Страница 10 из 27
И Брионн остановился на мысли, что стрелял один из тех, которые ехали в багажном вагоне, и что они были дружны с проводником или, по крайней мере, как-то связаны с ним. Одним из них был человек, которого он обнаружил в салуне, но, может статься, что тот высматривал и не его.
Существовала также возможность, что, узнав о его встрече с Грантом, эти люди испугались. Испугались, что он послан на Запад расследовать… но что?
Грант — человек честный, но, как намекал полковник Дивайн, окружен многочисленными политическими проходимцами, стремящимися урвать где только можно. Брионн же известен в качестве специально уполномоченного агента по улаживанию разногласий и, возможно, они заподозрили, что он отправляется на Запад провести ревизию какого-нибудь индейского агентства note 8 или чего-то в этом роде.
Но эта версия была слишком расплывчатой. Как бы там ни было, Грант и все остальное, что с ним связано, было для него в прошлом.
Теперь ландшафт изменился — появилось ощущение новизны. И тишина была другой,; какой-то непривычной. Всему этому Брионн радовался и с любопытством поглядывал на сына.
Наконец Мэт заметил:
— Кажется, здесь воздух другой.
— Да, Мэт. Это сосны… пахнет хвоей. Но дело не только в соснах. Это еще, Мэт, ощущение уединенности, чувство покоя. Мы удалились от людей. И природа здесь девственная.
— Папа, мне здесь нравится.
— Мне тоже.
Брионн указал на отвесные скалы то ту сторону реки. Они тянулись на восток и на запад.
— Вон там сегодня устроим ночевку, а завтра найдем дорогу в этих скалах. За ними — горы. Там водится дичь
В последнее время Брионн не встречал никаких троп, разве только оленьи. Однажды они с Мэтом видели бизона. Но в этих краях их немного осталось, ч те немногие перебрались на высокогорные луга и в другие отдаленные места.
Брионн устроился на ночевку под навесом скалы. Это были «Скалы Бука». Собирая топливо для костра, Мэт остановился и обратился к отцу:
— Папа, смотри, похоже на уголь.
Брионн взял кусок породы из рук Мэта.
— Да это и есть уголь. Его там много? Покажи мне.
Жила оказалась мощной. Он отбил несколько кусков старательским кайлом и принес уголь к костру.
Костер они устроили в скрытом углублении, и дым успевал рассеиваться, прежде чем поднимался над окружающими скалами. Еще днем Брионн застрелил тетерку, и они испекли ее в углях. Время от времени он выходил из-под навеса скалы и вслушивался в ночь. Было тихо — только обычные ночные звуки. Тем не менее на душе у него по-прежнему было тревожно.
За дальним столиком одного из девятнадцати салунов Коринна, за бутылкой виски, сидел Коттон Аллард. Лицо его, красное от природы, еще больше раскраснелось от смеси выпитого спиртного и крайнего раздражения.
— Он был у вас в руках — как вы его выпустили? Он что, по воздуху улетучился? Почему вы за ним не следили?
— Да следили мы. Только он вдруг как сквозь землю провалился, — это говорил человек из отеля «Сазерн». — Спроси у Пибоди.
Пибоди Аллард был тем самым человеком с широкими бедрами, который ехал в поезде с лошадьми.
— Хоффман правду говорит. Брионн хитрющий. Говорю тебе, он парень не промах. Он и его щенок…
— Щенок! — Коттон взорвался. — Он знает нас обоих, тебе это известно! Он знает меня и знает Тьюми — и вряд ли он нас забудет!
— Чего не могу понять, — сказал Пибоди, — так это откуда Брионн знает, где нас искать. Ведь никого не осталось, никого. Ему неоткуда было узнать!
Коттон зло впился в него глазами.
— Тогда как, ты полагаешь, он сюда попал? Случайно?! Ему известно! Я не говорю откуда — но ему известно!
— Надо его найти, — сказал Тьюми. — И придется пришить. Так или иначе придется теперь убрать и его, и мальчишку, а то он найдет нас.
— Кстати, — добавил Хоффман, — в этом поезде ехала родственница Роди Бреннана. Слышал краем уха — она говорила о каких-то серебряных копях или вроде того.
— Роди мертв, — заметил Тьюми. — Нам нет нужды беспокоиться из-за его родственников. По крайней мере из-за какой-то девчонки.
— Но она говорила с Брионном, — подчеркнул Пибоди. — И сидела с его дитем, когда Брионн тушил пожар.
