Страница 64 из 81
Ельцин издал указ, согласно которому он объявляется Верховным Главнокомандующим армии. Сам Ельцин долго не соглашался этот указ подписать — боялся, и справедливо, расколоть армию.
15.00. Проехалась по городу. Пробки, но терпимо. Возле Главпочтамта — 2 бронетранспортера, у входа в ЦТ — десантники, по Садовой мимо меня прошлепало 8 танков и 2 БТРа. Больше всего техники на Кутузовском, неподалеку от «Белого дома».
16.00. Площадь возле «Белого дома» забита людьми. Объявляют в мегафон: «Седьмая цепочка построиться, пятая цепочка — собраться у 8 подъезда…» — готовятся к штурму, которого ждут в ближайший час. Оцепление пытается нас не пустить: «Женщинам сюда нельзя». Идущий за нами Андрей Макаров[83]: «Это не женщины, это журналистки». Обижаться нет времени и сил. Наши листовки здесь разбирают вмиг. Впрочем, не только наши.
21.00. Программа «Время», сменив танцующих лебедей, объявила о введении комендантского часа в Москве с 22.00. Главный распорядился всем из редакции уходить. Саша Шалганов[84] с машинистками и выпускающими уехал набирать подпольный выпуск «МН», который обещали отпечатать в Ленинграде. В «Коммерсанте» верстают общую газету закрытых изданий. Володя Орлов[85] сидит в «Белом доме». Мы — Наташка, Татьяна[86], я и Володя Губарев[87] — решили оставаться на ночь в газете: надо гнать информацию по факсам и в подпольный номер.
00.30. 21 августа. Связались с «Белым домом». Вокруг них примерно 40 000 человек. Идет дождь. Людям раздали японские зонтики. Стреляют где-то рядом, понять — холостыми или нет — трудно. Что-то жуткое происходит в тоннеле прямо перед американским посольством: там выстроили баррикады из троллейбусов и пытаются не пропустить танки. Звоню в пресс-службу посольства, отвечают: «Звоните в Госдепартамент, в Вашингтон, мы информации не даем». Я: «По нашим сведениям, прямо перед вашими окнами гибнут сейчас люди». Они: «Звоните в Вашингтон»…
1.40. Снова на телефоне «Белый дом». У них затишье, стрельба прекратилась. Военные говорят, что в подобных операциях есть своя периодичность. Следующей атаки надо ждать в районе 4 утра.
2.10. Татьяна набирает по вертушке Бурбулиса[88]. Он: «Девочки, звоните во все колокола, сообщайте куда только можно: путчисты пошли внаглую. Вокруг нас танки и БТР. В здании около 200 депутатов, не считая журналистов — журналистов много. Всем раздали автоматы. «Где Ельцин?» — «Ельцин здесь».
Состояние дикое: это конец. Открываем бутылку коньяка, пьем за все хорошее, что было. В том числе и за «МН». Дурная мысль: больше всего мне жалко наших редакционных факсов и компьютеров. Ведь придут омоновцы, все разнесут, что не разнесут — унесут. Посылаю факс друзьям в Штаты: «Если что, позаботьтесь о моей девочке». Факс не проходит. Внутренние факсы по-прежнему работают: каждые 15 минут Игорь Королев[89] передает нашу информацию в «Коммерсант». Один международный факс отключили, но второй функционирует. Абсурд!
2.47. Звоним снова Бурбулису: «Я связался с Язовым и Янаевым. Они ответили, что ни за что не отвечают и вообще россияне сами во всем виноваты… В эту минуту ко мне в кабинет входит Шеварднадзе…»
Набираю по вертушке приемную Язова.
Я: «У нас есть информация, что маршал подал в отставку». Дежурный по приемной, майор (фамилию назвал неразборчиво): «Впервые от вас это слышу». Я: «Говорят, Язов болен». Майор: «Впервые от вас это слышу».
Днем, когда Наташка позвонила в Министерство обороны, ей ответили: «С такой газетой, как «Московские новости», говорить не желаем». В приемной Пуго телефон не ответил. Крючкова решили не набирать. Не то чтобы страшно… Татьяна: «Газета закрыта, комендантский час — мало ли чего придет им в голову…»
3.45. Опять связались с Бурбулисом: «Поступила информация: к Москве движется Витебская воздушно-десантная дивизия КГБ. Я позвонил Крючкову. Он сначала все отрицал, потом ответил: «Я разберусь».
Где Ельцин? — «Ельцин по-прежнему здесь».
4.30. По сведениям Бурбулиса, к Москве таки движется дивизия КГБ. От «Белого дома» отводятся войска. Бурбулис: «Какая-то техника уходит, на ее место приходит новая».
5.25. Бурбулис: «Продвижений войск нет. Кажется, произошел перелом. Мы их будем судить».
