Страница 36 из 82
Дело, касающееся большой группы арестованных, может содержать протоколы допроса арестованных в 1938–1940 гг. работников НКВД. Иногда их заменяет выписка, обычно составленная сотрудником КГБ в 1955–1957 гг. по материалам протоколов допросов. В этих документах бывшие энкавэдэшники, оправдываясь, рассказывали о методах ведения следствия и технологиях получения признательных показаний. Справки, так же как и протоколы допроса бывших работников НКВД, были выдержаны в разоблачительном стиле и характеризовали следствие 1937–1938 гг. как основанное на фальсификациях и принуждении.
Можно отметить следующую зависимость: чем более многочисленной была группа арестованных рабочих, оформленная как подразделение повстанческой организации, тем больше документов самого разного свойства хранится в деле, которое может насчитывать несколько томов. В одиночных следственных делах документов немного.
Наиболее полный набор документов, оформлявшихся при аресте, содержится в делах августа 1937 г., а затем декабря 1937 г. и января 1937 г., когда органы НКВД стали массово арестовывать «инобазу», то есть действующих, но, главным образом, потенциальных диверсантов, шпионов, разведчиков сопредельных государств. Отметим, что в ноябре 1937 г. в делах появляется масса написанных от руки личных заявлений арестованных на имя следователя с выражением желания дать признательные показания о контрреволюционной деятельности. Такое заявление имело стандартную форму: в обязательном порядке содержало информацию о повстанческой организации: фамилию ее руководителя, вовлекшего заявителя в антисоветскую деятельность, и список остальных членов контрреволюционной группы. В это же время протоколы допросов начинают оформляться в виде машинописного текста, в котором имелась, но могла и отсутствовать личная подпись арестованного.
В конечном счете, работа с материалами архива позволила автору изучить следственные дела, содержащие информацию о том, как было репрессировано более четырехсот человек из различных районов Пермского края. Отметим, что в 1937–1938 гг. Пермский край был составной частью Свердловской области, поэтому местные районные и городские отделы НКВД согласно установленной иерархии подчинялись Управлению НКВД по Свердловской области.
Особый комплекс информации о развертывании операции против рабочих был получен в результате статистической обработки массива данных о репрессированных жителях Прикамья. Из него следует, что тройкой при УНКВД Свердловской области за период проведения массовой операции по приказу № 00447 было репрессировано 7959 человек. Здесь нужно подчеркнуть, что эти данные не могут считаться окончательными, т. к. для некоторых репрессированных не указан судебный орган, вынесший приговор, что не позволяло учитывать это лицо среди отобранного массива. Возникали сложности при детальной обработке, представленной в базе информации, т. к. не все арестованные заполняли графы, касающиеся места работы или профессии. Встречалось и дублирование сведений, когда один человек упоминался дважды. Выделение среди этого массива тех, кого можно было считать рабочим, также наталкивалось на ряд трудностей. Главной из них была двойственность статуса людей рабочих профессий, в графе «социальное положение» записанных крестьянами. Тех из них, кто работал в МТС или на заготовке леса, мы классифицировали как рабочих, те же, кто считался колхозником или не дал сведений о месте трудоустройства, из основного массива рабочих исключались. Таковых оказалось около 300 человек.
Собственно рабочих Прикамья, прошедших через тройку при УНКВД Свердловской области, оказалось 3565 человек, что составило 44,8 % от общего числа репрессированных в 1937–1938 гг., сведения о которых доступны в упомянутой базе данных.
Территориальное распределение рабочих, подвергшихся репрессиям
В тридцатые годы прошлого столетия Уральский регион получил новый импульс промышленного развития. Рабочие поселки выросли в городские поселения. Укрупнились малые города. В эти годы Кизеловский угольный бассейн превращается в главного поставщика угля для предприятий Урала. В 1932 г. город Усолье с рабочими поселками был объединен в один город — Березники, который становится крупным центром по добыче калийных солей. Пермь объединяют с городом Молотовым (бывший рабочий поселок Мотовилиха), расширяют городскую черту В 1930 г. в Перми началось строительство моторостроительного завода № 19 (будущий завод им. Сталина, переименованный позднее в завод им. Свердлова, ныне ОАО «Пермский моторный завод»), а также крупных деревообрабатывающих комбинатов в городах Соликамске и Краснокамске. В регионе продолжал действовать построенный еще до революции Чусовской металлургический завод. В районах края развиваются лесные отрасли промышленности. В лесной промышленности не было крупных концентрированных рабочих поселений, подобных упомянутым промышленным центрам, но, тем не менее, она была заметной частью промышленного потенциала края, т. к. обеспечивала разворачивающиеся стройки региона и других областей деревоматериалами.
Именно по этим территориям и был нанесен главный удар. Основная масса арестованных рабочих были жителями шести районов Прикамья: г. Пермь (8,4 % от всех арестованных); Кизеловский район (29,1 %); Ворошиловский район (8,4 %); Краснокамский район с небольшим г. Краснокамском (7,7 %); Чердынский район с г. Чердынь (9,1 %) и Чусовской район с г. Чусовое (14,3 %). Т. е. 77 % репрессий против рабочих пришлось на эти шесть районов, а всего районов было более пятидесяти.
В целом здесь наблюдается довольно высокая корреляция с территориальным распределением промышленного производства современного Прикамья. Это указывает на некую пропорциональность числа арестованных рабочих социальному составу региона. Не имея точных данных о социальной структуре населения Прикамья в 1930-х гг., мы не можем сделать более определенных выводов о связи арестов и контингента населения этих районов.
Полученные после статистической обработки данные по массиву данных на 3565 рабочих позволяют сделать вывод об общей отраслевой дифференциации рабочих, подвергшихся репрессиям.