Коттон все это обдумывал, теребя кобуру. Не нравится ему все это. Появление Брионна в Проментри не могло быть случайным. Как-то уж это слишком простое объяснение, слишком уж простое…
— Надо продолжать разнюхивать, пока не узнаем, куда он девался, — наконец промолвил он. — Будьте уверены, кто-нибудь да знает.
— Может, он поехал искать копь Бреннана, — предположил Пибоди. — Ты говоришь, они с девчонкой закадычные друзья.
— Не думаю, чтоб у Бреннана была копь. Если бы она была — мы бы знали. Думаешь, он выдержал бы все, что мы с ним вытворяли, — и не сказал? Быть такого не может!
— Да я видел серебро своими глазами, — сказал Хоффман. — У него точно было серебро — несколько больших кусков.
— Но он не был старателем. Ты сам говорил.
— Так он мог знать какого-нибудь старателя. Как насчет того старика, которому он вечно подкидывал деньжат? Эд Шоу — так его вроде бы…
Коттон взвесил «за» и «против».
— Верно. Суслик и правда говорил, что Шоу мотается без конца по горам где-то там, к юго-востоку отсюда.
Он посмотрел своими маленькими злыми глазками на Хоффмана.
— Ты раскрути этого своего дружка — проводника. Он должен узнать — может, Брионн уехал из Проментри на поезде. А ты, Пиб, сходи поговори с тем ирландцем, у которого Брионн нанял лошадей. Может, он что знает.
Тут заговорил Хоффман.
— В поезде был еще один тип. Такой белобрысый, похоже техасец. Они с Брионном разговаривали.
— Выбрось его из головы. Если отвлекаться на всякого, с кем Брионн говорил, на всякую девку, с которой заигрывал, то мы его никогда не найдем.
— И все же я думаю, нам надо не спускать глаз с этой девчонки. Она сюда примчалась неспроста. Мне кажется, она знает, где серебро.
— Если оно вообще существует. — Колючие глаза Коттона были задумчивыми. Ладно. Я займусь ею. Только не забывайте, мы должны убрать мальчишку. Если он подрастет и у него нервишки будут хоть наполовину, как у мамаши… — Он запнулся, вспоминая. — Кремень, а не баба. Какая выдержка! Как вспомню, как она там… сидит… ждет — мурашки по спине ползут.
Уже на улице Хоффман остановился:
— Ты поосторожней, Пиб. Здешний шериф — крутой малый.
Пибоди, казалось, его не слышал.
— Эта баба не идет у него из головы, — пояснил он Хоффману. — Старина Коттон убил человек двадцать пять — тридцать, насколько я знаю. Из них девять человек в стычках один на один на револьверах, да и баб он штук пять укокошил. Но ни о ком из них он ни разу и не вспомнил. Только все об этой бабе Брионна.
— Я слышал. Тьюми рассказывал. Коттон говорит, что не хочет, чтоб щенок ее вырос и узнал. Мне кажется, ему не так горит заполучить Брионна, как мальчишку.
— Да-а-a. Не скажи. Я слышал, говорили, что Брионн сущий дьявол, когда дело доходит до пальбы.
Какое-то время они шагали по улице молча. Затем Пибоди продолжил:
— Но никто так не стреляет, как Коттон, даже старина Тьюли, а уж он мастак без равных.
— Думаешь, найдем Брионна?
— А как же! Страна хоть и большая, но исчезнуть здесь просто так, без следа — это нет. А если ему невтерпеж нас поймать, то мы ему такую возможность предоставим.
— Тут еще такая штука, — через какое-то время заметил Хоффман. — Брионн не знает в лицо ни Коттона, ни Тьюли. Он их никогда не видел.
— Мальчишка видел, а он — нет.
— Не нравится мне это, — пробормотал Хоффман. — Я никогда не поднимал руку на детей.
— Какая разница, — отрезал Пибоди. — Хрен редьки не слаще. Вырастет — будет такая же гнида, как и папаша.
На углу они расстались. Хоффман немного помедлил в раздумье, а затем зашагал на постоялый двор «Голден Спайк». Его дружок проводник остановился как раз там. И если Брионн уехал поездом, то тот мог услышать что-нибудь об этом.
Note8
Индейские агентства — При Гранте главой комиссии по делам индейцев Эли Самюэлем Паркером была учреждена система назначения агентов по делам индейцев, рекомендованных различными ассоциациями страны для улаживания разногласий между индейцами и белыми поселенцами.