Страница 15 из 80
— Каких людей? — переспросил полицейский.
— Я их не знаю. Их было двое, может больше. Не могу сказать точно. Мистер Хокарт тоже их боялся. Он пошел к прилавку, чтобы попросить ружье. Но человек за прилавком не дал ему ничего.
— И правильно сделал, — удовлетворенно кивнул полицейский.
— Не знаю. Я убежала. Спряталась. Потом искала комнату, чтобы спать.
Галлафер обернулся к Майку:
— Что вам известно о Хокарте? Не был ли он замешан в чем-нибудь? Может, наркотики?
— Только не он, — поспешно ответил Майк. — Ему это ни к чему. Эрик благоразумный, рассудительный, иногда даже слишком серьезный человек. Он достаточно замкнут и часто предпочитает одиночество. Так лучше думается. И ему всегда недоставало в жизни по-настоящему уединенного места, где не было бы поблизости телефона. Видите ли, когда человек достигает многого в жизни, то окружающие не хотят оставить его в покое. Они вечно надоедают со своими прожектами и идеями. А Эрику не нужно чужих идей. Он просто подыскивал тихое место, где мог бы спокойно жить и думать. Вообще-то я лично считаю Эрика Хокарта скорее изобретателем, чем ученым. Так как он всегда сам находит применение своим открытиям. Многие из его друзей и коллег занимаются исключительно чистой наукой, исследованиями. А вот Эрику было дано предвидеть практическую ценность открытий. Он умел обратить их в реальные деньги.
— У него были недоброжелатели? Не угрожал ли ему кто-либо физической расправой? — спросил полицейский.
— Об этом мне ничего не известно. Родственников У него не было. Наследников тоже. А друзья? Они, наоборот, были заинтересованы, чтобы Эрик жил как можно дольше.
Если Галлаферу и было что-либо известно, то показывать свою осведомленность он, очевидно, не собирался. Судя по характеру вопросов, он пытался прозондировать почву, надеясь отыскать подходящее объяснение случившемуся. По крайней мере, у Майка сложилось именно такое впечатление.
— Мэм, вот вы сказали, что испугались тех людей. А почему?
— Мы с мистером Хокартом были в пустыне. Он очень… очень беспокоился. Мы сели в машину, а те люди вдруг выскочили из-за камней. Но мы уехали. А потом те люди пришли в ресторан, — разволновавшись от воспоминаний, отвечала Каваси.
— Где сейчас Хокарт? — еще раз спросил Галлафер.
— Нам бы тоже хотелось это знать, — заметил Раглан. — Они, должно быть, захватили его.
— Похищение? — уточнил полицейский.
— Похоже на то, — подтвердил Майк. — Насколько мне известно, трупов на пожарище не найдено. Следовательно, Эрик скорее всего остался в живых. Если не ошибаюсь, его машина находится у вас?
Галлафер неторопливо попивал кофе. Он производил впечатление проницательного, умного человека. И Майк надеялся, что полицейский не станет подвергать сомнению его рассказ. К тому же по большей части это была чистейшая правда, если, конечно, не вдаваться в некоторые подробности. Галлафер внезапно взглянул на Майка:
— Хотелось бы знать, чем вы занимаетесь.
— Я писатель. Пишу в основном о дальних странах и необычных приключениях. С Эриком мы знакомы на протяжении нескольких лет. И сейчас он хотел посоветоваться со мной.
— По поводу чего? — поинтересовался полицейский.
— Эрик просил, чтобы я рассказал поподробнее об этих местах. Я ведь и сам одно время жил тут. Исходил почти все отдаленные уголки.
— Это какие же?
— Дарк-Каньон, Фэйбл-Каньон, Бычья Впадина, Свит-Элис-Хиллз, Вуденшу — вы ведь сами их знаете не хуже меня.
Галлафер неохотно кивнул.
— Похоже, вы действительно в этом разбираетесь. — Он снова отпил глоток кофе. — Кому понадобилось похищать Хокарта? Вы никого не подозреваете?
— Нет. — Раглан немного помолчал. Потом сказал: — Видите ли, мы с Хокартом время от времени обмениваемся книгами. В основном это самые обычные, недорогие издания в мягком переплете. Одна такая книга была оставлена для меня в Тамарроне, там, где я остановился. А через некоторое время какой-то человек тайком пробрался ко мне в дом и пытался ее выкрасть.
