Страница 15 из 71
– Мне нужна информация, — сказал Дюмарест. — Какие–нибудь корабли улетали со вчерашнего дня?
– Возможно. А что я получу за эти сведения?
– Я сломаю тебе руку, если ты откажешься поделиться знанием, — с некоторой грубостью бросил Дюмарест. Он прошел пять миль, страдая от холода, после того как оставил плот, и любезничать не собирался. — И говори правду, — добавил он. — Я пойму, если ты солжешь.
Мужчина помедлил в нерешительности, но, увидев побледневшее, напряженное лицо и изорванную одежду, сдался:
– Хорошо. Не нужно нервничать. Вчера улетел один корабль. Небольшой грузовой, направившийся на Торис.
– Хорошо. И где мне теперь найти мать Джоселин?
Мужчина грязным большим пальцем указал через плечо:
– Она живет вон там, в доме с башенкой. Но если у тебя нет денег, то ты лишь напрасно потратишь свое время.
Несмотря на раннее время, бюро уже было открыто.
«Оно никогда не закрывается», — догадался Дюмарест.
Сюда в основном приходили представители среднего класса, которые забирались в металлические «яйца», пересекавшие космические бездны между звездами, которые хотели познать вкус приключений, разнообразить серую монотонность пустой жизни.
Дюмарест толкнул дверь, открывая ее, и шагнул в теплый вестибюль. Тихая музыка звучала в воздухе: завывания волынок, удары барабанов, металлический звон цимбал. Висевший в воздухе запах напоминал о суровых джунглях — буйной растительности, опасных животных. Круто изогнутый коридор заканчивался у широкого стола.
– Чем могу служить, господин? — поинтересовалась юная секретарша привлекательной наружности, коротко остриженные черные волосы обрамляли ее оливкового цвета лицо. — Можем предложить вам аналоги любых переживаний: боль, страх, муки, смерть. Можем дать вам испытать волнительные минуты пребывания в гареме, в сражении, самые различные наслаждения. — Голос ее звучал холоднее по мере приближения к ней Дюмареста. — Что вам нужно?
– Мать Джоселин.
– Вам назначена встреча?
Дюмарест подался вперед, положив руки на край стола.
– Не играй со мной, девушка. Просто скажи своей госпоже, что я хочу видеть ее.
Девушка сглотнула:
– Вы по делу?
– По личному. — Дюмарест выпрямился и повернулся, когда в вестибюль вошел какой–то человек. На нем была форма инженера. Взгляд его блестящих глаз был рассеян. Он неуверенно передвигался, словно был не совсем трезв.
– Чудесно! — воскликнул он, заметив Дюмареста. — Никогда не переживал ничего подобного. Я советую вам попробовать номер тридцать один. Дороговато, но стоит того. Номер тридцать один, — повторил он и, качаясь, двинулся к двери.
Дюмарест повернулся обратно к девушке. Она встретила его взгляд; в глазах ее читалась решимость, а рука твердо сжимала лазер.
– Сделай три шага назад, — приказала она. — От стола. Если ты не отойдешь, я выстрелю между глаз. А я хороший стрелок, — добавила она. — Да и с такого расстояния просто невозможно промахнуться. Ну, быстро!
Дюмарест, расслабив мышцы ног, нырнул вперед и упал поперек стола, одновременно выхватив оружие из рук девушки, — все это он сделал практически мгновенно.
Девушка круглыми глазами смотрела на него.
– А ты шустрый! — воскликнула она. — Никогда не видела такого шустрого парня.
– И такого отчаянного, — мрачно добавил он. Потом положил лазер на край стола. — А теперь могу я встретиться с твоей госпожой?
Мать Джоселин сидела, гордо выпрямившись, на своем стуле. Казалось, она почти ничего не весит: костлявое лицо, глубоко посаженные глаза, парик с завитыми волосами, худые руки со вздутыми венами. На пальцах сверкали кольца. Просторное фиолетово–зеленое платье скрывало ее фигуру. Она остро посмотрела на Дюмареста, когда тот вошел в ее комнату.
– Наверное, твое дело очень настоятельно, раз ты пошел на такой риск, — предположила она. У нее был дрожащий звонкий голос. — Надеюсь, ты не напрасно тратишь мое время.
– Все в мире относительно, моя госпожа. — Дюмарест посмотрел на стражников, стоявших по обе стороны от нее. — У нас есть один общий друг, — без всяких вступлений произнес он. — По имени Легрейн.
