связи с агентами. В период между двумя войнами НКВД проводил сложные разведывательные операции по всему миру, тогда как у американской разведки возможности были очень ограниченные. (В 1994 г. Кит Мелтон в Москве взял интервью у бывшего руководителя подразделения негласной фотосъемки Первого управления КГБ.) Гибкую пленку получали путем отделения тонкого эмульсионного слоя с фоточувствительными элементами от прозрачной основы. Тонкий эмульсионный слой очень хрупок, но его проще прятать. Микрофотоснимок представляет собой негатив, уменьшенный до таких размеров — обычно до 1 мм или меньше, — что без увеличения его не не прочитаешь. Шифр однократного использования выглядит как набор случайных чисел или букв, помещенных в несколько столбцов, и предназначен для кодировки и раскодирования секретной информации. Код используется только один раз и теоретически не поддается дешифровке. Карты хранения данных — формы долговременного хранения информации в цифровом формате при относительно малых размерах (иногда 32x24x2,1 мм) могут вместить гигабайты информации. См. Wallace and Melton, Spycraft, pp. 429–435.
151
Фотографии и изложенную во всех деталях историю можно найти на официальной веб-странице ФБР: www.fbi.gov/libref/historic/ famcases/abel/abel.htm.
152
Нелегалами в традиции советской, а позже российской разведки называют тех, кто работает в иностранных государствах как гражданин страны пребывания и не имеет дипломатического или иного официального прикрытия, указывающего на его гражданство в России.
153
Robert J. Lamphere, The FBI-KGB War, A Special Agent's Story (New York: Random House, 1986), pp. 270–271. Как установили технические эксперты ФБР, послание было зашифровано с помощью пишущей машинки с кириллическим шрифтом. После разговора «с двумя представителями Королевской канадской конной полиции» Лэмфер утвердился в важности «пятицентовика и шифровки» и пришел к выводу, что для кодировки применялся шифр однократного использования («однократного гаммирования»), а сама шифровка адресована советскому нелегалу, тайно действующему в Соединенных Штатах.
154
Polmar and Allen, Spybook, p. 530.
155
Andrew and Mitrokhin, The Sword and the Shield, pp. 159–160.
156
Чтобы компенсировать потерю веса из-за выдолбленной середины монеты, можно внутрь поместить кольцо из металла большей плотности, что позволит довести вес монеты до стандарта.
157
Если монетой, помещенной в специальное кольцо, ударить обо что-то, под действием инерции монета распадется на половинки, открывая тайник с секретным содержимым.
158
Tom Mangold, Cold Warrior: James Jesus Angleton: The CIA's Master Spy Hunter (New York: Simon & Schuster, 1991), p. 215. На диапозитиве текст проступает в виде хорошо различимых букв, а фон светлый. Для сокрытия информации в КГБ разработали методику устранения эмульсионного слоя с подложки для последующего обесцвечивания в йодном растворе. Тонкий эмульсионный слой выглядит со стороны пустым, однако изображение можно восстановить с помощью обычных фотолабораторных реактивов. См. Wallace and Melton, Spycraft, pp. 429–431.
159
Mangold, p. 215.
160
Melton, «The Evolution of Tradecraft».