Страница 4 из 28
В шесть утра с копейками, переключаясь на пониженную передачу на съезде с шоссе, он заметил, что один из его соседей, помощник шерифа Монктон, стоял в окружении сигнальных огней внизу съезда и подмигивал ему фарами. Майк подкатился ближе, опустил стекло и крикнул: «Привет, Джек! Какого чёрта ты отмораживаешь здесь хвост в такую рань?». Помощник шерифа откинул закрывающий лицо капюшон парки, глотнул кофе и сплюнул, освободив место во рту для ответа: «Майк, ты не поверишь. Мне приказали закрыть этот съезд. В ближайшие десять дней пропускать буду только местных жителей — так приказали шериф и мэр Хиллегест. Мы должны разворачивать всех, кто сюда заедет, и отправлять их на старые съезды 52 и 210. Надеюсь, ты домой, там ходят совсем дикие истории!» Майк сделал большой глоток кофе и стёр его остатки с тут же замерзшей на тридцатиградусном морозе бороды. Только после этого он смог обратиться к помощнику шерифа: «Я еду домой и начну готовиться. У меня треть кузова свинины от Ай-Би-Пи, которую я должен завтра доставить в Дулут. Однако сейчас, похоже, она пригодится нам здесь. Позвони, если нужно будет помочь с патрулями, я запираю эту бандуру». Помощник шерифа поблагодарил его, без энтузиазма отдал честь и отогнал машину, чтобы пропустить Майка. Майк ещё не знал, что не успеет закончиться неделя, как их маленький городок Фергюс Фоллс станет очень, очень занят.
Тем временем в Хэмптоне, штат Джорджия…
22 февраля 2010 года. 3:15 утра
К радости Тома, он наконец-то заплатил клерку 72 доллара за туалетную бумагу и консервы, которые все вместе стоили 30 баксов. Удивительно, но спустя полчаса, когда Том пришёл домой, его жена встретила его в дверях. «Ну, и стоило покупать эту туалетную бумагу?» — спросила Сэнди. Том с неловкостью посмотрел на свою прекрасную жену, с которой жил уже двадцать лет, и начал говорить, но был прерван её вопросом: «Эээ… что-то я не вижу твою волшебную туалетную бумагу. Где она, пёсик?» Том уставился в землю, ставя на пол первую партию сумок с консервами и первые два ящика крекеров «Салтин». После этого он начал рассказывать: «Ээээ, ты знаешь, дорогая, на парковке я встретил одного парня, так вот он, знаешь ли, это, как бы, заплатил мне 10 долларов за блок туалетной бумаги, который стоил мне 5,99. Такой идиот!!!» На Сэнди это впечатления не произвело. Строгим голосом, полным отвращения, она сказала: «А если она у нас кончится из-за того, что все магазины закроются, ты дашь мне вытереть задницу заработанными тобою деньгами?»
«Эээ…» — вот и всё, что смог выдавить Том, глядя себе под ноги и плетясь назад в машину, чтобы под покровом ночи забрать еще одну сумку консервированных овощей и пельменей.
23 февраля 2010 года, 1:41 утра
Блин, забыл выключить компьютер. Только посмотрите на эти мейлы и ужасные сообщения! Может, дело в бурбоне или кошмарном сне, но, клянусь, даже в этот поздний час «Послезавтра» — так называла ситуацию пресса — разворачивалось полным ходом: тысячи человек сидели на моих любимых форумах, многие из них просили помочь с инвестициями или рассказать, что надо делать, чтобы выжить. Закончив дела в ванной, я решил, что с тем же успехом могу включить зомбоящик и посмотреть, пришли ли там к осознанию тяжести этого исторического события. Ну, или хотя бы увидеть, хватило ли у наших идиотов, которые помогли создать этот хаос, смелости сделать хоть какие-нибудь заявления из Женевы.
Перепрыгивая с канала на канал, я задался мыслью: покажутся ли в эфире слизняки, вроде Крамера и Кудлова. В своё время мне удалось убедить жену в том, что нужно хотя бы три телевизора, но получилось не совсем так, как я хотел, и пришлось довольствовать двумя, плюс монитором с разделённым на две части экраном, как в те времена, когда я ещё торговал. У неё потрясающее терпение, но она знала, что у меня были подозрения о том, что сейчас происходит. Она всё поняла, и мы выпили бутылку вина, разговаривая на веранде, перед тем, как удалиться на вечерний отдых. К сожалению, меня поманил к себе мой офис, и когда я увидел безумие, творившееся на экране, у меня чуть не взорвалась голова.
