Страница 49 из 129
— Человек, который нам нужен, должен находиться в корабле, Мургатройд, — произнес Кальхаун. — У него, очевидно, герметически закрывающиеся внутренняя и внешняя двери, и он защищен бериллиево-стальными стенками в пятнадцать сантиметров толщиной. Проникнуть к нему будет не так-то просто. Но главарь должен испытывать беспокойство. Человек интеллектуального типа, пусть даже сбившийся с правильного пути, не может чувствовать себя непринужденно в стае хищников, в которой он вынужден жить. Считаю, что нам нужно добиться такого положения, когда он сам пригласит нас в свои апартаменты. Сделать это будет, однако, ой как нелегко.
«Чи!» — с сомнением в голосе произнес Мургатройд.
— И все же мы займемся именно этим, — заверил его Кальхаун. — В любом случае!
Он взял в руки фотографии. Ким Волпоул указал как само нужное ему место, так и маршрут, которым надлежало следовать. Он жил в городе в течение всего срока его строительства и знал здесь все, вплоть до сети служебных путей, которые находились под землей и не портили прекрасный внешний ансамбль.
— Захватчики, — пояснил Кальхаун тормалю, — должны с пренебрежением относиться к малопривлекательным служебным коммуникациям. Они рассматривают себя в качестве аристократов, поскольку посланы сюда в роли конквистадоров, хотя в сущности выполняют здесь функцию палачей. Хотел бы я знать, что за свинья верховодит в том мире, откуда они прибыли!
Он спрятал фотоснимки и поехал к городу. На окраине съехал с главной трассы в проезд, который вывел его в подобие каменного ложа, по которому проходила дорога для транспортировки в город сельскохозяйственной продукции. Она носила сугубо утилитарный характер, шла туннелями под парками и втягивалась в город совершенно незаметно. На своем пути шоссе пересекало множество специально устроенных площадок, загроможденных мусором, который по мере накопления вывозился на поля в качестве удобрения. Город был действительно превосходно спланирован.
Двигаясь по полускрытой и весьма извилистой служебной дороге, Кальхаун лишь один раз заметил другую машину, проскочившую вдали по длинному мосту, ажурно провисшему между двумя высокими башнями. По отношению к нему машина находилась очень высоко, и, уж конечно, никто из ее пассажиров не глядел на лишенные всякого интереса подъездные торговые пути.
Все произошло очень просто. Кальхаун остановил мобиль под террасами многоэтажного дома, вышел и открыл ворота. Потом загнал машину в еще ни разу никем не потревоженную глубину здания и закрыл вход.
Так, никем не замеченный, он оказался в центре города Было три часа пополудни, может быть, чуть позже.
Медик поднялся по очень чистой, новой лестнице и вышел в ту часть здания, которая предназначалась для горожан. Стеклянные стенки, когда кто-то проходил между ними, меняли свой цвет. Кальхаун даже не попытался воспользоваться эскалатором, а потащил Мургатройда к винтовой лестнице, которая была построена неизвестно на какой чрезвычайный случай. Кальхаун поднимался все выше и выше, внимательно осматривая все попадавшееся ему на пути.
На шестом этаже появились признаки того, что здесь кто-то побывал. Все остальные встречавшиеся до сих пор помещения были готовы к использованию, но их отличала первозданная, чуть припорошенная пылью чистота.
— Ну вот мы и на месте, — весело сказал Кальхаун.
Однако, открывая дверь, он держал в руках бластер. В лаборатории никого не было. Отыскивая необходимый ему шкафчик, Кальхаун с одобрением подумал, что учреждение прекрасно оснащено и находится в рабочем состоянии. Здесь горстка ученых, ожидавших прибытия поселенцев, положила свои жизни, безуспешно борясь с эпидемией. Кальхаун видел кюветы с выведенными ими культурами, теперь уже высохшими и погибшими. Лежал кем-то опрокинутый стул. Видимо, это произошло, когда лабораторию осматривали оккупанты в поисках оставшихся в живых.
Наконец он нашел нужный шкафчик и осмотрел его. Мургатройд внимательно наблюдал за ним блестящими глазками.
