Страница 73 из 103
Гиан еще раз глубоко вздохнул и вошел в комнату. До этого он еще ни разу не был внутри.
Его бабушка стояла посредине комнаты, представляя собой кошмар из черного материала и серовато-белесой кожи. Она намотала длинные волосы Тесс на правую руку, левой она зажимала рот девочки. Её пальцы были похожи на когти орла, чучело которого он видел в охотничьей комнате, её лицо, длинное и худое под черной шляпой, которую она казалось, никогда не снимала, было перекошено и казалось немыслимо жутким. Гиан больше не сомневался: эта злая ведьма навлекла бурю на замок.
— Закрой дверь, — грубо сказала она.
Гиан послушался, не отрывая взгляда от Тесс. Её глаза, испуганные и широко открытые, умоляюще смотрели на него. Её лицо было в слезах. Она не пыталась высвободиться, а стояла безропотно и тихо.
— Прошу тебя, — сипло сказал Гиан, — отпусти её.
— Я должна утопить её в море.
— Почему… почему ты говоришь такое?
— Она незаконнорожденная, — сказала ведьма так тихо, что Гиану с трудом удалось разобрать слова. Из-за этого они прозвучали еще более угрожающе.
— Пожалуйста, бабушка, отпусти ее. — Ему нелегко далось это обращение, но он надеялся, что ей понравится.
— Видишь шнур, там впереди? — спросила ведьма и указала на блестящий, богато украшенный шнур, который свисал с потолка рядом с окном. Звонок для вызова прислуги. — Иди туда и потяни за него!
Гиан подошел к окну и сделал то, что приказала ему ведьма. Где-то в глубине замка сейчас раздался звон.
— Пожалуйста, бабушка, отпусти Тесс, она же ведь тебе ничего не сделала, — повторил он еще раз с мольбой в голосе.
— Она дочь Лисандра, его внебрачный ребенок. — Её взгляд на миг просветлел, когда она вспомнила о давно минувших днях, и снова огонь безумия зажегся в глазах.
Тесс вдруг решила вырваться из цепких когтей, но ведьма только сильней рванула девочку за волосы. Снова хлынули слезы из голубых глаз Тесс, и она вновь неподвижно застыла.
Раздался стук в дверь и в комнату вошел Яков, самый старший из слуг. Когда он понял, что произошло, он сразу же постарел еще больше. В его взгляде был ужас, но он не решился вмешиваться.
— Эти дети заслуживают наказания, — холодно произнесла ведьма.
Якову с трудом удалось отвести взгляд от глаз Тесс, в которых отражалась мука.
— Мадам, не думаете ли вы, что…
— Нет! — резко прервала его ведьма. — Мы запрем их в подвале камина.
Яков сглотнул.
— Обоих? — беспомощно спросил он.
Ведьма зло посмотрела на него, затем кивнула. Она двинулась к двери и рванула за собой девочку. В своём черном одеянии она, казалось, плыла над полом, не касаясь его.
Гиан растерянно смотрел как они обе исчезли в коридоре. Якову тоже с трудом удалось оторвать взгляд и наконец он посмотрел на Гиана.
— Вы слышали, молодой господин. — Мертвенно бледный он указал на дверь. — Если вы будете так добры пройти со мной…
Гиан двигался как лунатик. Он знал, что это был его последний шанс убежать, но у него не доставало сил противиться указаниям взрослых, — он позволил Якову взять его за руку, пальцы слуги дрожали. Никто не встретился им, пока они следовали по коридору за ведьмой и Тесс.
Только в вестибюле одна из горничных обратила на них внимание. Она как раз спускалась вниз по лестнице и от страха уронила стопку белья. Гиан бросил девушке умоляющий взгляд, но когда Яков кивком головы приказал ей не вмешиваться, она быстро собрала белье и поспешно удалилась.
Они остановились перед огромным камином в торце вестибюля. Пустое отверстие камина зияло перед ними как кричащая пасть.
— Откройте, — приказала ведьма.
Яков отпустил руку Гиана, взял кочергу и пошарил ею в вентиляционной шахте камина. Через какое-то время кочерга натолкнулась на сопротивление и зацепилась за что-то. Скрытый механизм с шуршанием пришел в движение, — начала подниматься задняя стенка камина. Их глазам представилась прямоугольная непроглядно черная дыра.
Ведьма вскрикнула: Тесс изо всех сил укусила её за палец. Когтистая рука отдернулась назад и девочка начала кричать во все горло. На мгновение показалось, будто она действительно высвободилась из костлявых лап своей мучительницы. Но затем ведьма зажала ей рот и другой рукой снова рванула за светлые волосы головку Тесс.
