Страница 25 из 29
Оттуда, где он лежал, укрывшиеся во впадине люди оставались незаметными. Пока им чертовски везло. После убийства Гилфорда и неудачной попытки лишить жизни его, Мэбри, они выбирались из всех переделок невредимыми — отчасти благодаря погоде, отчасти благодаря тщательно выбранному маршруту.
Но с каждым часом риск увеличивался. Закон везения не позволит им бесконечно пользоваться благосклонностью судьбы.
Хотя солнце и пригревало, земля оставалась холодной. Через одежду холод проникал в тело. Слишком долго земля лежала под снегом, она не успела оттаять, а легкий ветерок чинук не смог прогреть ее. Но они лежали и ждали, хорошо зная повадки своих противников. Надежду вселяло лишь то, что эти сиу — молодые индейцы, гордо презирающие белых и отчаянно стремящиеся доказать, что они настоящие бойцы. Их может подвести отсутствие выдержки, которой не занимать куда более опасным врагам, закаленным во многих битвах старым индейским воинам.
Наконец Мэбри заметил едва уловимое движение: вверх по склону медленно поднималась небольшая группа сиу. Но это наверняка не единственное направление атаки. Мэбри соскользнул со склона во впадину.
С востока нападения не будет, решил он, там негде укрыться на голой земле. Первой атакует та группа, которую он видел, но, несомненно, последует и отвлекающий маневр, например, попытка напасть с другой стороны и украсть лошадей.
— Оставайтесь с лошадьми, — сказал он Дженис. — Если они нападут — стреляйте. Том, — повернулся он к Хили, — поднимись на тот склон. Не думаю, что там будет больше трех-четырех сиу, Доуди, бери ружье и иди со мной.
Доуди вынула из кармана шесть ружейных патронов и положила их рядом с собой на землю. Девушка побледнела, но держалась молодцом.
— Запомни, — сказал он, — когда они нападут с другой стороны, не оглядывайся! Нам придется положиться на Тома. Секунда, на которую ты отвлечешься, — может стоить нам жизни, мы потеряем единственный шанс отбить атаку. И еще: ты стреляешь вниз по склону, поэтому целься в колени.
Медленно текли минуты. Мэбри знал, что сейчас индейцы осторожно ползут в траве, подлаживаясь под каждое дуновение ветерка, скрывающее их движение. Тишину разорвал хор пронзительных криков, за ними последовали выстрелы — один, второй, третий.
Мэбри рассчитывал, что сиу будут искать их на дне впадины. Так и произошло. Услышав выстрелы, индейцы вскочили и побежали вверх.
Доуди подняла ружье.
— Не спеши, — прошептал он. — Пусть подойдут поближе.
Они поднимались легко и уверенно, не ожидая встретить сопротивления до тех пор, пока не перевалят через гребень. Мэбри глубоко вздохнул и прицелился. За его спиной шла непрерывная беспорядочная стрельба. Значит, Хили жив и обороняется.
На телах сиу уже видны были струйки пота и прилипшей земли — они подошли совсем близко.
Мэбри выстрелил, и пуля скосила первого бегущего индейца. Мэбри тут же прицелился и снова выстрелил, слыша рядом оглушительный грохот ружья — один, второй, третий выстрел.
Атака сорвалась, индейцы побежали. А Мэбри еще стрелял им вслед.
— Ладно, Доуди, пошли обратно, — ровным голосом сказал он девушке. — Ты держалась молодцом.
Побледневшая Дженис ждала с револьвером в руке. Мэбри проследил за ее взглядом — она смотрела на противоположный склон оврага: там неподвижно лежал Том Хили.
Мэбри, вскочив на вороного, пустил его рысью вверх по склону. Глаза неподвижно лежащего Хили были широко открыты. Лицо его напоминало белую страдающую маску, казалось, его вот-вот стошнит. Увидя Мэбри, он медленно встал и прошептал:
— Пойдем быстрее дальше, ладно?
— Конечно, — ответил Мэбри, — сажай Мэгги в седло.
Том Хили побрел по склону холма вниз, а Мэбри, оглядевшись вокруг, увидел двух лежащих индейцев. Один пытался еще ползти, волоча перебитую пулей ногу. Второй уже никогда не сможет двигаться — пуля из винтовки Хили попала в металлическую часть ружья индейца, превратив его в бесформенный кусок железа, размозживший голову несчастному. Зрелище было жуткое, понятно, почему Хили едва не стошнило.
