Страница 121 из 132
Проверили даже рапорт полковника Смольцова. Самые авторитетные эксперты научно-исследовательского института судебных экспертиз исследовали почерк, бумагу, чернила — и пришли к выводу, что рапорт написан рукой Смольцова, на бумаге, выпускавшейся именно в те годы и чернилами, сделанными тогда же.
Не нашли четкого ответа и на самый главный вопрос: зачем Валленберга арестовали. Утверждение, что НКВД хотело создать своеобразный «запас» известных западных деятелей культуры, науки и даже дипломатов нейтральных стран для того, чтобы их можно было выгодно обменять на наших перебежчиков, не выдерживает критики: как известно, из десяти сотрудников шведской миссии в Будапеште был задержан один Валленберг, а остальные благополучно прибыли в Стокгольм. Неубедительно звучит и намек на то, что советское правительство якобы хотело обменять на Валленберга шестерых советских моряков, отказавшихся возвращаться на Родину — шведы без каких-либо условий вернули в Союз сотни интернированных военнопленных, которые умоляли их не выдавать палачам ГУЛАГа. Так что ответ на вопрос, зачем арестовали Валленберга, знал лишь тот, кто отдавал этот приказ. Нам известно, что приказ был подписан Булганиным, но теперь уже нет никаких сомнений в том, что он был лишь канцелярским исполнителем, но никак не инициатором этой изуверской акции.
И все же точка в этом запутанном деле поставлена. Это сделала Главная военная прокуратура России, которая в декабре 2000 года Рауля Валленберга полностью реабилитировала и признала жертвой политических репрессий. Это все, что могли сделать россияне для родственников Рауля, для его страны и для него самого, вернее, для его души, которая, хочется надеяться, оценит наши хлопоты.
ТРАГЕДИЯ ДОМА РОМАНОВЫХ
Триста четыре года правил Россией Дом Романовых, хотя среди них были императоры и императрицы, которых и Романовыми-то назвать нельзя. Как известно, с конца XVIII века их род практически пресекся и представителей правящей династии нужно было называть то ли Голштейн-Готторпами, то ли Салтыковыми.
А ведь если покопаться в архивах и почитать хроники трехсотлетней давности, то совершенно неожиданно выяснится, что Романовы оказались на троне случайно. На Руси бояре Романовы были отнюдь не самыми знатными и родовитыми. Правда, нельзя не отметить, что двое Романовых все же вошли в историю: это одна из жен Ивана Грозного Анастасия и ее брат Никита, который верой и правдой служил своему зятю. А вот один из сыновей Никиты — Федор со временем стал патриархом и взял имя Филарет. И хотя патриарха и любили, и уважали, никому и в голову не могло прийти, что его шестнадцатилетний сын Михаил станет царем.
Напомню, что Россия начала XVII века — это бесконечные смуты и распри, это два Лжедмитрия, это поругание святынь, это едва не состоявшийся распад страны. А ведь тогда жил куда более авторитетный, знатный, сильный и популярный боярин, который по праву должен был стать основателем новой династии. Я говорю о Михаиле Скопине-Шуйском. И дед, и отец Михаила были воеводами, так что родился он, можно сказать, в седле и вскормлен с копья. В восемнадцатилетнем возрасте Михаил был пожалован в стольники, а в двадцать — он уже воевода.
Сперва Михаил отличился в боях против крестьянской армии Болотникова, потом прикрыл Москву от польско-литовских войск, пришедших со Лжедмитрием II. Известен Скопин-Шуйский и тем, что создал совершенно новую, регулярную армию. У него была прекрасная конница, у него была вооруженная пищалями пехота и даже мощная артиллерия. Он бил врага под Ярославлем, Калязином, под Троице-Сергиевой лаврой, а 12 марта 1610 года его войска торжественно вошли в Москву, разгромив перед этим польско-литовских интервентов.