Яков все еще не решался выступить против хозяйки дома. Он всегда гордился своей исполнительностью и сейчас должен был придерживаться её. Шаркая, он отошел от камина и хотел схватить мальчика за руку.
В этот миг с Гиана слетело оцепенение. Он развернулся и, изо всех сил пнув слугу по ноге, бросился на ведьму. Его маленькие руки вцепились в длинную ткань платья, потянули на себя, пока женщина едва не потеряла равновесие. От этого Тесс начала кричать еще громче, потому что ведьма, стараясь удержаться на ногах и, вместе с тем, не отпустить девочку, только сильнее дергала бедняжку за волосы. Гиан вынужден был признать, что его старания не увенчались успехом, — кроме того, Яков быстро приближался сзади.
Еще две горничных и одна помощница на кухне сбежались на шум. Словно окаменев стояли они у дверей и не могли поверить своим глазам. Ни одна из них не осмеливалась вступиться.
Гиан не мог понять, почему взрослые бездейственно стоят и смотрят, как издеваются над ним и Тесс. С глазами, полными слез, он увернулся от рук Якова, пытавшихся его схватить, и бросился к лестнице. Он еще увидел, как ведьма и Тесс исчезли в черной глотке камина и устремился вверх по ступеням.
Яков малодушно бросился было за ним, но когда ему стало ясно, что его госпожа уже не смотрит, дал мальчику уйти. Он уже давно осознал, какую беду сотворил, послушавшись приказа Шарлоты освободить её. Ему было стыдно. Хотя до возвращения госпожи ему и другими слугам придется ладить с Шарлотой, — кроме того, кто мог знать наверняка, сможет ли Аура действительно вернуться из такого путешествия, да еще в сопровождении её никчемного сводного брата?
В то время как старый слуга остался в холле, Гиан в панике добрался до последней ступени на втором этаже, укрылся за перилами и посмотрел назад в глубину холла. Тесс и ведьмы уже не было, крики девочки замерли. Только Яков еще в нерешительности стоял перед камином, прежде чем ему было приказано спуститься вниз в подвал замка. Через миг он тоже исчез из поля зрения мальчика.
Гиан опасался, что Тесс придется теперь понести наказание и за его побег. Он даже не решался себе представить, что ведьма может сделать с девочкой. Ведьмы не были особо разборчивыми, он знал об этом, а его бабушка была, очевидно, особо злобным экземпляром. Он вытер слезы с глаз, поднялся и побежал дальше в комнату своей матери, где вытащил связку запасных ключей из-под матраца. Он давно знал, что они лежат там.
С позвякивающей связкой в руке он побежал дальше, поднимаясь все выше, пока не добрался до двери с птичьим рельефом. Ему понадобилось довольно много времени, прежде чем он смог найти нужный ключ. Наконец он вошел в сад на крыше и запер за собой дверь.
Тропические заросли, занимавшие большую часть чердака, пугали его. Он нерешительно подошел к выступающим листьям, но не отважился войти в сплетающийся лес. Вместо этого он побежал прямо к одному из стоящих напротив кресел под стеклянной крышей, забрался в него, подтянул колени и попытался заснуть. Может, все еще образуется.
Но он, конечно же, не заснул. И лучше тоже не стало.
Джунгли внезапно расступились и нежный голос сказал:
— Не грусти.
Гиан испуганно приподнялся.
— Ты кто? — со страхом спросил он, когда из чащи кто-то вышел.
— Я хочу помочь тебе.
— Зачем? — Гиан еще глубже вжался в кресло.
Мужчина поднял обе руки вверх, чтобы показать, что он не замыслил ничего плохого. При этом он дружески улыбнулся.
— Отцы ведь для этого и нужны, не правда ли?
Всего в нескольких сотнях метров севернее от «Воеводы» проплывали известняковые горы Крыма. Полуостров простирался на двести километров вглубь Черного моря. Капитан объяснил Ауре, что когда очертания Крыма останутся позади, это будет означать, что половина пути уже пройдена, но обрывистые известняковые скалы были все еще отчетливо видны. Аура смотрела на них в подзорную трубу, которую взяла с собой из дому. На побережье рос дикий виноград, лоза обвивала деревья и живые изгороди. Узкая зеленая прибрежная полоска казалась одичавшим садом, и контраст с возвышающимися над ней крутыми скалами не мог бы быть сильнее. То и дело на горизонте показывались хижины, наполовину спрятавшиеся в горах и покрытые сверху кирпичом-сырцом. Их окружали стада коз и овец.