Кинг Мэбри, съехав с холма, присоединился к остальной группе.
— Уезжаем, — сказал он. — Пока они решают, стоит ли повторить атаку, — бежим.
Мэбри быстрой рысью вывел группу из впадины с западной стороны, оставив позади поле боя. У подножия соседнего холма он повернул на юг, затем сделал круг на запад и вернулся на тропу, ведущую на север. Минут двадцать они скакали галопом, затем перешли на шаг, потом опять минут десять скакали и снова повели лошадей шагом.
Въехав в лабиринт оврагов и низких холмов, они все больше удалялись от места стычки с индейцами.
Смеркалось, когда впереди замаячили хижина и амбары. Возле жилья — никаких признаков пребывания людей, лишь несколько лошадей находилось в коррале.
До смерти уставшие, сгорбившиеся в седлах мужчины и женщины медленным шагом спустились с холма.
Их путешествие, кажется, подходило к концу.
Дженис обернулась в седле. Она едва помнила Хэк-Крик, а все города, в которых она побывала, и все театры, в которых играла, казались ей какими-то нереальными.
Сумерки сгустились. Они подъехали к дому. Трудный путь окончен. Окончен ли?..
Глава 17
Крепко сбитая бревенчатая хижина стояла у слияния двух маленьких ручейков. Еще один ручей сливался с ними чуть дальше. Вокруг хижины простиралось поросшее травой открытое пространство, вдоль ручьев темнели купы деревьев, а возле дома росло несколько огромных старых тополей и сосна.
На зов Кинга Мэбри никто не отозвался, и они въехали во двор. Земля вокруг амбаров, впрочем, амбарами их не назовешь — сараюшек была утоптана; в коррале стояли лошади. Спрыгнув с вороного, Мэбри отстегнул кожаную петлю, удерживающую револьвер в кобуре, и подошел к крыльцу.
Его мокасины прошуршали по зазубренным деревянным ступенькам. Держа наизготовку поднятый кулак, он стоял, прислушиваясь. Тишина. Он постучал; в ясном ночном воздухе стук прозвучал неожиданно громко.
Он постучал еще раз, и только тогда увидел вставленный в щель белый квадратик, почти одного цвета с побеленной дверью и потому почти незаметный.
Наклонившись и напрягая глаза, он попытался прочитать написанное. Потом рискнул зажечь спичку.
«Уехал в Форт-Кастер. Отдыхайте, ешьте, оставьте в доме дрова. Виски в доме нет. Денег тоже. Виски я выпил. А деньги взял с собой, чтобы купить еще виски.
Уинди Стюарт».
Мэбри открыл дверь и вошел внутрь. Чиркнув спичкой, увидел свечку и зажег ее. Дом был меблирован более чем скромно, но в ящике для дров лежали поленья, а в очаге был выложен хворост. Комната, в которой он находился, служила одновременно гостиной и кухней, а два нешироких занавешенных дверных проема вели в маленькие спаленки, в каждой из которых стояло по две кровати. Уинди Стюарт, похоже, часто принимал гостей.
Мэбри поставил свечу на стол. Он чувствовал себя уставшим донельзя. Силы были измотаны потерей крови и долгим переходом. Раны не беспокоили, а только чесались — значит, заживали.
Дом был чистый и удобный. Жаль, что им не удастся здесь хорошо отдохнуть: на рассвете надо выезжать. Однако до Форт-Кастера, судя по всему, недалеко, и как только они окажутся там, все их беды разом кончатся.
— Входите, — крикнул он от двери. — Я поставлю лошадей.
— Я и сам о них позабочусь, — ответил Хили. — Отдыхай.
Мэбри снял Мэгги с лошади и помог ей дойти до дома. Когда он уложил ее на одну из кроватей Уинди Стюарта, она посмотрела на него благодарным взглядом.
— Я до смерти устала, — сказала она, — но чувствую себя лучше.
Мэбри подошел к распахнутой двери, вглядываясь в ночь. Отсюда открывался широкий обзор — удобное пространство для обстрела, правда, немного мешали деревья. Уинди Стюарт не мог не знать об опасности, которую представляют старые тополя, но, наверное, ему очень не хотелось рубить их. «Я бы тоже не срубил», — решил Кинг.
Дженис подошла к двери.