Страница 33 из 129
Кальхаун с особым интересом рассматривал юношу. Мэрил считала его чудом, хотя и представила ему для работы исходный материал. Кальхаун пожал плечами и приступил к работе.
Результаты напряженной работы не замедлили появиться. Награбленное было возвращено. Был заключен всеобъемлющий двухсторонний договор, который подтверждал, что жители планеты Дейра не являются переносчиками инфекции. И если Вельд не сможет убедить в этом другие миры, то станет таким же изгоем, как Дейра. Согласно достигнутому соглашению, к Вельду будет послан корабль-курьер, чтобы вернуть назад двадцать семь находящихся на орбите грузовиков. Большая часть из них будет задействована для доставки мяса с Орида. Остальные доставят с Вельда дополнительную партию зерна, которое будет оплачено. Возникнет необходимость в обмене торговыми миссиями между Дейрой и Вельдом. А затем…
Прошла целая неделя, прежде чем он смог вернуться на свой корабль и подготовить его к полету. Но все равно оставались проблемы, которые нужно было решить.
Когда Кальхаун был почти готов к старту, на корабле появилась Мэрил. Настроение ее было не из лучших.
— Я бы хотела, чтобы вы познакомились с Корваном, — сказала она как-то жалобно.
— Я уже видел его, — ответил Кальхаун. — Думаю, со временем он станет великим гражданином своей планеты. Для этого он обладает всеми талантами.
На лице у Мэрил появилась легкая улыбка.
— Но вы от него не в восторге.
— Я этого не сказал, — запротестовал Кальхаун. — В конце концов, он вам нравится, а для меня это невыносимо.
— Но вы даже не пытались… — девушка запнулась. — Впрочем, и я не пыталась вас очаровать. Но почему?
Кальхаун лишь развел руками, но смотрел на Мэрил с большим уважением. Не каждая женщина спокойно воспримет тот факт, что мужчина не обращает на нее внимания, даже сознавая свою привлекательность.
— Вы выйдете за него замуж, — сказал Кальхаун. — Надеюсь, вы будете очень счастливы.
— Это желанный для меня мужчина, — откровенно призналась Мэрил. — Я не сомневаюсь в его верности. Он думает лишь о грандиозных открытиях. Хотя я бы предпочла, чтобы это было не так.
Кальхаун сдержался и не задал напрашивающийся вопрос. Вместо этого он задумчиво сказал:
— Есть одно дело, с которым вы можете справиться. Оно должно быть сделано. В этом секторе Медслужба очень плохо работает. Предстоит сделать целый ряд открытий. Не думаю, чтобы ваш Корван пренебрег возможностью получить их на блюдечке с голубой каемочкой. Как бы то ни было, они должны стать известны.
— Мне кажется, я понимаю, что вы хотите сказать, — ответила Мэрил. — Именно я подсказала ему некоторые вещи относительно того, почему исчезают синие пятна. У вас есть для меня нужные книги?
Кальхаун молча кивнул и вручил девушке то, что она просила.
— Эх, Мэрил! Если бы мы полюбили друг друга, какая бы команда у нас была! Очень жаль! Вот вам подарок к свадьбе, который лучше спрятать…
Девушка взяла его за руки.
— Я люблю вас так же, как и Мургатройда! Правда! Корван никогда ни о чем не узнает и станет великим человеком. — Затем добавила, словно защищаясь: — Но я не думаю, что он способен только на открытия, которые я ему подскажу. Он сам должен сделать великие открытия.
— Из которых самое великое — это вы! — сказал Кальхаун. — Удачи, Мэрил!
Девушка удалилась с улыбкой на лице. Но вытерла глаза, когда выходила из корабля.
Наконец медицинский корабль стартовал. На очереди была следующая по списку планета. После возвращения в Главное управление сектора он представит убийственный доклад о положении дел в этом районе.
— Мургатройд, входим в подпространство!
Звезды исчезли, вновь установилось полное безмолвие, нарушаемое лишь записанными на пленку звуками, помогающими переносить эту невыносимую тишину.
Много дней спустя корабль вышел из подпространства и Кальхаун начал ориентировать свой корабль в новой ярко освещенной солнечной системе.