– Мак Легрейн?
– Именно. Я хочу найти его.
– Он что, в долгу перед тобой? — Тонкий голос выдавал удивление. — И наверное, долг немалый, раз ты пошел на такое. Ты ведь понимаешь, что тебя могли убить на лестнице? И вполне еще могут убить? — Внезапно она махнула стражникам: — Можете оставить нас. — И когда те вышли, она обратилась к Дюмаресту: — Мак Легрейн — мой друг. Ты веришь в это?
Дюмарест покачал головой:
– Нет, моя госпожа. Что у такого человека, как вы, может быть общего с кем–то вроде Легрейна? В лучшем случае деловое сотрудничество.
– Даже этого нет, — призналась женщина. — Он просто клиент, вот и все. Если он говорил тебе что–то иное, то это была ложь. — Она опустила руку к резной шкатулке, стоявшей на небольшом столике рядом с ней, подняла крышку и достала тонкую трубку, которую сунула между губами. Резкий неприятный запах наполнил воздух. — Малаш, — пояснила она. — Узнаешь?
– Да, моя госпожа.
– Когда–нибудь он прикончит меня, — вздохнула мать Джоселин. — Но благодаря ему я чувствую себя снова молодой. — Задумчиво посасывая трубку, она внимательно посмотрела на Дюмареста. — Вчера. Примерно в это время, а может, чуть позже. Двоим удалось сбежать с арены. При этом они убили троих, а еще один доставлен в больницу.
Дюмарест никак не прокомментировал ее слова.
– Стражники рыщут по всему городу, — небрежно обронила женщина. — Ты знаешь, что случается с теми, кто совершает подобные вещи?
– Ну и что же? — вяло поинтересовался Дюмарест.
– Их бросают в загон — на съедение ткачам. — Блестящими глазами она изучала лицо Дюмареста. — Паукам, — пояснила она. — Уродливым тварям размером с твою голову, но с аппетитом, не уступающим человеческому. И это совсем не легкая смерть. У меня есть, — добавила она, — похожий аналог переживания для мазохистов. Номер восемнадцать. Он не пользуется особой популярностью.
– Естественно, — сухо произнес Дюмарест. — И понятно почему.
– Самое лучшее для таких людей — это как можно быстрее покинуть Игрушку. — Мать Джоселин подняла руку с кольцом на пальце, вытащила трубку изо рта и стала рассматривать ее наконечник. Тот был сильно опален. Вдыхаемый вместе с воздухом кислород раскладывал наркотическую смесь на активные составляющие. — Это можно устроить, — тихо сказала она. — Все зависит от множества факторов, но все–таки это можно устроить.
– Скажите, где мне найти Легрейна, и вы получите деньги, — пообещал Дюмарест.
– Деньги? — Женщина медленно покачала головой. — Разве я говорила о деньгах? Есть и другие формы оплаты, мой друг. Ты силен, быстр, безжалостен. Только такой человек мог сбежать с арены. Прекрасный сюжет с героем для нового аналога. Сражение, — размечталась она. — Наверное, ты отличный боец. И возможно, у тебя были и другие приключения, которые могут иметь ценность. Сделка, — предложила она. — Билет на перелет за аналог. Честная сделка.
Дюмарест колебался. Создание аналога обычно занимало столько времени, сколько длилось и реальное переживание, машины записывали все психические и физические параметры донора. Такую запись можно было проиграть в принимающем разуме — клиент точно наяву проживал записанное переживание. Псевдоприключение, даже лучше настоящего, ввиду своей предсказуемости и безопасности. Даже смерть, но чужая, доставляла удовольствие.
– Ты колеблешься, — резко проговорила женщина. — Неужели боишься? Нет, — ответила она самой себе, внимательно глядя на Дюмареста. — Не боишься, просто осторожен. Ты что же, не доверяешь мне?
– Моя госпожа, — честно признался Дюмарест, — жизнь дала мне считанное количество примеров, когда можно было доверять кому–либо.
– Ты благоразумен, — спокойно отметила она. — Среди воров понятие чести отсутствует, и это тебе, должно быть, известно. — Она снова поднесла ко рту трубку и сделала глубокую затяжку, чтобы наполнить легкие дурманящим дымом. — Как жаль, — подосадовала она. — Всего лишь час работы с моими техниками — и все твои проблемы были бы разрешены.