Страница 113 из 129
События изложены мной в виде рассказа. Так лучше, поскольку человек — такое животное, для которого надежда столь же необходима, как пища или воздух. Но уточняю: все вышеизложенное — это сгусток сведений, извлеченных из архивов и записанных на тонких металлических листочках, а не выдумка. Мне кажется, что это стоит подчеркнуть.
Как мне представляется при моих нынешних познаниях, Машина — и это так и должно быть и будет, независимо от того, какая она — из металла или энергии, — ив самом деле выше Человека. Поэтому, прочитав эту историю, считайте что вам угодно. Но призадумайтесь. Может быть, ваше мнение изменится.
Ромен Фредерик Старзл
Микро-вселенная
— Если уж ты так настроен отправиться туда, мешать не буду, — со вздохом произнес профессор Хэлли, обращаясь к сидевшему в лаборатории напротив него молодому человеку. — Все равно когда-то человек должен решиться на этот шаг, и никто квалифицированнее тебя не сумеет об этом путешествии отчитаться.
— Еще бы! — рассмеялся Хейл Мак-Лэрин, его ученик и друг. — Недаром же я так долго хожу в ваших помощниках, став по существу соавтором этого фантастического изобретения. Но… Существует проблема Шерли. Она непременно хочет меня сопровождать.
— Раз так, то тебе следовало бы согласиться, — откликнулся Хэлли. — Ты знаешь, что я люблю свою дочь еще сильнее, чем она тебя, но прекрасно понимаю, что, если ты наподобие наших экспериментальных кроликов обратно не вернешься, вся ее дальнейшая жизнь пойдет прахом. Поэтому она предпочла бы все время находиться с тобой рядом, разделив все опасности, которые подстерегают тебя в этом микромире.
— Ну уж я — то там точно не застряну! — с жаром отозвался Хейл Мак-Лэрин. — Мы ведь поняли, почему наши зверушки исчезали. Неожиданно очутившись на чуждой им, неведомой планетке, они с перепугу стремглав удирали куда глаза глядят. Естественно, выскакивали за пределы действия нашего аппарата. Я же не собираюсь покидать места посадки в этом мире.
— И все же нельзя исключать возможность того, что ты окажешься не в состоянии вернуться. Шерли уже не ребенок. Надо хорошенько объяснить все потенциальные опасности этой затеи — и пусть решает сама.
И он позвонил домой. Жил он неподалеку от университета, где возглавлял кафедру физики. Поэтому уже через несколько минут она, сияя улыбкой, вошла в лабораторию и, увидев озабоченные лица обоих мужчин, пошутила:
— Кого хороним?
— Ну зачем ты ерничаешь в столь ответственный момент, — с укором заметил Хейл. — Мы пригласили тебя, чтобы еще раз объяснить, какой ты подвергаешься опасности, настаивая участвовать в этом эксперименте вместе со мной. Честно говоря, я категорически возражаю, но твой отец считает, что решать вправе только ты.
— Разумеется! — уверенно заявила она. — Неужели ты думаешь, что я позволю какой-нибудь атомной обольстительнице окрутить тебя?
— Ну вот, я ей о серьезных вещах, а она… — буркнул молодой человек.
Поднявшись, он прошел в угол широкого, скудно обставленного помещения и отдернул занавеску из грубой работы синего полотна, скрывавшую комплекс сложных электрических приборов. В центре громадного цилиндра, опиравшегося на цоколь из какого-то необычного прозрачного зеленого материала, возвышался внушительных размеров стеклянный колокол, в котором легко могли бы разместиться стоя два-три человека. К различным частям цилиндра были подведены толстые медные провода, отходившие от блока высоковольтных катодных ламп. На стене под прозрачный зеленый цоколь было заведено несколько поршней, образовывавших нечто вроде гидравлического домкрата, позволявшего опускать тяжелую платформу и вводить под этот хрустальный колпак нужные для опыта объекты.
— Решено, что через несколько минут я отправляюсь в неведомое, — нарочито резко бросил Мак-Лэрин в сторону Шерл и, не сумев, однако, прикрыть этой бравадой и суровостью очевидную к ней нежность. — Твой отец объяснит сейчас ситуацию, всю опасность эксперимента, и если ты и после этого не передумаешь, то составишь мне компанию.