— Выкрасть книгу? Да зачем, черт побери?! — изумился Галлафер.
— Вот то-то и оно! Мне кажется, он принимал ее за что-то другое.
По возможности коротко Раглан рассказал о звонке девушки-портье. И как затем, проснувшись, увидел стоящего у бара незнакомца.
— Хорошо еще, что он не убил вас, — заметил полицейский.
Раглан в ответ лишь улыбнулся.
— Думаю, я сумел бы убедить его не делать этого, — тихо сказал он.
— Вы смогли бы описать его? — Галлафер с надеждой посмотрел на Майка.
— Да. Ростом примерно пять футов и девять или десять дюймов. Темные волосы, темные глаза, смуглая кожа. Широкоплечий. Он показался мне профессионалом, по-настоящему опасным парнем.
— На чем основан такой вывод?
— Парень полностью владел ситуацией. В его поведении не было и намека на нервозность. Он мгновенно оценил обстановку. Видел, что я не пытаюсь задержать или остановить его. Понял, что во избежание неприятностей убивать меня не стоит. Это был настоящий профессионал, все действия которого просчитаны и выверены. Его невозможно обратить в паническое бегство. Он просто развернулся и вышел.
— А потом? — с нетерпением спросил полицейский.
— Я подошел к окну и видел, как он шел по снегу, направляясь к шоссе. Там сел в белый фургон, который тут же укатил в сторону Дюранго.
— Вы сейчас назвали его профессионалом. Что вы имели в виду?
— Именно то, что сказал, — пояснил Майк. -Мне приходилось время от времени встречаться с подобными людьми более чем в десятке стран. Парни такого типа обычно состоят на службе в ЦРУ, ФБР или КГБ. Этот человек точно знал, что от него требуется. И был готов в точности выполнить задачу. Он не из тех, кто станет шутить.
— А этот ваш Хокарт — он когда-нибудь работал на правительство? У него были секретные разработки? — поинтересовался Галлафер.
— Мне об этом ничего не известно. Когда-то он занимался чем-то подобным. Но с тех пор прошло слишком много времени.
Наступило тягостное молчание. В следующие несколько минут никто не произнес ни слова. Полицейский производил благоприятное впечатление. И тогда Майк Раглан решился на опасный шаг. Безусловно, изложив Галлаферу свою версию случившегося, он рискует прослыть полоумным. Но Майк счел необходимым как-то подготовить полицейского к встрече с тем таинственным, что, возможно, ожидало его впереди. Негоже, чтобы этот человек занимался поисками вслепую. Приняв это рискованное решение, Майк начал издалека.
— Я понял, что вы давно здесь живете, — сказал он.
— В этих краях прошла большая часть моей жизни. А что?
Майк ответил не сразу.
— Бытует мнение, будто эти края стали обиталищем привидений, — неуверенно начал он. — Я имею в виду пустыню на подступах к реке. Когда Хокарт уговаривал меня приехать к нему, у меня, откровенно говоря, сложилось впечатление, будто причиной его беспокойства было нечто, связанное именно с этим.
Возможно, вы сейчас думаете, что я тронулся умом. Но мне и в самом деле кажется, что мы вплотную приблизились к хрупкой грани чего-то неведомого. Поэтому мне бы очень не хотелось, чтобы именно туда ринулись толпы любопытствующих. Лишние люди способны только испортить все дело. Если вы решите отправиться туда, то выбирайте себе в проводники человека, умеющего держать язык за зубами. И хорошо знающего местность.
Галлафер откинулся на спинку стула и не сводил глаз с Майка. Затем, полуобернувшись, окликнул официантку:
— Мари! Принеси мне чизбургер. С ржаным хлебом. И будь добра, еще кофе. — Он посмотрел в окно, стараясь проследить взгляд Раглана. — Ожидаете кого-то? — спросил он.
— И да и нет. Когда прошлой ночью ко мне в дом залез вор, я тоже не ждал никого. Просто я высматриваю белый фургон.
— Ездил тут какой-то по округе. За прошедшие два дня дважды попадался мне на глаза. — Галлафер отвернулся от окна. — А что заставило Хокарта выбрать для своего дома это место? Почему он решил строиться именно здесь?