В нужное время он нажал кнопку связи.
— Внимание, Земля! — произнес он тоном приказа. — Внимание, Земля! Медицинский корабль «Эскулап 20» просит сообщить координаты для посадки. Цель визита: проверка состояния здоровья на планете. Наша масса — пятьдесят стандартных тонн.
Пока сообщение преодолевало многие тысячи километров, установилась пауза. Затем в динамике послышалось:
– «Эскулап 20», повторите свои исходные данные! Кальхаун спокойно повторил.
Мургатройд с блеском в глазах наблюдал за ним. Возможно, он ожидал, что ему опять позволят побеседовать.
— Мы предупреждаем вас, — раздайся властный голос, — о наказании в случае передачи ложных данных о себе и цели посадки. У нас нет никакого желания подвергать нашу планету риску. Если вы и после предупреждения собираетесь совершить посадку…
— Да, собираюсь, — перебил Кальхаун. — Прошу координаты.
Получив координаты, он их зафиксировал. Выражение лица было слегка печальным. «Эскулап 20» включил двигательную установку и начал спуск. Мургатройд спросил: «Чи-чи? Чи?»
Кальхаун вздохнул.
— Ты прав, Мургатройд! Нам придется прилететь сюда еще раз!
Мюррей Лейнстер
Оружие-мутант
Глава первая
Вероятность неблагоприятных последствий не может равняться нулю в поступках обыденной жизни. Она возрастает по большой экспоненте, когда ряд подобных деяний повторяется длительное время. При этом воздействие ограничителей морального порядка на поведение человека может рассматриваться как доступный математической проверке фактор уменьшения числа вероятных неблагоприятных последствий. Впрочем, оттого, назовем ли мы это «разумным использованием возможностей», «этикой» или «благонравием», суть дела не меняется Все равно это — тот метод, с помощью которого неблагоприятные последствия становятся менее вероятными Произвол же, например, вообще не может быть обоснован математически
Небольшой космический корабль Межзвездной медицинской службы находился в гиперпространстве. Кальхаун, поудобнее устроившись в кресле, читал «Вероятность и поведение человека» Фицджеральда. В этих условиях оставалось лишь терпеливо ждать. Тормаль Мургатройд, свернувшись калачиком, дремал в углу, заботливо прикрыв хвостом нос. Ровно струился свет. Раздавались какие-то приглушенные неясные шумы. Они были крайне необходимы для душевного спокойствия космонавта в мертвящей тишине корабля, который мчался со скоростью, многократно превышавшей световую. Кальхаун перевернул страницу и зевнул.
Где-то что-то шевельнулось. Послышались потрескивания, и записанный на пленку голос произнес: «Выход из подпространства через пять секунд после звукового сигнала».
Тотчас же тишину прорезало важное и уверенное, как у метронома, тиканье специального механизма. Кальхаун заложил страницу, поднялся и направился в рубку. Он сел в кресло пилота, пристегнул ремни безопасности и сказал:
— Эй, Мургатройд! Ты что, не слышишь небесную музыку? А ну вставай и причешись. Прибываем к месту назначения.
Мургатройд приоткрыл один глаз и увидел Кальхауна в кресле пилота. Он сладко потянулся и неспешно побрел в поисках предмета, за который он мог бы зацепиться. При этом он пристально следил своими блестящими глазками за Кальхауном.
«Дзинь!» — раздался звуковой сигнал, и начался отсчет: пять… четыре… три… два… один!
На исходе последней секунды корабль вынырнул из подпространства. Возникавшее при этом чувство невозможно было спутать ни с чем. Желудок Кальхауна, казалось, скрутило двойным узлом, а самого его мучительно втягивало по спирали в какой-то конус. Он с трудом сглотнул. Похожие звуки издавал и Мургатройд. Картина вне корабля разом изменилась.
Слева по курсу беззвучно пылала в вакууме Мэрис. Позади виднелось созвездие Кита. Свет от него будет пробиваться сюда через космос еще много лет, хотя Кальхаун покинул размещенное там Медуправление всего три недели назад. Величаво плыла по своей орбите третья от центрального светила планета. Кальхаун перепроверил расчеты, удовлетворенно кивнул головой и бросил через плечо Мургатройду: