Страница 9 из 29
Заметив их оживленную жестикуляцию, Баркер пришпорил коня и подскакал к ним.
— Индейцы! — сказал Хили, указывая на следы.
Сидя верхом, Баркер выглядел еще внушительнее, еще самонадеяннее. Тем не менее увидев отпечатки копыт, он помрачнел. Следы уводили в сторону пустынных и диких краев, причем это были следы подкованной лошади.
Ни один белый человек, будучи в здравом уме, не поехал бы в том направлении в самой середине зимы.
— Лошадь подкована, — произнес Баркер. — Значит, всадник не индеец.
Было очевидно, что Баркер обеспокоен. Искоса поглядывая на него, Хили удивлялся: почему следы белого человека так его встревожили?
Баркер резко повернулся к Дженис.
— Этот парень, Мэбри… Он говорил, что догонит нас?
— Нет. С какой стати?
Вспомнив о Мэбри, Дженис покраснела. Ей не следует думать о таком мужчине. Он — убийца, отвратительный и злобный, скрывающий свое истинное лицо под маской равнодушия.
Фургоны медленно их догоняли. От впалых боков лошадей поднимался пар. Путешествие казалось легким и приятным, смерзшийся снег выровнял все ямы и ухабы. Они приближались к высоким заснеженным холмам, поднимавшимся все выше и выше к серому хмурому небу. Баркер сказал, что это южная оконечность Биг-Хорна.
После свежего морозного воздуха в натопленном фургоне показалось душно и тесно. И все же Дженис была рада, что вернулась сюда. Она взглянула на подруг. Мэгги вязала. Доуди, лежа на спине, читала «Харперс Уикли».
— Хорошо погуляли? — спросила Доули, глядя на них поверх журнала.
— Чудесно. Тебе бы тоже не мешало.
— Она не пойдет, — язвительно сказала Мэгги. — Не пойдет, пока не увидит какого-нибудь мужчину.
— Не желаю я на них смотреть. — Доуди принялась демонстративно прихорашиваться. — Пусть они на меня смотрят.
— С твоей-то походкой, — усмехнулась Мэгги.
— Ты просто мне завидуешь.
— Завидую? — Мэгги взглянула на нее в упор. — В твоем возрасте у меня не просто были мужчины. Я знала, как с ними поступать!
Доуди по-кошачьи потянулась.
— И я узнаю, — промолвила она благодушно. — Кто-нибудь меня научит.
Том Хили со смехом сказал:
— Только осторожней. На первом же уроке тебя научат тому, что нужно проходить в конце.
Доуди посмотрела на него широко раскрытыми невинными глазами.
— Но я всегда начинаю читать книгу с конца!
Глава 6
Погода не менялась. Дорога по-прежнему была хорошей. В тот день они проехали двадцать миль и столько же — на следующий. Прямо перед ними выросли заснеженные вершины.
Каждое утро они вставали на рассвете и ехали весь день почти без отдыха. Хили, наблюдая за Баркером, заметил, что тот выбирает дорогу со знанием дела. Временами они кружили, делали небольшой крюк, но неизменно это оказывался наиболее удобный путь, поэтому времени путешественники не теряли.
Иногда Хили и Дженис уходили далеко вперед и смотрели, как фургоны понемногу их нагоняют. Но уйти вперед можно было лишь среди холмов, поскольку на равнине лошади шли слишком быстро.
Со стороны ярко раскрашенные фургоны с упряжками лошадей выглядели совершенно неуместными в этих диких заснеженных краях.
Баркер нервничал; причем с каждым днем он вел себя все бесцеремоннее. Лишь то обстоятельство, что они находились вдалеке от ближайшего поселения и всецело зависели от Баркера, удерживало Хили от серьезного разговора с ним. Несколько раз во время остановок он замечал, что Баркер о чем-то вполголоса беседует с Уайкоффом и Бойлом; причем разговор тут же прекращался, если Хили подходил к ним слишком близко.
Хили все чаще задумывался о том, почему Баркер не хотел иметь попутчиком Мэбри. Ведь лишняя пара крепких рук им бы сейчас очень пригодилась. Не говоря уже о знании и опыте.
Однажды фургоны увязли в глубоком снегу на дне протоки, и несколько часов тяжелого труда ушло на то, чтобы вытащить их. Толкать фургоны пришлось всем, даже девушкам. Иногда они пристегивали к одному фургону обе упряжки, чтобы подняться по крутому склону.
Хили частенько оглядывался назад, надеясь, что Мэбри их нагонит. Но с какой стати ему их догонять? Значит, нечего и надеяться. Из замечаний погонщиков и разговоров у костра он уяснил, что к северу от них на сотни миль протянулась совершенно безлюдная пустыня. Тем не менее Баркер выбрал именно этот маршрут.
Однажды в стороне от тропы Хили увидел остатки костра, а вокруг него — следы сапог. Вернувшись к фургонам, он, однако, никому об этом не сказал. В другой раз за высоким сугробом обнаружил что-то вроде укрытия или наблюдательного пункта; и там же — вновь следы сапог. Однако сапоги эти были с квадратными союзками, совсем не такие, как у Мэбри. Вернувшись в фургон, Хили застал Дока Гилфорда за раскладыванием пасьянса.
— Ну и как дела?
Хили хмуро взглянул на старика.
— Не важно. Что-то не нравится мне Баркер.
— Он напоминает мне одного мошенника, с которым мне приходилось встречаться, — задумчиво проговорил Гилфорд, — только этот куда подлее.
Хили наблюдал, как Док раскладывает карты. Он и сам чувствовал, как сильно изменился во время путешествия, — стал осторожным и подозрительным, каким прежде не был.
— Скажите, у вас есть оружие?
Док, похоже, нисколько не удивился вопросу.
— Ага.
— Держите его под рукой.
— А я и так держу. — Док осторожно положил карту. — В последнее время…
Горы становились все ближе. Красноватая стена песчаника протянулась далеко на север. Теперь они продвигались гораздо медленнее, так как приходилось пересекать множество проток и ручьев. Тропы уже не было, и Хили казалось, что они едут наугад. Возможно, здесь пролегала конная тропа, а они ее не видели — земля почти полностью была покрыта снегом.
Во время одной из остановок Баркер объяснил им ситуацию.
— Все перевалы на севере сейчас закрыты. Мы поедем через Дыру-в-Стене. Это единственное место, где можно пройти. Туда после битвы с Кастером пришли шайены под предводительством Тупого Ножа.
— А мы сможем там проехать?
— Да. Там протекает небольшая речушка — приток Паудера. За Стеной — дикая равнина, но дорогу я знаю.
Следов они больше не встречали, однако Баркер все время их искал. Он по-прежнему нервничал. На ночевку они остановились в излучине ручья, у широкого прохода в красноватой стене песчаника. Вокруг расстилались покрытые настом снега.
Фургоны поставили углом — как защиту от ветра. Бойл собрал хворост и развел костер. Уайкофф отвел лошадей к ручью и разбил лед, чтобы животные могли напиться.
Хили бродил по берегу ручья в поисках плавника. Из фургона вышла Дженис и присоединилась к нему. Щеки ее горели на морозе, глаза сверкали.
— Ну как? — спросил он, понимая причину ее приподнятого настроения.
— Чудесно! Просто замечательно!
Девушка шла, собирая хворост. Внезапно она остановилась как вкопанная. Потом сделала еще несколько шагов и снова остановилась. Обернувшись, тихо позвала:
— Том!
Он побежал к ней, сжимая в руке тяжелую дубину. Увидев, что она одна и ей ничто не угрожает, он успокоился.
— Дженис, что случилось?
— Кажется, я что-то услыхала. Там, в кустах. Вон там…
За спиной у них хрустнула ветка.
Резко повернувшись, они увидели Арта Бойла, пробиравшегося сквозь кустарник. Он ухмыльнулся:
— Прошу прощения за беспокойство. Собираем хворост?
— Я там немного уже собрала. — Дженис показала на кучу хвороста.
Когда Бойл ушел, она вопросительно взглянула на Хили.
— Том, что это значит?
— Не знаю, — неохотно признался он. — Но чем больше я об этом думаю, тем меньше мне все это нравится. Они ни на секунду не выпускают нас из вида, и по какой-то непонятной причине Баркер не хочет встречаться с посторонними, не хочет, чтобы кто-нибудь увидел нас.
— Но почему?
— Если бы я знал!
— Том, ты думаешь… полагаешь, они решили нас ограбить?
Хили задумался. Разумеется, он никому не говорил, что денег у них больше, чем требуется для такого путешествия. Сколько могут стоить фургоны со снаряжением?.. Ведь они не знают о припрятанных пятнадцати тысячах. Или знают?