— Здесь хранятся препараты, которыми люди пользуются для лечения, — объяснил ему Кальхаун. — Практически все они — яды, если только не применяются особым образом! Вот здесь, Мургатройд, имеется большой набор спор патогенных организмов. Каждый из них имеет свое назначение. Есть тут и синтетические лекарства, которые происходят от ядов, обнаруженных еще на копьях дикарей. Все они великие помощники медицины. И, наконец, анестезирующие вещества. Они тоже яды. Именно на эту группу я и рассчитывал.
Он тщательно отобрал все, что ему было нужно: декстретил и полисульфат. Последний был обозначен как легко воспламеняющийся и представляющий опасность. Еще один препарат. На ярлыке была указана максимально допустимая доза его применения и даны названия веществ, которые могли бы служить противоядием. Мургатройд протянул свою лапку-ручонку: по примеру Кальхауна, отбиравшего нужные препараты, тормаль пытался ухватить все, что попадалось под руку.
Отбор препаратов завершился к заходу солнца. Кальхаун вместе с Мургатройдом спустился по винтовой лестнице в подземные этажи, где врач стал опять что-то настойчиво искать. В конце концов он обнаружил то, что ему было необходимо, — вихревой пистолет-распылитель, служивший для окраски любых предметов, в том числе и стен, путем рассеивания капелек краски в виде «дымовых колечек». Их диаметр в месте попадания можно было менять от двадцати пяти до девяноста сантиметров.
Кальхаун почистил пистолет-распылитель, проделав это очень тщательно. Затем заполнил его резервуар принесенным из лаборатории декстретилом. Пустые емкости спрятал.
— Этот способ, — сказал он, беря в руку пистолет-распылитель, — придумали для борьбы с разного рода беднягами, например с сумасбродами, таскающими в кармане бомбу. Поэтому-то и решили нейтрализовывать таких людей столь мягким образом.
Он осторожно ощупал свои заполненные карманы и одобрительно кивнул.
— А теперь отправимся на охоту вместе с этим пульверизатором необычных размеров, заряженным декстретилом. Есть у меня и полисульфат, и шприц, чтобы обслужить каждую из будущих жертв. Ничего особенного, а? Но если бы я рассчитывал на бластер, то ничего бы не получилось.
Он выглянул в окно, посмотрел на небо. На смену сумеркам надвигалась темнота. Кальхаун вернулся к воротам, выводившим на служебную дорогу. Выйдя наружу, он тщательно прикрыл их. Пешком, все время сверяясь со всеми возможными ориентирами по фотокартам, Кальхаун определил маршрут к энергорешетке. Именно там должен был находиться центр, руководящий действиями захватчиков.
Уже наступила ночь, когда он взобрался по служебной лестнице другого здания. Это был городской Центр связи. Пришельцы сразу же после посадки использовали его как ключевой элемент в организации «чистки» города от оставшихся в живых местных жителей. В нем должна была находиться вся информация о неполадках со связью у абонентов. При фиксировании вызова по соответствующему адресу направлялась группа ликвидаторов. Некоторые изолированные жители могли остаться в городе даже и после первой ночи, не заметив того, что произошло. И сейчас кто-то должен был дежурить в этом Центре, ожидая момента, когда какой-нибудь агонизирующий житель захочет перед смертью услышать человеческий голос.
Действительно, в Центре нес службу дежурный. Кальхаун увидел освещенную комнату и тихо приблизился к ней с пистолетом-распылителем в руке. За ним преданно следовал Мургатройд.
Около двери Кальхаун что-то наладил в своем любопытном оружии и бесшумно вошел. Человек клевал носом, сидя перед погасшим экраном. Когда Кальхаун проник в помещение, стражник поднял голову, зевнул, затем обернулся.
Кальхаун нажал на спуск пульверизатора. Но вместо «колечек» краски из него вырвался вихрь паров декстретила. Это анестезирующее вещество было впервые получено около двухсот лет тому назад на базе этилхлористого соединения. До сих пор оно оставалось непревзойденным по своему эффекту воздействия. Одно из его свойств состояло в том, что малейшей частицы распыленного декстретила хватало для того, чтобы человек рефлекторно открывал рот для вдоха. Вторым свойством было то, что как производное от этилхлористого соединения оно действовало беспрецедентно быстро.