— Как тебе хорошо известно, Шерли, — начал, словно вещая с кафедры, доктор Хэлли, — мы с Хейлом довольно основательно занимались вопросами основ строения материи. Не скрою, что сенсационных открытий в этом плане нам сделать не удалось, но в ходе исследований появились совершенно новые, не менее удивительные и увлекательные направления.
Нам, в частности, удалось, используя совершенно новый вид космического луча с неизмеримо меньшей, чем все известные источники света, длиной волны добыть — правда пока не подтвержденное — доказательство того, что электроны, вопреки утвердившемуся мнению, отнюдь не целиком пронизаны отрицательным электрическим зарядом и что тот на самом деле сосредоточен в настолько микроскопически малой частичке его реальной материи, что иными методами его и не обнаружишь.
Продолжая продвигаться в этом направлении, мы случайно наткнулись на другое свойство космического луча. Выяснилось, что некоторые его обертоны при значительном усилении обладали способностью уменьшать или увеличивать любую материальную массу и ее объем, не меняя форму. И пределов этому мы не обнаружили. Думаем, что — так может продолжаться до бесконечности.
Это наводит на некоторые мысли относительно строения мира. Если бы мы смогли доказать, что атом со своим ядром и спутниками-электронами на деле, а не только по аналогии, является уменьшенной копией Вселенной, то мы с полным правом выдвинули бы тезис о том, что элементы Мега-Вселенной над нами и Микро-Вселенной ниже нас по масштабной шкале — суть звенья одной и той же цепи, уходящей в бесконечность!
Доктор Хэлли перевел дух. Его помощник и не старался подавить охвативший его энтузиазм, а глаза дочери засверкали. Но при этом ее взгляд был обращен не на комплекс аппаратуры, а на мужественное загорелое лицо ее суженого.
— Мы уже провели серию опытов по засылке в Микро-Вселенную самых различных объектов, — продолжил Хэлли. — Туда отправились стулья, монеты, стаканы, кирпичи и прочая подобная чепуха. И — главное! — мы уверенно смогли все их оттуда вернуть. Но когда дело дошло до живых существ, кроликов и даже собаки, то все они куда-то запропастились в этом загадочном мире, и мы оказались не в состоянии забрать их обратно в нашу реальность! Хейли полагает, что они выскочили за пределы действия наших лучей. Не знаю, что и думать по этому поводу. Может, он и прав. Но нельзя исключать и того, что судьба их ужасна, и мы никогда и ничего о ней не узнаем. Поэтому-то он и предлагает послать в Микро-Вселенную человека, а точнее, самого себя. Это, вне сомнения, рискованный и опасный шаг. Есть риск, что он обернется чем-то жутким и чудовищным. Но если ты продолжаешь при всем при этом настаивать на том, чтобы его сопровождать, то я не буду чинить препятствий. Твоя мать покинула этот мир. Возможно, и ты оставишь меня доживать свои дни в одиночестве. И тем не менее ради науки я готов пойти на это!
После этих бесхитростных слов воцарилось безмолвие. Его нарушила Шерли, воскликнув:
— Хочу туда!
Профессор на секунду отвернулся. Когда он вновь обратился к молодой паре лицом, ничто не выдавало терзавшего его внутреннего конфликта. Решительно дернув за рычаг, он опустил на пол цоколь зеленого цвета. Мак-Лэрин и девушка поднялись на платформу, и домкрат доставил их под стеклянный купол. Профессор повернулся к громадной панели управления.
— До свиданья! — прокричал он. — Я верну вас сюда же через полчаса.
— Всего доброго! — ответили они приглушенными голосами.
Заработал мощный генератор, наполняя помещение жалобным гулом. Профессор поколдовал над всякого рода кнопками и рубильниками, и стеклянный колокол заполнился фиолетовым светом, переливавшимся и извивавшимся, словно полярное сияние. Он окутал смельчаков, начиная все быстрее и быстрее завихряться вокруг и постепенно скрывая их за своей пеленой. В конце концов он сконцентрировался в сердцевине купола, казалось, цепко ухватился за края зеленой платформы и полностью поглотил оба человеческих силуэта. Хейл и Шерли, улыбаясь, ободряюще иногда помахивали руками.