Страница 92 из 101
Первый месяц после увольнения кажется просто отпуском. Затем начинается чувство какого-то беспокойства. На службу торопиться не надо. Мужская работа по дому переделана. Книги перечитаны (все книги перечитать невозможно, хотя к этому надо стремиться). Сама собой возникает мысль о трудоустройстве. Но куда? Что офицер умеет делать? Офицер умеет делать все. Именно все. Я не говорю о работе токаря, высококвалифицированного слесаря или каменщика. Кроме узких специальностей, офицер может все. И это он должен запомнить. Не должно быть никакого комплекса неполноценности. Любую должность он может легко освоить и стать специалистом своего дела.
Абсолютное большинство офицеров грамотные, добросовестные, работоспособные люди. В странах с высоким уровнем развития промышленные и финансовые круги держат на контроле процесс увольнения офицеров из армии и уже заранее готовят им должности. Но мы до этого не доросли и вряд ли когда-нибудь дорастем.
Началась моя эпопея похода по промышленным предприятиям и фирмам. Взяли меня на работу в одну фирму, которая вскоре преобразовалась в корпорацию. Звучит гордо. Должность не обозначили, оклад не положили, кабинет не выделили, средствами связи не обеспечили. Посмотрите, поработайте, а там видно будет. Поставлена задача — продать кому угодно старые рельсы, которые скупили у железнодорожников. Покрутился-повертелся и нашел покупателей из Китая. Руководитель делегации, симпатичная китаянка, надеялась установить постоянные деловые контакты с Россией. Рельсы, то есть металлом, Китаю были нужны. Провели ряд встреч, обговорили условия контракта на большую сумму, долго торговались, дрались за каждую копейку, но контракт подписали. Обмыли контракт марочным вином в кабинете президента. На следующий день мне говорят:
— Принимай в подотчет рельсы.
Что??? Я заключил контракт, а теперь должен стать кладовщиком и заниматься отпуском рельсов? Стоять. Пришел к президенту и уведомил его, что работа здесь меня не удовлетворяет. Ушел.
Здесь нужно помнить такой момент. Многие фирмы принимают работников как бы «на честное слово», посмотреть. Через месяц ему дают поворот от ворот, не заплатив ни копейки за работы. И таких хитрованов пруд пруди.
Если у вас есть желание работать впустую, то ради Бога. У каждого свое хобби. Если с кем-то и о чем-то договариваетесь, то оформляйте эти договоренности в виде контракта или трудового соглашения, где должно быть прописано ваше денежное вознаграждение и прочие вопросы. И один экземпляр этого контракта должен быть у вас на руках, чтобы потом была возможность оспорить действия работодателя в суде.
Если человек отказывается оформлять какие-то документы, то какая у вас есть необходимость ставить себя в положение мальчика, которому посулили большую и вкусную конфету и не дали? Нужно учитывать то, что частные компании в России любыми способами пытаются уйти от социального пакета, который является обязательным практически во всех странах мира, поэтому смотрите, какие вы документы подписываете, читайте их и не верьте никому на слово. Слово к делу не подошьёшь, а во всех инстанциях требуется подтверждающая ваши слова бумажка. Обычно те, кто машут рукой на бюрократию, потом разводят руками и делают огромные удивленные глаза.
Начал я искать работу на государственных предприятиях, которые постепенно преобразовывались в акционерные общества, АО. Что такое АО, наверное, никто до сих пор не уяснил, и рабочие АО устраивают забастовки по случаю невыплаты дивидендов по акциям и вообще зарплаты, являясь акционерами и собственниками этого АО.
Пошел на гиганты промышленности. В аэрокосмическом объединении заместитель генерального директора, бывший полковник, старался помочь устроиться инженером в службу по оформлению загранвиз. Много за границу ездят, дела кипят, иностранные партнеры туда-сюда, туда-сюда. Один из директорских родственников, майор запаса, перебил должность. Извини, друг, не получилось.