И вот в два часа восемь минут на «Бабблвижен» показали специальный выпуск «Быстрых денег», объявлявший и продвигавший, какие «акции лучше всего покупать», когда на следующей неделе снова откроются рынки. Какие акции лучше всего покупать? Эти болваны ведут себя так, будто это всего лишь ужин в китайской рыгаловке, на который вам подали протухшее недожаренное мясо — надо всего лишь выплюнуть его и запихнуть в рот другой кусок, только на этот раз подлить побольше соевого соуса! В 2 ночи мое настроение было омрачено прямой трансляцией «Блумберг» из Швейцарии, и их отношение было прямо противоположно той пропаганде, которая раздавалась с других каналов.
Интервью министра финансов Швейцарии Мерца было очень к месту. Он посмотрел в камеру и твёрдо заявил: «Мы не будем приносить в жертву Европу или собственную страну, чтобы спасти США и их совершенно нелогичную банковскую структуру. Сегодня вечером мы опубликуем официальное заявление после того, как президент Обама выступит в 6 часов по женевскому времени». Я решил, что если я засну, то похмелье станет ещё хуже. Наверное, смогу втиснуть в оставшееся до выступления Обамы время игру в гольф. Единственное — придётся убедить своего босса начать игру в 7:30, а не в 9:30 утра.
05:09 A.M. ET
Кнопка отбоя будильника была приятной на ощупь, но спать было нельзя. Вместо того чтобы в тепле и комфорте заснуть со своей женой, я спал на гостевой кровати, приглушив звук телевизора на случай, если будет активирована система оповещения о чрезвычайных ситуациях из-за того, что коммунистам из Китая надоело слушать отмазки Обамы и Бернарке в Женеве. Конечно же, мной овладело моё параноидальное «я», заставив встать с постели, побриться, принять душ и с усиленным вниманием прислушаться к местной радиостанции, у которой было исключительное право вещать радиосеть «Блумберг» рано утром. Ловя носом запах кофе, доносящийся из моей кофемашины (если вам интересно, кофе был из «Данкин Донатс», свежемолотый), я почувствовал, что в сегодняшней утренней программе кое-что было не так. Утренние ведущие Том и Кен появились в эфире на два с лишним часа раньше обычного. Передача «Наблюдение» от Блумберг началась в 5 утра, а это значило, что либо появились важные новости, либо денежные тузы о чём-то очень беспокоятся. Первое интервью они взяли у члена городского совета Нью-Йорка, который с волнением объявил, что удар по городу будет тем сильнее, чем дольше будут закрыты рынки и чем опаснее будут планируемые действия. «Довольно интересно» — подумал я, потому что здесь, на локальном уровне, не происходило ничего такого, что не являлось бы следствием того потрясения, которое разыгрывалось на международной арене. Люди спокойно относились к закрывающимся банкам и заправкам, на которых нет бензина. Именно поэтому я в спешке брился, наклеивая туалетную бумагу на свежие порезы, когда Том Кин заявил, что по оценкам некоторых экспертов, если торги сегодня и начнутся, то индекс Доу Джонса упадёт как минимум на тридцать процентов, даже если разрешат торговать.
06:00 A.M. ET
Приняв душ, я приглушил радио «Блумберг» и включил телеканал «Блумберг», чтобы услышать, как новый президент ЕС Ван Румпой декламирует следующее:
«Для членов Европейского союза доллар США в своём текущем виде больше не является приемлемой резервной валютой и средством платежа в международных торговых отношениях. На встрече этим утром мы объяснили главам других государств и президенту Обаме нашу политику по этому вопросу. Резолюция по нему уже скоро будет завершена, и в 6 часов по центральноевропейскому времени мы объявим наше окончательное политическое решение».
Оцепеневшими руками я ухватился за стакан, наполовину наполненный слегка уже тёплым вином, и залпом его выпил. Быдломасса, как я их нежно называю, вполне вероятно, проспала это объявление, этот Армагеддон для нашей страны. К чёрту. Сыграю в гольф ещё разок перед тем, как всё покатится в пропасть. Это полный бред.