Страница 30 из 53
Однако здесь хватает народу, который разъезжает повсюду. Я подумал о ее одежде. Она выглядела довольно хорошо, хотя была простой и слегка поношенной, но чистой и выглаженной чей-то умелой рукой.
Даже если Лиза жила здесь недавно, совершенно очевидно, она боялась, что узнают, где обосновалась ее семья. По каким-то личным мотивам? Или из-за того, кто не хотел, чтобы она уезжала из дому?
— Тони, — я запнулся, — мне не хочется уезжать отсюда.
Он пожал плечами.
— Мы нужны Джо. Он ждет неприятностей от Бэлча.
— Их не будет.
— Ты считаешь, амиго, что после вашего разговора он оставит нас в покое?
— Да… Но Бог его знает, может, я и ошибаюсь.
Мы упаковали всю свою поклажу, оседлали свежих коней, но я жалел, что нам приходится уезжать. Чего мне хотелось, так это выкроить время, чтобы съездить подальше на юг и подальше на восток. Там, на плато Эдвардса, было много каньонов — много мест, где можно спрятать скот.
Внезапно меня разобрало любопытство. А сколько всего украдено голов? Я спросил об этом у Фуэнтеса.
— Пятьсот… А то и в два раза больше. Похоже, вор берет дань со всех трех хозяйств и делает это уже года три.
— Тогда ему пора подумать об индейцах.
— Si, но, может, и не пора, амиго. А вдруг они друзья — как ты считаешь?
— Или он нашел какое-то укромное местечко, куда они не станут заглядывать.
Фуэнтес покачал головой.
— Апачи не станут заглядывать? Апачи заглянут даже через врата ада, амиго. Так же, как кайова или команчи.
Дальше мы ехали молча. Делить скот заранее — что-то новенькое для этих мест. Обычно двое-трое соседей собирают животных и потом отгоняют. Добираясь до конечного пункта, они продают пригнанный скот, получая деньги за всех животных с клеймом своей местности, а когда возвращаются, то рассчитываются друг с другом.
Молодняк без клейма обычно получает тавро матери — если она окажется поблизости. И если ранчеро честен. В противном случае отбившееся от стада животное получает его собственное клеймо. Зачастую попадается довольно много скота вовсе без клейма… «мэверики»… Те, кто клеймят скот, или тот, кто за это отвечает, ставят на таких животных то тавро, какое им заблагорассудится.
Много лет назад в Восточном Техасе человек по имени Мэверик, сбывая свой скот стадами, никогда не утруждал себя тем, чтобы пересчитать или заклеймить его. И когда на пастбище попадался неклейменый теленок, кто-нибудь обязательно говорил: «Ага, вот один из бычков Мэверика!» Отсюда и пошло название для неклейменого скота.
Когда мы приехали на ранчо, там царил покой. Мы пригнали мало скота, поскольку намеревались сразу же двинуться дальше.
В бараке оказался Джо Хинг. Не скрывая удивления, он воззрился на нас:
— Не ожидал вас, ребята. Что случилось?
— Разве ты не говорил Денни, чтобы мы приехали? Он передал, что ты готов двинуть на запад за скотом.
— Ну… пока только собирался. Но я не посылал Денни за вами — да и никого другого. Я планировал в начале той недели…
Вот так. Я посмотрел на Фуэнтеса, а он на меня.
— Денни сказал, что мы тебе нужны, — пояснил Фуэнтес. — Может быть, он тебя не понял?
Вошел Бен Ропер.
— Ну как, поддался вам Старый Бриндл?
— Он где-то там. Если хочешь, займись им. Наш приятель как раз собрал по кустам небольшую банду таких же зловредных и необузданных быков, как и сам.
Раздраженный, я отошел к дверям. Что затеял Денни? Я слышал, как Фуэнтес что-то сказал по этому поводу Хингу, но мои мысли грызли меня, как собака кость. Он дал нам… или мне это показалось… дезинформацию и таким образом получил все поле в свое распоряжение. А я мечтал побыть там еще несколько дней. Я даже выругался, вспомнив о своих планах съездить на восток и на юг. Мне хотелось отыскать пропавший скот, и у меня на сей счет имелись кое-какие предположения. А теперь пройдут дни, а то и недели, прежде чем я снова попаду туда.
— В чем дело? — спросил Бен Ропер, скручивая сигарету.