Гиганты моторостроения, электротехники просто стояли, и ходить туда не было никакого смысла. Оставался гигант машиностроения, о продукции которого знают во всем мире. Наши мужики на его машинах постоянно за границу выезжали. Кто же не знает танка Т-80У? У меня и сейчас сохранились хорошие отношения с работниками отдела кадров этого завода.
Направили меня в охрану — нужны кадры. Служба безопасности завода крутила меня и вертела как для подготовки к полету на Луну и проверяла как для ответственной командировки за границу с важным правительственным заданием. Наконец, мне сообщили, что меня берут на работу охранником. Вохром (пусть не обижаются работники этой важной и необходимой службы на предприятиях). Если деваться вообще некуда, если нет ни пенсии, ни других средств существования, ни образования, ни опыта, то можно пойти и просто охранником.
Пошел на биржу труда. Предложили перечень работ плотников, столяров, слесарей, котельщиков, сантехников. Научиться этому можно. Опыт слесаря-полковника уже пропагандировался в свое время. Даже Героя Социалистического труда ему присвоили. Не все его правильно понимали, но что делать, если у него мечта была когда-нибудь стать слесарем.
Одна женщина на бирже слышала, что на агрегатном заводе требуются переводчики. Побежал туда. Действительно требуются переводчики, но для глухонемых, сурдопереводчики. В цехах с большой зашумленностью работают глухонемые. Здоровый человек там глохнет, а глухим все нипочем. Для общения с глухонемыми нужны сурдопереводчики.
— Хотя, — сказали мне, — на заводе начала создаваться служба внешнеэкономических связей.
И дали координаты заместителя генерального директора. Он был первым в этой службе. Я оказался вторым. Правильно говорят, что надо быть в нужное время и в нужном месте. Долго мы беседовали, и в конце разговора он мне сказал:
— Приходи завтра в восемь часов, будем работать.
Коллектив во внешнеэкономической службе подобрался не совсем опытный, но инициативный. Первооткрывателем всегда быть интересно. Одновременно с работой изучал продукцию, производимую предприятием, ходил по цехам, беседовал с рабочими и мастерами, чтобы понять принцип действия агрегатов и из чего, из каких деталей они собираются. Не зная этого, трудно хоть как-то показать, что продаешь стоящую вещь. Сейчас при полете в самолете или на самолете уже мысленно представляешь процессы, происходящие в агрегатах авиадвигателя при изменении положения сектора форсажа в кабине пилота. Я не инженер и поэтому мне легче усвоить новый материал. Да и новый взгляд всегда находит то, что не видно привычному, как говорят, «замыленному», взгляду.
Несмотря на чувство сопричастности к производству сложнейшей техники, не выходит из головы мысль, что наша техника слишком сложная и требует усовершенствования в плане упрощения и изменения технологии изготовления.
С этим вплотную пришлось столкнуться после участия области в Женевской промышленной выставке. Мы договаривались с одной швейцарской фирмой о производстве заготовок для родственной продукции, причем мы должны были делать черновую обработку деталей, которые затем будут покрываться бронзой и срок службы их увеличивается в несколько раз. Попросту говоря, нужна обдирка деталей и она оказалась настолько сложной для такого мощного и универсального предприятия, что невольно закрадывается сомнение в возможности производства другой продукции, кроме той, которая десятилетиями выпускалась и подвергалась только незначительной модификации.
Как бы там ни было, но продукция завода была нужна огромному количеству предприятий в России и СНГ и мы удивлялись, почему она не находит сбыт.
Экспортные поставки для завода крайне не выгодны. Всем распоряжается «Росвооружение», оставляющее себе львиную долю выручки, а перечисляемых заводу сумм не хватает даже на закупку сырья, необходимого для выпуска новой продукции, не говоря уж о выплате заработной платы и расходах на содержание завода.
Работа идет в убыток. Чем больше продукции будет сделано, тем больше завод будет в убытке. Парадокс да и только. Рабочие делают детали, собирают агрегаты, работа поистине ювелирная, а зарплату платить нечем. Налоги начисляют с оборота продукции, и пеню на налоги начисляют. Вся фискальная система ведет к тому, чтобы предприятия уменьшали выпуск продукции или совсем закрывались.