Михаилу было всего 23 года, а его знала и любила вся Россия. По свидетельству современников, он был богатырски сложен, статен и необыкновенно красив. На беду Михаила, в эту пору на троне сидел его родной дядя Василий Шуйский, который видел в племяннике угрозу своему правлению. В те жестокие времена все сомнения и недоумения решались просто: когда Михаил приехал на крестины сына князя Воротынского, будущая крестная мать Екатерина, которая была дочерью печально известного Малюты Скуратова, поднесла Михаилу кубок вина. Могучий богатырь залпом осушил кубок — и чуть не рухнул замертво. У него носом хлынула кровь, начались колики сердца — и через две недели Михаила не стало.
Я так подробно рассказываю о Михаиле Скопине-Шуйском не только потому, что он был достойнейшим претендентом на престол, но и потому, что в народе ходила легенда, будто спасение Руси наступит только тогда, когда царем станет человек по имени Михаил. Так оно и случилось, но через три года царем был избран другой Михаил — Михаил Романов. Мало кто знает, что ходила в ту пору и другая легенда: Михаилом династия начнется — Михаилом же и закончится. Удивительно, но это зловещее предсказание сбылось: последним русским царем был не Николай II, а Михаил II, но разговор об этом впереди…
Как показало время, приход на трон рода Романовых, действительно, стал спасением для России, но… лишь на краткие три века. Романовы Россию спасли, поставили на ноги, сделали великой державой, но они же ее и погубили, заплатив при этом самым дорогим, что есть у человека — своей жизнью.
О трагической судьбе Николая II и его семьи написано и рассказано немало, а вот о его родных и двоюродных братьях, о его старших наставниках — братьях его отца Александа III — почти ничего не известно, кроме того, что многие из них были убиты большевиками. Это действительно так: восемнадцать представителей Дома Романовых были казнены. За что? Ведь никто из них не воевал на стороне белых, не организовывал заговоров с целью свержения советской власти, не пытался вывезти несметные богатства. Так что убили их просто за то, что они — Романовы.
Поразительно, но это факт: восемьдесят лет никто в нашей стране не пытался разобраться в этой трагедии и, главное, реабилитировать Великих князей как жертв политических репрессий. Лишь в 1996-м представители Санкт-Петербургского общества «Мемориал» обратились в прокуратуру северной столицы с кратким, но очень емким письмом.
«В соответствии со ст. 6 Закона о реабилитации просим реабилитировать репрессированных по политическим мотивам (расстреляны в январе 1919 года в Петропавловской крепости) Великих князей: Романова Георгия Михайловича, Романова Николая Михайловича, Романова Дмитрия Константиновича и Романова Павла Александровича».
Три года шла переписка, три года со скрипом и скрежетом буксовала чиновничья машина и вот, наконец, летом 1999-го появился уникальный документ. Думаю, что стоит привести его полностью.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
по материалам уголовного дела арх. № 13-1100-97
1. Романов Николай Михайлович, 1859 года рождения, уроженец г. Царское Село, ученый-историк.
2. Романов Дмитрий Константинович, 1860 года рождения, уроженец имения Стрельна.
3. Романов Георгий Михайлович, 1863 года рождения, уроженец имения Белый Ключ под Тифлисом, директор музея Императора Александра III в Петербурге (Русский музей), арестованы 1 июля 1918 года в г. Вологде.
4. Романов Павел Александрович, 1860 года рождения, уроженец г. Царское Село, проживавший до ареста в Петрограде. Президиумом ВЧК от 9 января 1919 года утвержден приговор ВЧК (дата неизвестна) к высшей мере наказания «членов, бывшей императорской Романовской своры», который приведен в исполнение 24 января 1919 года.
На Романовых Николая Михайловича, Дмитрия Константиновича, Георгия Михайловича и Павла Александровича распространяется действие ст. ст. 1, 3 п. «б» Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий».
Справки о реабилитации выданы Лукьянову Г. Ю., представляющему по доверенности ЕИВ Великую Княгиню Леониду Георгиевну Романову.