Я рассказал ему.
— Не похоже на Денни, — удивился он. — Очень хороший малый. Отличный работник… А может, ты и прав насчет девушки. После танцев он только и говорил о ней. — Бен усмехнулся. — Трудно предположить, что выкинет молодой бычок, если ему что-то взбрело в голову.
Он прикурил.
— Ладно. Зато поешь как следует. Барби-Энн расстроена, а когда она не в себе, то стряпает отлично.
Бен посмотрел на убегающие вдаль холмы.
— Тут приезжал Роджер Бэлч… Пробыл немного в доме. С тех пор она еще больше не в себе.
— Сколько отсюда до Сан-Антонио? — спросил я, меняя тему разговора.
— Никогда не ездил отсюда, — в раздумье произнес он. — Наверное, миль сто. А то и больше. — Бен перевел взгляд на меня. — Хочешь задать деру? Черт побери, приятель, ты нам нужен!
— Просто размышляю.
Присев на корточки, я поднял осколок камня и начертил на песке грубый контур плоскогорья, как я его представлял… к западу от нас.
Ближайший крупный город — Сан-Антонио, но до него далеко… несколько дней пути.
Между нами и Сан-Антонио простиралась обширная пересеченная местность, поросшие травой равнины сменялись покатыми холмами, где всегда можно было найти ручьи, чтобы обеспечить себя питьевой водой, даже если не известны большие водоемы. Но чтобы гнать телят по этому пути… особенно таких молодых… нет, вряд ли. Тогда вору нужно примириться с потерей по той или иной причине половины скота.
Угнанный скот находился где-то здесь, между нами и Сан-Антонио, и я готов поспорить, что не дальше чем в двадцати милях — где-то тут, в стране кайова. Понадобится вода… Молодняк очень много пьет, пока растет… И кто-нибудь, чтобы приглядывать за телятами… если только в распоряжении скотокрада нет большого количества воды и очень богатого пастбища.
Я посмотрел на свой рисунок. Он мне мало о чем говорил. Оставалось несколько белых пятен, которые необходимо заполнить. Нужно поговорить с кем-нибудь, кто знает эту местность и кто не станет интересоваться, зачем мне это надо. А еще лучше, чтобы тот, у кого я буду выспрашивать, даже не заподозрил, что его выспрашивают.
Выпрямившись, я подтянул ремень с кобурой, когда с крыльца дома кого-то позвали.
— Похоже, ты понадобился, — сказал Бен.
На ступеньках стояла Барби-Энн, и я направился к ней. Бен вернулся в хижину.
Барби-Энн выглядела бледной и напряженной. Ее глаза неестественно блестели, а руки слегка дрожали.
— Тэлон, — произнесла она, — хотите заработать пятьсот долларов?
Пораженный, я уставился на нее.
— Я назвала сумму — пятьсот долларов, — повторила она. — Это больше, чем вы можете заработать за год, даже если вам заплатят как охраннику у Бэлча и Сэддлера.
— Большие деньги, — согласился я. — И как же я их заработаю?
Сжав губы, Барби-Энн уставилась на меня. В этот момент ее можно было назвать какой угодно, но только не красивой.
— Вы убьете человека… Вы убьете Роджера Бэлча.
Глава 16
Ну и дела. Я стоял ошарашенный. Барби-Энн теперь не походила на прежнюю милую девушку. Кожа на скулах натянулась, а лицо пылало такой ненавистью, какую я редко встречал у мужчин, не то что у женщин.
— Убейте его, — повторила она, — и я отдам вам пятьсот долларов!
— Вы меня не за того приняли, — возразил я. — Я не убиваю по заказу.
— Но вы же стрелок! Это всем известно. Вы же убивали людей и раньше! — настаивала она.
— Я пользовался оружием только для самозащиты или защищая собственность. Но никогда не сдавал внаем свое оружие и никогда не стану этого делать. Вы не того выбрали. В любом случае, — более мягко добавил я, — вы сейчас не в себе, на самом деле вы не желаете его смерти. И не можете хотеть, чтобы убили человека.
— Черта с два! — Зрачки Барби-Энн сузились от ярости. — Я хочу видеть, как он валяется мертвый, прямо здесь, на полу. Я бы растоптала его лицо ногами!
— Мне очень жаль, мэм.