Утро. Приехали ребята, которые делали подпольный номер. Мы дописываем листовку: «Хроника кровавой ночи». В том столкновении возле американского посольства погибло три человека. Саша Махов[90], который был там, диктует: «Шли три БТР. Им дорогу перегородила баррикада из 6 троллейбусов и толпа в 2,5 тысячи человек. Люди развернули плакат «Братание». Два БТР остановились. Один — № 536 — останавливаться не хотел. Его окружила толпа. Тогда БТР стал разгоняться и своей мощью крушить троллейбусы. На него залезает несколько человек. Видим: БТР снова разгоняется, и два человека оказываются под гусеницами. Кровавое месиво. Я стою в метрах десяти. Народ озверел, стал просить у жителей домов пустые бутылки, сливать в них из машин бензин. БТР подожгли. Из него выскочил экипаж и начал стрелять: какому-то парню пулей снесло полчерепа…»
Вечер. Ну вот и все. Путчисты арестованы. Горбачева привезли из Фороса[91] в Москву. Выглядит он жутко: под глазами — черные круги.
В редакции все друг друга целуют и поздравляют. Эйфория. Надолго ли?
…Оказывается, утром, когда наша машинистка Аня Орешечкина и техред Наташа Сенина клеили листовки вблизи Лубянки, их арестовала милиция: в 9 часов утра ГКЧП издал свой последний приказ, запрещающий распространение «провокационных листовок». Наташу и Аню, попросив одну листовку на память, милиция отпустила. Хотя указ предусматривал арест на срок до 30 суток либо штраф 1000 рублей.
…Днем заехала домой на пару часов поспать. Моя трехлетняя Лелька встретила меня словами: «Мама, ты уже победила хунту?» Я чуть не расплакалась: ну что это за страна, где трехлетние дети столь легко вводят в свой лексикон слово «хунта»?
…Владимир Дудник — генерал-майор в запасе, военный консультант комиссии по чрезвычайной ситуации Моссовета, не слишком оптимистичен: «Да, Таманская и Кантемировская дивизии направились в места дислокации. Но утром к Москве подошла воздушно-десантная дивизия из Молдовы под командованием генерал-майора Востротина (известный афганец). Она высадилась позавчера в Кубинке. Генерал-майор Грачев остановил ее на Минском шоссе. Сейчас она сосредоточена в районе Одинцово. И пока остается серьезной угрозой. Это 10 тысяч человек на маневренной современной технике. Большинство старших офицеров имеют за плечами опыт Афганистана, Тбилиси… Достаточно ее одной, чтобы разнести Москву вдребезги», — утверждает Дудник. Востротин заявил, что будет выполнять приказы своего командования, а не Президента России, которого он главнокомандующим не признает. Дивизия контролируется группой депутатов РСФСР и Моссовета. Правда, когда Дудник попытался вручить командующему головного полка подполковнику Прудченко указ Ельцина, он заявил: «Я не остановлюсь перед тем, чтобы давить и стрелять таких, как вы…»
В распоряжении КГБ, говорит Дудник, по-прежнему несколько десантно-штурмовых бригад плюс спецназ Главного разведывательного управления, численность которого неизвестна. Это люди, — обреченные на верность системе в силу своего служебного положения. Они могут быть задействованы в любой момент.
«Не стоит также забывать, — предупреждает Дудник, — что вокруг Москвы много войск, в том числе специальных. В Голицыне ракетные войска, но у них есть подразделения, которые способны решать задачи как линейные части. В Одинцово и Голицыне — военные училища МВД и КГБ СССР. Все еще не объявила о своей позиции дивизия имени Дзержинского. Пока все они формально не присягнут на верность Президенту России — они представляют опасность. На сегодняшний день приказ командира — это больше чем присяга…» Неужели Дудник в своем пессимизме окажется прав?
83
Андрей Макаров — известный советский адвокат.
84
Александр Шалганов — ответственный секретарь «МН» до ноября 1991 г. Ныне главный редактор футурологического журнала «Если…»
85
Владимир Орлов — парламентский корреспондент «МН».
86
Татьяна Меньшикова — руководитель редакции политической реформы «МН». Ныне — Директор студии «Политика» 1-го канала телевидения («Останкино»).
87
Владимир Губарев — корреспондент отдела расследований «МН».
88
Геннадий Бурбулис — в то время Госсекретарь РСФСР, ныне — первый вице-премьер России.
89
Инженер по телекоммуникационным системам «МН».
90
Александр Махов — обозреватель международного отдела «МН».
91
Днем 21 августа в Крым, в Форос, вылетел специальный самолет. Александр Руцкой с командой из40 вооруженных подполковников и полковников вывез Президента М. Горбачева и его семью (жену, дочь, зятя, внучек) в Москву.